Война (СИ) - Ильинская Яна Игоревна - Страница 164

— И я могу выйти отсюда, когда захочу! Не говорите глупости.

— Не можете, потому что это опасно для вас.

— Мне опасно находиться здесь. И ждать, переменит королева свое решение или нет.

— Не переменит, лорд Битран, я даю вам слово!

— Какое, Иллар, твое слово имеет отношение к решениям Тайлис?

Напряжение не отпустило юношу, но в словах явно мелькнуло облегчение, раз он отказался от официального тона.

— Битран, — Иллар также перешёл на неофициальный тон, как и принц Сегота, — мы вместе с Тайлис сражались на стенах моего города. Она не позволит себе нарушить мое слово, даже если сама передумает. Если ты согласишься, я хотел бы пригласить тебя спуститься в парк. Там и поговорим.

— Что бы нас никто не слышал? — насторожился Битран.

Иллар покачал головой:

— Чтобы все видели нас с тобой, ведущих спокойный и деловой разговор.

Охрана беспрепятственно выпустила их из комнат, но неотлучно следовала за ними по дворцу и остановилась у входа в парк.

Взяв дворец в начале лета, Курхот разрешил его лишь разграбить. Но не разрушить. В небольшом парке королевского дворца хотя и виднелись следы погрома и осквернения, можно было сказать, что парк пираты почти не тронули.

Молодые люди прошлись по тропинкам, уже приведенных в порядок.

Иллар начал разговор первым:

— У меня две цели нашего разговора, Битран. Первая касается отношений Кордии и Сегота, но прямо связана с Илонией. Нам не нужна угроза со стороны Сегота. Мы собираемся благоприятствовать торговым отношениям наших стран, но в первую очередь — торговле через Кордию. После нашей помощи королеве, мы надеемся на послабление таможенных сборов…

— Но не мы, — прервал его Битран. — После этой войны, если Тайлис и возобновит с нами торговые отношения, сборы с торговцев Сегота будут неимоверно высоки.

— Сборы могут как увеличиться, так и уменьшиться…

— Это имеет и обратную силу, сейчас для вас меньшие сборы, а вот потом…

— Несомненно. Но вероятность низкая. Для Кордии это будет невыгодно.

— Я понял, Иллар. И что ты хочешь? Чтобы я поговорил с отцом, уговорил его забыть, как его армию разгромили?

— А Тайлис придется забыть, что вы вторглись в ее страну.

— Мы считали, что помогаем королеве, — слабо запротестовал Битран.

Иллар резко остановился:

— Мои слова, Битран, там, в зале были ложью. Они предназначались не тебе. Ты это прекрасно знаешь. Мы тут одни, так что можешь упустить эти глупости.

Битран вздрогнул.

— Поначалу я думал, что это правда, — тихо сказал он.

— Вот как? Король не поставил тебя в известность?

— Думаю, это не входило в его планы.

— И когда же ты догадался? Когда принцесса Талина объявила ее самозванкой?

— Нет. Тогда я просто разозлился на твою тетю. Но понял-то почти сразу. Она не была королевой. Она не привыкла, чтобы ей прислуживали, она уступала дорогу, хотя уступать должны были ей. Отец тоже понял, что это бросается в глаза. И почти сразу отправил нас в Кордию. Пока мы следовали с войском, её обучала одна придворная дама. — Битран посмотрел на Иллара, — я знал, что это неправда, но отец убедил и я согласился, что для Сегота так будет правильней. Интересы короны прежде всего.

— Ты не знаешь, как её звали на самом деле?

— Нет, — медленно ответил Битран. И почти тут же резко проговорил. — Почему должна расплачиваться она, если всё это задумал мой отец?

Он помолчал, потом продолжил:

— И в столице она не знала никого и ничего. Видимо, отец не успел подготовиться, найти нужных людей. Нам пришлось очистить дворец от всех оставшихся в живых придворных, благо их было мало.

— И где они теперь?

— В тюрьмах, подземельях. Мы ждали окончания войны, чтобы решить, что делать с ними дальше. Но кто принял нас, тех она осыпала милостями.

— Вы серьезно думали, что отстоите столицу?

— Да. Капитан Кресл обещал, что поддержит нас, что на Острова пошли корабли, которые привезут еще воинов. Но мы не рассчитывали, что жители восстанут. И не ожидали подземных ходов. — Он показал на окружающий пейзаж, — одни скалы и река, кто бы мог подумать, что под ними выдолблены тайные ходы.

Иллар подивился про себя недальновидностью недавнего противника. Вот у Альтама не было и тени сомнения, что потайные ходы в Нарте есть. Впрочем, самому Иллару это раньше тоже не приходило в голову.

— Послушай, Битран. Ради интересов короны король Дюртал держал мою тетю в заложниках и готов был отдать её с мужем Курхоту. Ты же знаешь об этом? — Битран кивнул. — Моим родным пришлось отправиться в замок Мелах освобождать Талину со Стенком. Когда-то ради мести Альтам похитил меня, в этот раз он пытал меня, в его планах было убить моего деда. И мой отец вызвал его на поединок и убил. Интересы короны или личная месть? Что выберешь ты, Битран? Не пора ли действительно думать об интересах страны. Оцените же, что Тайлис сделала первый шаг.

— Это ты сделал этот шаг. Я не вижу тут королевы, и думаю, что и её тебе пришлось уговаривать.

— А тебя мне приходится уговаривать?

Битран задумался. Иллар продолжил:

— Насколько король Дюртал прислушивается к своему наследнику, Битран? Всё бесполезно, если твой отец будет решать всё сам.

Он не прерывал молчания собеседника. Наконец Битран произнес:

— Судя по тому, что я не выполнил ни одного из его замыслов, вряд ли он услышит меня. Вот королева возможно. Я попрошу её повлиять на отца. Если она захочет.

— И, если захочешь ты.

— Откровенно, Иллар, я слышать больше не хочу ни о Кордии, ни о Тайлис. Мы прекрасно можем торговать и через Мортию. Но если для того, чтобы выбраться живым отсюда, мне надо что-либо пообещать, я соглашусь и по мере моих сил сделаю. Но за отца не отвечаю.

— Ты забываешь про Тогот.

— Если Учайк с моим отцом так и останутся на ножах, это не значит, что мы с Куртисом не найдем общего языка. Он кажется мне здравомыслящим человеком. Нам останется лишь подождать несколько лет.

— Несомненно. Но эти годы будут явно не на пользу нашим королевствам.

— Илония и тут имеет интерес, даже в наших с Тоготом отношениях?

— Нам даже выгодней, — рассмеялся Иллар. — Раньше только Илония снабжала Тогот зерном, овощами и мясом, до тех пор, пока король Сарлан не поссорился с королём Даротом. Именно после этого торговля ваших стран увеличилась. И вы так безрассудно поставили на этом точку.

— Порт стоил этого.

Теперь надолго замолчал Иллар.

— Я не оправдал ваших надежд, лорд Иллар? — напряженно и немного зло прервал молчание Битран.

— Признаться, я надеялся на большее, лорд Битран. Но я не вправе забирать своего слова назад. И не считаю это разумным. И обещаю, что Тайлис не изменит своего решения. Это не может не учитываться на дальнейших взаимоотношениях. Если не с твоим отцом, то с тобой.

— Хорошо. Я поговорю с матерью. К нам двоим он должен прислушаться. В противном случае будем ждать лучших времен.

Некоторое время они молчали, продолжая прогуливаться по парку.

— Что было вторым, Иллар, о чем ты хотел поговорить?

Иллар остановился и повернулся к юноше:

— Тайлис оставила тебе жизнь, Битран. Хотя имела полное право тебя уничтожить. Я хочу, чтобы ты об этом помнил. Всегда.

— Даже так? Одно дело советовать, лорд Иллар, другое дело — угрожать.

— Только если ты будешь расценивать это именно так.

— Я же сказал, что хочу забыть про Тайлис, а ты предлагаешь не забывать.

— Не забывай лишь мои слова.

Битран помолчал, что-то обдумывая. Потом повернулся к Иллару:

— Твоя последняя просьба звучит несколько странно. Похоже, что это значит для тебя что-то большее.

— Что ты хочешь этим сказать? — напрягся Иллар.

— Мне тоже есть, что тебе рассказать. Когда мы вошли в столицу, один молодой человек добился аудиенции и, получив её, заявил, что является мужем королевы. И даже обещал предъявить какие-то бумаги, доказывающие это.

— Сумасшедший?