Война (СИ) - Ильинская Яна Игоревна - Страница 147

— Что ты имеешь ввиду?

— Я кое-что услышал… — Раднир отвесил брату шутливый подзатыльник, Сабер виновато втянул голову в плечи. — Тайный разговор отца с королем Альтамом.

— И что? — Стенли мельком взглянул на вскинувшего голову Иллара и опять повернулся к молодому капитану.

— Я нужен был отцу как символ. Даже не я, а моя смерть. Он так и сказал королю. Что я последний, шестой, кто еще жив, и представляю для него угрозу. Остальные, — Раднир на этот раз обнял брата, — еще не подросли, чтобы бояться их попыток отнять у него власть.

— И он специально посылает вас на смерть?! — Присвистнул от удивления Стенли.

— Мне кажется, — задумчиво кивнул Раднир, — принц Интар об этом догадался. Я много думал, вспоминал наши разговоры. Он понял это еще тогда, в нашей пещере. Но…

— Что но…?

— Я бы выполнил приказ отца. — Раднир поднял голову и обвел всех твердым взглядом. — Потому что он мой повелитель. Он имел на это право. Он король.

— Но ты не выполнил… — осторожно произнес Стенли.

— Не успел.

Раднир посмотрел на Иллара.

— Я был на встрече знаменосцем и видел тебя…

Стенли в очередной раз присвистнул.

— И что это значит? — обернулся к нему Иллар.

— Ну, знаешь ли… — развел руками Стенли, — у Курхота правило — посылать убийц к правителям противников. Я же тебе говорил, этот пират, — Стенли ткнул пальцем в Раднира, — был на встрече Курхота с Интаром. Запомнил твоего отца в лицо. Ну и проник в лагерь, чтобы убить его.

— Такое забудешь, — пробормотал Иллар, искоса глядя на выпрямившегося напряженного Раднира. — И что? Думаешь, отец ждал тебя столько времени?

— Да нет, не ждал, — ответил Раднир. — Встреча была и до осады. И на ней тебя запомнили. Но особой надежды не питали. Отец не думал, что ты будешь сражаться. А послать лазутчиков он не мог, не было подходящего человека. Но зато они были у короля Альтама. Мне рассказал Сабер, он слышал, как отец разговаривал с посланником короля Торогии. Тот посылал убийц. Но ничего не получалось. На тебе держалась оборона, ты был опасен. Пленные, которые возвращались после обмена, говорили, что ты не отсиживаешься во дворце, а сражаешься на стенах, воодушевляешь своих воинов. Они слышали крики, которыми приветствовали тебя. Но никто не мог похвастать, что встретил тебя лицом к лицу. И те, которых отец посылал специально с этой целью, возвращались не с чем.

— Я был в солдатском плаще, — сказал Иллар и сердито посмотрел на Фаркуса. Если бы у его охраны хватило ума пустить во время сражения Латина в плаще Иллара, смерть того была бы неминуемой.

— Да, предусмотрительно. Но я бы тебя узнал.

— И выполнил бы приказ отца?

— Да, выполнил бы, — сказал Раднир.

— Даже несмотря на то, что ты служил его отцу. Ты уже не первый раз об этом говоришь, и я все равно не понимаю, как ты мог согласиться, — Стенли сердито пнул отлетевшую от костра головешку.

— Ты еще спроси: несмотря на то, что он брат дочери принца, — обернулся к нему Раднир. — Мне нет до этого дела. Он был враг. Сильный враг. И я бы его убил.

— Овета покрошила бы тебя на мелкие кусочки и сварила бы из тебя похлебку.

Раднир скривился:

— Пусть. Я все равно не пошел бы против воли своего отца, — добавил он твердо. — Но я не успел. Я участвовал в штурме на реке, пытался найти его, но не смог добраться до башни, хотя мы и подозревали, что он там будет, — получив утвердительный кивок Иллара, горько усмехнулся. — После переговоров, когда я точно знал, как ты выглядишь, штурмов больше не было, а в последнем бою, когда искал тебя, уже видел и пробирался к тебе, отца убили! Пришлось менять планы. И… — Раднир обвел всех взглядом, — мне стало легче.

— Не хотелось бы тебя огорчать, парень, — задумчиво сказал Ногал, подмигивая Фаркусу, — но слишком ты самоуверен, думая, что тебе удалось бы убить сына принца.

— Он такой же как его отец? — спросил заинтересованно Раднир.

— Да кто ж их знает, — махнул рукой Стенли. — Старшего я не побеждал ни разу. А младшего, когда он не хочет драться — не единожды. А вот чтобы заставить его драться, что-то не припомню такого за последние десять лет.

— Спроси у Фаркуса, и у Ногала, — улыбнулся Иллар.

Стенли обернулся к двум воинам. Те переглянулись.

— Извини, Стенли, это наш секрет, — поднял руку Фаркус. — И как мы недавно говорили с лордом Илларом, уже семейный. Он берет к себе на службу моих внуков.

Иллар рассмеялся. Ногал, поняв, в чем дело, тоже.

— Вы мне по делу скажите. Как он сейчас, уже не тряпка?

— Теперь ты его не победишь, Стенли.

Раднир обернулся к Иллару:

— Сразишься со мной?

— Когда?

— Да хоть прямо сейчас.

— Не боишься, что, когда проиграешь, от тебя отвернутся твои люди? — спросил Стенли.

— Поймут, что проиграл достойному противнику. Слишком много тут мне про него уже рассказали. Вернее, про его дела. Да и видел бы ты его сегодня, — Раднир подмигнул, — как краб вцепился — сдашь всех и всё тут. Еле отцепился от него.

Иллар нахмурился.

— Вот, — рассмеялся Раднир, — что я говорил. Так что, если я побеждаю, люди и подавно пойдут за мной.

— Тебе поддаться? — насмешливо спросил Иллар.

— Только попробуй. Они не идиоты.

Весть о поединке разнеслась по лагерю молниеносно. Вскоре вокруг импровизированного ристалища собрались чуть ли не все обитатели лагеря. Воины Раднира рассаживались на землю, стояли вокруг, и даже тащили топчаны, чтобы оказаться повыше.

Своего капитана они подбадривали веселыми задорными криками.

К удивлению Иллара, слова Раднира оказались правдой. И, как оказалось, хоть в чем-то Курхот его не обманул. Сильных противников ситарцы уважали. И поэтому, узнав своего недавнего противника, Иллару доставались, если и не одобрительные, так уж приветственные крики тоже. Немало удивив этим Стенли и Ногала.

Стенли одолжил Радниру свой меч и поединок начался.

Стоя в центре, они отсалютовали друг другу мечами. Некоторое время ходили друг против друга. Иллар внимательно присматривался к Радниру. Тот выглядел самоуверенным и самодовольным. И Иллар решился. Его атака была стремительной и обезоруживающей в буквальном смысле. Раднир не успел вовремя отступить, не ожидал такой стремительности, недавние победы в замке Мелах, поединок с воином Альтама, позволили ему думать, что его умение владением мечом на высоте. И он тут же поплатился за это. Меч вылетел из его рук.

Вокруг раздались негодующие возгласы его людей. Бой оказался слишком короток.

— Я не против повторить, — сказал Иллар, внимательно наблюдая за противником, опасно сузившим глаза.

Раднир молча кивнул. Он поднял меч, и они снова начали ходить по кругу. Молодой предводитель ситарцев был уже внимательней и напряжённей. И он первым бросился в атаку. Иллар принял его удар, отведя в сторону, и тут же напористо пошел в наступление, заставив противника обороняться, не предоставив ему и шанса перейти в наступление. Раднир еле успевал отбить удары противника и один все же пропустил.

Он смотрел на острие клинка, упиравшийся ему в грудь, перевел взгляд на противника. В глазах Иллар не было ни ненависти, ни радости победы. Молодой человек полностью владел собой и смотрел прямо и спокойно. Люди Раднира топали ногами, что-то кричали. Иллар не обращал внимание, даже если бы это были угрозы, хотя, судя по интонации, это были подзадоривающие и насмешливые крики. Иллар по-прежнему понимал не больше половины из лексикона моряков. Он ожидал реакции противника. Раднир подавил растущую в глубине души неприязнь. Его опять победили, совсем как тогда, на берегу подземного озера и даже намного быстрей.

— Хорошо, — он отступил. — Твоя взяла. На мечах. Тут я проигрываю тебе. Но это не битва.

— Хочешь устроить драку? Или пойдем на стены? — Иллар кивнул в сторону Нарты.

— Мы деремся и зубами, если надо.

— Мне мои зубы жалко, я обойдусь руками.

— Согласен.

Они снова кружили по площадке, в сопровождении подбадривающих криков зрителей. Раднир и тут первым сделал выпад, на этот раз вложив в удар всю свою злость. Отбив удар, Иллар отступил на шаг, и тут же отскочил, уйдя от удара ногой. Развернув меч, вскользь ушел от следующего удара меча противника и, подскочив к Радниру, ударил его в лицо рукоятью меча. Раднир пошатнулся, но успел выставить ногу. Споткнувшись, Иллар потерял равновесие. Падая, потянул за собой противника. Упав, через мгновение оба были на ногах.