Русалка (СИ) - Максакова Мария Л. - Страница 68

На глаза против воли навернулись слезы, и я постаралась незаметно смахнуть их, поправляя легкий платок на голове. Я решила не раздражать местное население непокрытой головой, а нашла отрез синей ткани в своем саквояже и прикрыла им голову и от жаркого пустынного солнца, и от косых взглядов местных жителей. Конечно, платок этот больше подошел бы под синее платье и, вероятно, шел к нему в комплекте, а с коричневым выглядел немного несуразно, но другого у меня в любом случае не было.

- Вы собираетесь ехать в город? – разочарованно протянул Рохеис, увидев меня у трапа. Сам-то он, вероятно, поджидал своих гостей на корабле. – Но я же планировал помочь вам с покупками...

- Не волнуйтесь, я только посмотрю, что тут продают и приценюсь немного, - отмахнулась я. – Самые важные покупки я буду совершать в вашей компании, разумеется.

Пересела я на свое новое кресло уже у трапа, собираясь покинуть корабль, с помощью капитана Гарта. Кажется, это становится привычкой – что он вынужден все время таскать меня на руках. Впрочем, насколько я поняла, пользоваться помощью обычных матросов было бы еще более неприлично, а когда некто равный или выше по статусу помогает даме – это более-менее в рамках.

И капитан Гарт аккуратно наклонив кресло немного назад, скатил его по сходням. Ощущения были... странные, я хваталась за ручки и пыталась не вопить, так и казалось, что сейчас выпаду. Разумеется, старинное кресло для инвалидов не предполагало возможности самостоятельно катить его по улице, да леди и не пристало бы крутить колеса руками. Пришлось попросить сопроводить меня капитана Гарта, как единственного свободного от дел мужчину. Он прихватил с собой еще пару своих матросов, все равно они маялись на корабле от безделья.

В Халифате имперцы не рисковали сходить на берег и «отдыхать», чтобы не оказаться в рабстве. Официально брать в рабство моряков с торговых кораблей было запрещено, в порту были и специальные питейные заведения для приезжих, но... кто поумнее, те все равно остерегались. Выпить можно всегда, тем более, до Родины осталось только обойти Огненные горы, а остаться в Халифате лет на двадцать какие-нибудь долги отрабатывать, не хотел никто, поэтому матросы, если и выходили в город, старались держаться группами и прикрывать друг друга.

Так сложилось, что никто из знающих халифатский не смог сопроводить меня в этой первой поездке – господин Рохеис все еще решал свои дела, капитан Пхимарс сошел на берег и, вроде бы, планировал встретиться с какими-то знакомыми, а Дорф остался на корабле за старшего и не мог покинуть его ни на миг.

Так что у меня была возможность окунуться в неизведанный мир Хелмента по-туристически – в компании знакомых, которые так же не владеют языком.

Едва мы покинули территорию портовых складов, как оказались на шумном восточном базаре под открытым небом. Народ куда-то спешил, что-то кричал то на халифатском, то на имперском. Мимо прошла лоточница, торгующая лепешками, рядом располагались прилавки с рыбой и морепродуктами, лежащими прямо на кусках льда, но все равно я засомневалась в их свежести. Впрочем, вдруг тут за это отвечает магия? Не знаю.

- Идемте дальше, - крикнул Клиф, один из моих сопровождающих, - там начинается овощной ряд.

Протолкаться к овощам было непросто, особенно из-за моей неповоротливой коляски. В ней, разумеется, не было ни поворачивающихся колес, ни каких-то рессор или других механизмов, смягчающих удары от дороги. А улица Хелмента отнюдь не была засыпана чистым мелким песочком, а представляла собой какой-то щебень, камни и мусор, коляска периодически застревала, а вырулить ею и обогнуть препятствие было невозможно – колеса ехали только вперед. В конце концов Хелмент и Клиф просто встали по бокам от коляски и в моменты, когда капитан Гарт напарывался на препятствие, хватались за ручки и, аккуратно приподняв, переставляли на более ровный участок.

Таким примерно Макаром мы пересекли широкую площадь, которая отделяла «рыбный» ряд от других продуктовых. Посреди площади стояла каменная красиво отделанная лавка. Я сперва подумала, что там торгуют стеклянной посудой, так как на постаменте за продавцом было выстроено множество стаканов разных форм и расцветок. Но затем я увидела, как к торговцу подошел мужчина, отдал мелкую монету, а в ответ получил всего лишь стакан, наполненный водой, выпив которую, посуду вернул обратно. Такой вот живой питьевой фонтанчик. Судя по завистливым взглядам всех вокруг, пить здесь было еще и показателем высокого статуса, а не только возможностью утолить жажду.

В овощном ряду было на удивление много свежей зелени, овощей и фруктов. Я с недоумением оглядывалась вокруг, гадая, как все это смогли вырастить в пустыне. Хотя, конечно, нельзя забывать, что многие халифатцы – маги земли. Подъехав к лотку с вяленными фруктами соблазнилась и прикупила себе несколько кульков на медную монетку. Женщина-торговка в цветастом малиново-золотом платке практически не говорила на имперском, но мы смогли объясниться знаками и теми несколькими словами, которые она знала: «сладко», «вкусно», «медяк». Я просто передала ей деньги и указала пальцами на то, что хочу попробовать.

Сладости. Наконец-то! Как давно я не ела ничего сладкого! Странно подумать, что в своей прошлой жизни я фрукты вообще сладостями не считала, но там-то были тортики, булочки и печеньки, а теперь я кайфовала хотя бы получив в рот что-то вроде вяленного банана. Мужчинам тоже предложила попробовать, но те были крайне удивлены и отказались, а на меня косились с подозрением, будто я ем какую-то гадость.

Дальше мы просто бродили по рынку. У моих потерпевших крушение моряков денег не было, разве что у капитана Гарта, да и то заемные. Я же вспомнила опыт посещения Черкизона и пользовалась правилом правой руки – смотреть только на правую сторону прилавков, поворачивать направо на каждом повороте, а, дойдя до тупика, обратно по правой же стороне. Правило, которое помогало героям фильмов выйти из лабиринта, а мне обойти рынок и не пропустить ничего интересного.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Таким образом мы сумели, сделав несколько поворотов, выйти к более «цивилизованной» части рынка, где обычные уличные лотки сменились чередой лавочек с открытыми дверями. Прямо на двери вывешивалась продаваемая здесь продукция: ткани разных цветов, в другой нитки стеклянных бус, в третьей связки сандалий... я искала магазин готового платья, справедливо полагая, что ждать, когда мне сошьют что-то с нуля, будет слишком долго. Тем более, Рохеис обещал, что такие тут есть, только вот мне бы хотелось посетить это место без его вмешательства.

В паре мест, как я поняла, торговали поношенными вещами. Я была бы не против, если бы они были хорошо постираны, а не просто почищены сверху от пыли, и не так заношены – кое-где были видны следы штопки, а вот на том мужском костюме подле заплатки расплылось подозрительное бурое пятно. Возник вопрос, не с трупа ли эту одежку сняли? Продавцы плохо понимали по-имперски, но активно зазывали внутрь, не отвечая нормально на вопросы о том, есть ли у них женские платья и не такие поношенные.

В конце концов, пришлось нам спасаться от навязчивых торговцев едва ли не бегством. Впрочем, еще через несколько лавок нам повезло. На двери в очередную лавку было вывешено несколько мужских имперских костюмов. Один с богатой вышивкой и из дорогой ткани, а два других победнее. Я притормозила капитана Гарта и через открытую дверь заглянула внутрь темной лавки.

- Чем могу помочь? – с акцентом, но довольно понятно спросила появившаяся в дверях женщина.

- У вас есть готовые платья на меня? – спросила на всякий случай.

- Конечно, заходите, - женщина посторонилась.

Протиснуться в лавку оказалось непросто, так как оказалось, что она находится ниже уровня земли и, перебравшись через порог, надо еще спуститься на четыре ступеньки. Каждую из них я прочувствовала всем своим телом. Зато внутри меня ожидал мир прохладного сумрака, наполненного самыми разнообразными нарядами как по имперской, так и по местной моде.