Русалка (СИ) - Максакова Мария Л. - Страница 25

Дети, увидев магию, закричали дикими голосами и в панке убежали прочь, оставив меня на берегу в недоумении.

М-да, я совсем ничего не понимаю в психологии местных аборигенов. Пришлось вернуть платье на место, а, когда я уже собралась уплывать, заметила кучу взбудораженных взрослых, едва ли не с вилами и факелами, спешащих к тому пляжу.

Вот и поучила язык, называется.

Глава 19

Я попробовала повторить эксперимент с установлением контакта с людьми еще несколько раз неподалеку от разных деревень, но все получалось так же, если не хуже.

Что делать и как организовать встречу с местными жителями было совершенно не понято. Кто не испугается одинокой не знающей языка девушки на диком пляже? Да, никто, наверное, в нормальном мире. Может, ошибкой было показывать магию? Может, если ее скрыть... да только без магии я на берегу как рыба без воды. Да и хвост... под деревенским платьем хвост спрятался с большим трудом, но при этом выглядело все... не так, словно у меня под платьем ноги. Я надеялась, что, увлекшись магическими фокусами, на это не обратят внимание, а без магии...

Наверное, проблему может решить платье более богатое, я видела, следя за городами, что дамы ходят в довольно пышных юбках, под кринолином можно не только хвост спрятать. Да вот только такие платья на веревке рядом с морем не вывесят, а девушка в таком наряде на берегу вызовет еще больше вопросов. Если повезет – мне захотят помочь даже сильнее, чем в одежде крестьянки, да только в чем будет выражена эта помощь – в попытке дотащить мое тельце до города и сдать стражам правопорядка? Не то, на что я рассчитывала.

Я остановилась неподалеку от своего острова, собирая моллюсков. В последнее время я ела их не так часто, тренируясь в охоте на разнообразную рыбу, но теперь неожиданно захотелось, а ведь я считала, что после всего мне устрицы в рот еще долго не полезут, а может и вовсе от них откажусь. Месяца не прошло, и я опять собираю раковины. А ведь несколько дней назад я даже полакомилась птицей – поймала водным лассо какого-то попугая. Вроде, крупный был, а мяса в нем с гулькин нос, не то что у современных мне куриц. И еще оказалось, что его очень сложно ощипать и выпотрошить, а мясо жесткое и жилистое. В общем, я утолила жажду новых или хорошо забытых старых ощущений, вспомнила, как сильно не люблю готовить, и опять вернулась к фаст-фуду в виде моллюсков.

Раковины легко раскрывались под моими когтями, мясо отправлялось в рот, жемчуг – в маленький мешочек из ткани, который я нашла в одном из своих путешествий к берегу, раковины – в рюкзак. Они мне уже не слишком-то были нужны, но я оставалась все такой же запасливой. Раньше я тоже думала, что не пригодятся, а потом придумала сделать из ракушек себе что-то вроде топика. С помощью водной магии и песка я отполировала внешнюю сторону раковин, выпилила из них более-менее ровные овалы, проделала отверстия, а потом собрала эдакую кольчужку, используя вместо шнурков косичку из незаменимой подводной травы. Вся искрутилась, пытаясь разглядеть себя в этом безобразии – очень уж захотелось себя украсить, когда заметила, что мой живот ушел окончательно и вместо дряблой кожи появились даже едва заметные мускулы. Вот что значит активный образ жизни! Через какое-то время все же умудрилась создать из воды зеркало и рассмотреть себя.

Да, от себя-земной я вроде бы и немного, но отличалась. Вроде бы все знакомо – все те же родинки, разрез глаз, брови-ресницы, но все немного будто сглаженное. Нос чуть ровнее, губы чуть пухлее и розовее, глаза будто слегка подняли наружные уголки, ресницы гуще и темнее, брови такой аккуратной формы, которую мне ни разу не удавалось нарисовать... Я так и не смогла определиться тогда, мое это тело так изменено переносом или все же чужое. Впрочем, разве это важно? Важно сейчас было найти способ установить контакт с этим миром и не сидеть больше в изоляции. С такой внешностью я могла бы привлечь внимание какого-нибудь молодого парня, чтобы он помог мне выучить язык... но как это организовать, если я не смогу даже объяснить, что не надо говорить никому о нашей встрече, не надо звать мне на помощь полицию или кто у них тут, вообще ничего не надо, надо только со мной разговаривать.

Эхх, вопросы есть, а ответов нет.

Закончив есть, я всплыла повыше к поверхности, туда, куда еще доставали лучи солнца, и высыпала на ладонь свой недавний улов. Странно, на земле я совсем не была фанаткой жемчуга, а здесь определенно стала. Блестящие шарики разных оттенков переливались на моей ладони разными цветами радуги. И, кажется, у меня появилась еще одна магическая способность – находить те раковины, где есть жемчуг, по крайней мере, в этот раз я вскрыла только одного моллюска без жемчужины, да и то из жадности – очень уж он был крупный. Жаль правда, что проделать отверстия в жемчуге я пока не научилась. С ракушками проще – они плоские, их легко зафиксировать и сделать что-то вроде водяного сверла, что-то вроде пескоструйной техники. А жемчуг удержать в водных тисках не выходило, они соскальзывали, максимум что получалось – поцарапать жемчужины, поэтому пришлось пока отказаться от этой идеи, хотя бусы или браслет сделать очень хотелось.

Вдруг тень заслонила мне свет и, прежде чем я сумела сориентироваться, что-то обхватило меня разом со всех сторон и резко дернуло вниз. Весь жемчуг немедленно посыпался из ладони, а потом меня ударило о дно, выбив дух, перевернуло вверх хвостом и потащило к поверхности. Я просто не могла сосредоточиться, сообразить, что делать, меня так сильно сжимало, будто пыталось выдавить из меня все жизненные соки, веревки впивались в руки, тело и хвост со всех сторон. Меня тащило вверх, где, как теперь я видела, плыл корабль.

«Никогда еще Штирлец не был так близок к провалу,» - почему-то вертелось в голове, пока меня, опутанную сетью, медленно поднимало к поверхности. Как так могло получиться? Как меня могли поймать самой обычной веревочной сетью – не укладывалось в голове. Я видела, когда следила за рыбаками, как работают такие сети, и никак не могла понять, почему не могу из нее вывернуться. Это было простое приспособление круглой формы из тонких веревок с какими-то камнями-утяжелителями. Люди с корабля бросали эту штуку в воду, и она раскрывалась, накрывая часть воды, будто зонтом, камни тянули края на дно, а центральная часть отставала, создавая будто бы зонтик. Затем человек сматывал веревку, пропущенную через нижние части конструкции, и тем самым затягивал горловину мешка, а потом всю конструкцию вытаскивали с уловом на корабль.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Правда, я видела, как с такой рыбачили только с маленьких лодочек на 2-3 человека, размер их я бы сравнила с катером, да и то старалась от сетей держаться подальше, а здесь и корабль был куда больше, и сеть мощнее. Я так и не поняла, как они умудрились все проделать так быстро и ловко, спеленать меня по рукам и ногам. Я пыталась применить магию, но не могла сообразить, что делать. Если попытаться раздвинуть сетку, то потоки воды просто пройдут насквозь, а внутри как бы я сама, бить по себе самой магией я не собиралась.

Как на зло в последнее время перестала таскать с собой гарпун за ненадобностью – его функции легче было выполнять с помощью магии: что угодно достать или отрезать, а без палки в руках было куда удобнее. Еще был ножик из острого осколка раковины, но я носила его в рюкзаке, а сейчас он спокойно лежал на дне посреди утречной делянки. Я слишком привыкла чувствовать себя в безопасности, даже акул и других морских хищников перестала бояться, и перестала быть предусмотрительной.

Пока я соображала и примеривалась, меня уже вытащили из воды, и я повисла в воздухе в сети головой вниз. Точнее говоря, под силой тяжести меня придавило собственным телом, я кое-как развернулась в сетчатом мешке, чтобы основной вес пришелся не на голову и шею, а на плечи и спину, вышло, что я замерла в кривой копии позы из упражнения «березка». Да еще моя кольчужка из перламутровых пластин задралась, обнажая грудь.