Связанные звездами - Дарк Минни - Страница 7

– А как насчет телефона? Кто-то же с ним разговаривает по крайней мере.

– Вряд ли, – возразила Жюстин. – Ни разу не слышала, чтобы кто-то говорил об этом. Если уж совсем начистоту, я не вполне уверена, что он абсолютно… реальный. Возможно, Лео Торнбери и не человек вовсе, а, скажем, машина. Компьютер, стоящий где-то и выдающий произвольные фразы.

– О, да ты циник.

– Циник? Я думала, я Стрелец.

Ник с минуту подумал.

– Так и есть. Родилась двадцать четвертого ноября, – подтвердил он.

Он помнил ее день рождения. Он помнил ее день рождения. «Эй, ты это слышал? – обратилась Жюстин к мозгу, на этот раз не скрывая самодовольства. – Он помнит мой день рождения». Чувствуя, как предательская волна тепла поднимается по шее к щекам, она молча поблагодарила угасший день и наступившие сумерки за то, что Ник не сможет заметить ее пылающее лицо.

Он снова пролистал «Звезду» до страницы с гороскопами. Читать стало сложнее из-за нехватки света. Но вот где-то повернулся невидимый выключатель, и фонари Александрия Парк – морозно-узорчатые сферы, вознесшиеся над дорожками на кованых столбах, – таинственно замерцали.

– О, спасибо огромное, – сказал Ник. – Где же, где же это? Весы, Скорпион… Стрелец. Вот и он. «Держитесь, лучники. На протяжении всего года Сатурн в вашем знаке провоцирует сейсмическую активность на поле ваших взглядов; будьте готовы к небольшим потрясениям в этом месяце. В конце марта велики шансы карьерного роста, но есть вероятность, что тема смены места работы останется актуальной в ближайшие месяцы».

Ник оглядел Жюстин и кивнул, словно под впечатлением от перспектив.

– И? – спросила она.

– Ну, все хорошо, так ведь? Я бы сказал, что все определенно хорошо.

Жюстин фыркнула.

– Сейсмическая активность на поле моих взглядов… что бы это могло значить?

– Нет, я про карьерный рост. Смена места работы.

– В «Звезде» ничего не меняется. Ничего. Разве что Джереми удивит всех нас, явившись на работу в галстуке.

– Ну, Лео же сказал «смена работы». А Лео знает все, – заявил Ник, и, хотя он улыбался так, словно посмеивался над собой, у Жюстин возникло отчетливое ощущение, что он был отчасти серьезен.

– И в какие же дебри Лео завел в этом месяце тебя?

– Н-да, я и правда не совсем понял, что он пытается сказать, – признал Ник. – Тут сказано: Водолей. «Что за устрашающая штука человек, – писал Стейнбек, – что за сложная система шкал, индикаторов, счетчиков, а мы умеем читать показания лишь немногих из них, да и то, может быть, неверно»[12]. Для водных знаков это месяц переосмысления, время понять, что тайной может быть не только внутренний мир других, но и собственное я. В моменты спокойного созерцания вы можете пересмотреть свои представления о том, что вами движет на самом деле. Как думаешь, что это значит?

Жюстин пожала плечами.

– Эм… что генератор цитат Лео Торнбери добрался до буквы С и Стейнбека.

– Нет, что, по-твоему, это будет значить в моей жизни? – уточнил Ник, но Жюстин не думала, что этот вопрос действительно был адресован ей.

Затем, как раз тогда, когда она собиралась пуститься в рассуждения об общей природе астрологических предсказаний и об умении составлять их таким образом, чтобы они подходили любому человеку в любой ситуации, Жюстин заметила, что Нику пришла в голову какая-то мысль: у него на лице как будто вспыхнул значок входящего сообщения.

– Постой, – сказал он.

Потом выловил телефон из кармана, под пристальным взглядом спутницы набрал запрос в Гугле и быстро пролистал результаты.

– Да, да, да! – воскликнул он. – Я понял. Я знаю, что Лео пытается мне сказать!

– И?

– Он велит мне играть Ромео!

Жюстин нахмурилась.

– Ромео?

– Да, Ромео, – подтвердил Ник. – Лео хочет, чтобы я играл Ромео.

– Извини, а как именно ты это понял?

– Цитата. Цитата!

– Цитата из Стейнбека, – напомнила ему Жюстин.

– Да, да. Но, – продолжил Ник, яростно стуча пальцами по экрану телефона, – не просто из Стейнбека. Это из «Зимы тревоги нашей».

Жюстин задумалась, но тут же покачала головой.

– Не понимаю.

– Зима тревоги нашей. Зима тревоги нашей. Ты же знаешь, откуда это, правда?

– Если память не подводит… это из «Ричарда III».

– И? – подбодрил Ник.

– Что и?

– Кто написал «Ричарда III»? Шекспир написал «Ричарда III». – Ник говорил взволнованно и слегка наигранно. – Понимаешь? Ты должна понять.

– Ага… я пытаюсь.

– Сейчас у меня есть выбор. Скоро будут ставить «Ромео и Джульетту». Мне дали понять, что если я не против, то роль Ромео – моя. Но постановка… Ее ставит не крупный театр. Она вообще не совсем профессиональная. Но, с другой стороны, я никогда не играл Ромео. И режиссер уже подыскал нескольких довольно впечатляющих профессиональных актеров на другие значимые роли. Сейчас так мало работы.

– Так ты хочешь сыграть? – уточнила Жюстин.

– Я всегда хотел получить эту роль. Но денег будет пшик. Или того меньше. Пьеса ставится на условиях раздела прибыли, а это обычно значит, что нам хватит разве что на бочонок вина для финальной вечеринки.

Последовало недолгое молчание. Затем Ник продолжил:

– Гороскопы Лео всегда пугающе точны. Если он говорит о Шекспире, значит, тому есть веская причина. Лео просто многое знает. Сколько раз я ни следовал его советам, все складывалось хорошо. Все сходилось… ну, знаешь… со всем.

Жюстин уставилась на парня.

– Так вот, значит, как ты принимаешь жизненно важные решения?

Ник пожал плечами.

– Частенько, да.

– А разве не тот же Стейнбек говорил что-то про советы, которые мы слушаем, только если они совпадают с тем, что нам нужно? – уточнила Жюстин.

Ник, недоверчиво качавший головой, был заметно потрясен.

– Точно, я вспомнил про эту твою странную память. Ты – единственная из моих знакомых, кто может выдать такое просто так, без всякой подготовки.

Жюстин отмахнулась от комплимента.

– Я просто имею в виду, что, если ты хочешь сыграть Ромео, сыграй. Не нужно толковать слова какого-то чокнутого звездочета, чтобы позволить себе это.

– Лео Торнбери вовсе не чокнутый звездочет. Он – бог. – Внезапный всплеск энергии заставил Ника подскочить с травы; пологий склон стал его сценой. – Шекспир был Тельцом. Земным, жизнелюбивым. Но Ромео… он был Рыбами.

– Что? Ты сейчас заявил, что знаешь знак зодиака Ромео?

– Так и есть.

– А в какой именно части текста упоминается его дата рождения?

– Это можно определить и без нее. Он мечтатель, прекрасный мечтатель. И вообще, ни у одного знака нет такой склонности к самопожертвованию, как у Рыб.

– Похоже, ты слишком долго ходил в рыбьем костюме сегодня.

– Но что за блеск я вижу на балконе? Там брезжит свет. Джульетта, ты как день![13]

– Может, тебе и стоит сыграть Ромео, – со смехом заявила Жюстин. – Он явно тоже был не силен в принятии решений.

– Можешь смеяться, но Лео говорит, что это правильно. Лео говорит, именно это мне и нужно делать. А у Лео всегда есть причины.

Внезапно Ник вскочил на край ближайшего вазона, аккуратно расставив ноги в стороны, чтобы не наступить на капустные листья внутри. Зажав в руке свернутую в трубочку «Звезду» на манер незажженного факела, он принял героическую позу на фоне закатного неба. Жюстин, смеясь, покачала головой.

– Но тот, кто направляет мой корабль, уж поднял парус![14] – провозгласил Ник.

Перекресток

К концу марта Солнце, двигаясь по небу, как по доске для «Монополии», еще на квадратик переместилось от Рыб к Овну, таким образом завершив круг Зодиака и сразу же начав движение сначала. После того как часы пробили полночь, отделявшую Рыб от Овнов, молодая женщина через черный ход своей арендованной двухкомнатной квартирки вышла в крохотный садик на заднем дворе.