Связанные звездами - Дарк Минни - Страница 20

– В но-о-орму, – протянула Лени-Джейн, подозрительно нахмурившись. – Хм-м-м. Посиди-ка здесь с полчасика, потом посмотрим, полегчает тебе или нет.

Лени-Джейн впихнула маленькие пухлые ступни в узкие туфли и отбросила с лица жесткие высветленные пряди волос. Прежде чем вернуться в слабо освещенный салон, она кинула на колени Зейди журнал.

– Вот. Займи чем-нибудь свою голову, – посоветовала коллега, внимательно и, по мнению Зейди, слишком уж понимающе взглянув на нее.

То, что случилось потом, Зейди всегда будет помнить с абсолютной четкостью. Она вспомнит и вес журнала, напечатанного на высококачественной бумаге, и карикатурный ярко-красный нос премьер-министра на обложке. Зейди вспомнит и другие, совершенно случайные вещи: рыжеватый цвет грязи в рекламе джипа, странный шрифт в стиле ретро, использованный в заголовке «Развод – хит сезона», и резкие черты главного астролога журнала на черно-белом фото.

Зейди не особо увлекалась астрологией. Этим, скорее, интересовалась ее мать. Патриция О’Хара не считала астрологию мистической наукой, она подходила к ней с практической, обыденной точки зрения. Ее знак был фактом, таким же, как цвет волос, глаз или кожи, и она верила, что принадлежность к Девам объясняет все, начиная от ее манеры складывать простыни (прямо как в том ролике Марты Стюарт на YouTube) до полностью укомплектованной аптечки в сумочке.

Прямо сейчас Зейди больше всего на свете хотелось, чтобы ее мать оказалась рядом с теплой маской для лица в руках и задушевным разговором наготове. Но в отсутствие Патриции О’Хара Зейди пришлось положиться на Лео Торнбери и один жалкий абзац с советами звезд.

Водолей. В этом месяце Водолеев ждет удача с новыми начинаниями. Чувство правильности и своевременности распространится на все сферы вашей жизни, вызывая на первый взгляд случайные встречи и события. Но ведь, по словам Эйнштейна, совпадения – это способ бога сохранить анонимность. Когда Вселенная отправляет вам сообщение в виде шанса, разумнее не закрывать перед ним дверь.

У Зейди, читающей эти слова, внезапно закружилась голова. «Мамочка?» – вспомнились слова той девочки, прозвучавшие как вопрос. А еще была путаница с почтовыми доставками, когда ей прислали полдюжины детских костюмчиков из хлопка с бамбуковым волокном вместо лифчиков пуш-ап, которые она заказывала. Это было в тот самый день, когда из школы, в которую она когда-то ходила, пришел рекламный буклет с сопроводительным письмом, подробно описывающим, как записать туда своего ребенка. Но ведь все это наверняка были совпадения? И они ничего не значили. Так ведь?

Зейди прикрыла глаза, пытаясь успокоиться, и словно взглянула внутрь себя, внезапно увидев огромный новый мир. Оказалось, что внутри она пустая, как огромная полость с отдаленно поблескивающими кристаллическими стенками. Но открывшееся пространство было огромным, по-настоящему огромным, словно в пределах мерцающих стен ее внутренней пещеры могла уместиться целая Вселенная.

Вселенная отправляет вам сообщение… Эти слова плыли по внутреннему космосу Зейди, словно составленные из звездной пыли. Мерцая и меняясь, они появлялись и исчезали, уменьшались и росли. Вселенная отправляет вам сообщение. Вот тогда-то Зейди и ощутила это, где-то внизу живота. И она не просто вообразила себе это, она действительно ощутила: фейерверк вероятностей, всплеск бытия, ее личный Большой Взрыв. Именно в этот и ни в какой другой момент, подумает она позже, жизнь ее ребенка действительно началась.

Шарлотта Джунипер – Лев, выпускница факультетов юридических и политических наук, бывшая единоличная правительница студенческого сообщества (большей частью просвещенная), гордая обладательница сияющей копны медных волос, достигающей талии, в детстве увлекавшаяся гимнастикой, а теперь иногда отправляющаяся в ночной клуб без белья – стояла голая в темной кухне, которая отнюдь не была ее собственной. Она открыла шкаф, в котором наверняка хранила бы стаканы, будь она хозяйкой этой кухни в лофте, оформленном в стиле 1950-х годов. Но обнаружила лишь разобранный кухонный комбайн. Открыла другой шкаф, но в нем обнаружились запасы чая и кофе. Затем еще один. Алкоголь.

– Фу… – Ее передернуло.

Шарлотта проснулась около половины второго от пульсирующей в висках боли – явного признака похмелья и от калейдоскопа обрывочных мыслей в голове. От кожи шел острый анисовый запах самбуки, а высыхающий пот добавлял к нему солоноватый запах победного секса. Сегодня Шарлот получила – и приняла – предложение работы. Настоящей работы, как у взрослых. Работы редкой, чудесной и принадлежащей ей.

Все выпускники юрфака или политики, которых она знала, вскоре после получения диплома понимали, что зарабатывать в этих сферах могут только плохие парни. К работе для людей с идеалами прилагались весьма ощутимо урезанные зарплаты. И все же ей представился отличный шанс благодаря внезапной отставке Марджи МакГи. Очень неожиданно упомянутая Марджи уволилась с поста советника зеленых и вернулась к активной борьбе на экологическом фронте. Она планировала грандиозную сидячую забастовку на дереве где-то в Тасмании, как слышала Шарлотта. Впрочем, какая разница. Благодаря внезапному решению Марджи у Шарлотты теперь была одна из редких возможностей получать неплохие деньги за добрые дела. У нее будет достаточно денег на шикарные наряды и вино в любых количествах.

Шарлотта Джунипер, советник зеленых. И особенно сенатора Дейва Грегсона. Дейва Грегсона, звезды рокабилли[30] и спортсмена, ставшего политиком. Дейва Грегсона, бывшего музыканта и нынешнего спутника известной как в Австралии, так и за рубежом певицы Блесид Джонс, которая в данный момент уехала в тур по Новой Зеландии в поддержку своего альбома. Того Дейва Грегсона, который сейчас наверху, в своей спальне, пытался прийти в себя после самбуки и секса. Дейва Грегсона, который – без ведома Шарлотты – оставил телефон на беззвучном режиме в кармане пиджака, где тот вот уже несколько часов подряд принимал СМС и голосовые сообщения от Блесид Джонс, подхватившей простуду, отменившей последние концерты тура и спешащей домой поздним ночным рейсом. Того самого Дейва Грегсона, который, судя по всему, не держал стаканов ни в одном подходящем месте кухни.

Шарлотта распахнула дверцу холодильника, наполнив кухню светом пополам с прохладой. Поток холодного сухого воздуха мгновенно высушил островки пота в ямке между ключицами и под тяжелыми, в узорах голубых венок, грудями. Она глотнула апельсинового сока прямо из бутылки. Именно в этот момент до нее, исключая малейший шанс на ошибку, донесся звук поворачивающегося в замке ключа.

Дверь лофта распахнулась, и на пороге возникла невысокая, подсвеченная сзади фигура Блесид Джонс. Она выглядела так, словно сошла с обложки альбома: платье с зауженной талией и пышной юбкой, изящные ботильоны, фетровая шляпа, венчающая пышную шапку кудрей, чехол с гитарой в руке, и ореол янтарного света вокруг. Шарлотта попыталась прикрыть лобок бутылкой апельсинового сока. От испуга ее соски встали торчком.

Фигура Блесид Джонс издала еле слышный звук, похожий на судорожный вздох.

– Вы – Блесид Джонс, – беспомощно пробормотала Шарлотта. – Мне нравятся ваши песни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.