Летописец 2 (СИ) - Буров Егор - Страница 47

Выйдя в зал, я осознал, что слишком долго раздумывал, и старец успел сбежать. Гоняться за ним по городу смысла не имело, так как скоро должен состояться конный поединок с молочным братом барона, и мне нужно к нему подготовиться.

Блондинка вышла из покоев старца одетой в полушубок и, приблизившись ко мне, уточнила, не желаю ли я сопроводить ее к Родиму? Я кивнул, потому что и сам собирался искать этого воина. Было бы неплохо во время поединка иметь поддержку в виде такого богатыря.

Мы отправились к дому, где я пролежал на лавке несколько дней. На пороге нас встретила Филя и с улыбкой пригласила в комнату. Она поздоровалась с блондинкой как с давней знакомой и начала расспрашивать ее о жизни. Я с удивлением констатировал, что случайно помог Маньке, супруге Даньки. Как тесен мир, а город Озерск – это одна большая деревня, где люди знают друг о друге почти все. Манька дождалась Родю и поведала историю о домогательствах старца и о том, как я ее спас. По ее рассказу выходило, что этот любвеобильный старичок только приступил к реализации коварного плана соблазнения. Родя усмехнулся в бороду, так как ныне покойный Гордя говорил о том, что Манька частенько захаживала в храм Матери богов – а значит, либо она не помнит предыдущих моментов насилия, либо умалчивает, что вполне разумно.

Я показал найденный посох, который забрал из храма и он, округлив глаза, спросил:

– Это как?

– Наверное, старец заметил эту палку во время моего первого визита в храм, вот и решил, что ему посох больше нужен, – с усмешкой ответил я. – Вероятнее всего он видел, что я отправился в терем князя. Ты бы там проверил, кто из слуг настолько набожный, что докладывает старцу обо всех гостях дворца.

– Я поспрашиваю у дружинников, – почесав бороду, пообещал Родя. – Я что хотел спросить, с Манькой-то что делать? К князю вести или как?

– Я в полдень с одним рыцарем из свиты барона должен биться, – сообщил я и рассказал причину конфликта.

Родя снова почесал бороду и воскликнул:

– Так Элька же баба! Как она смогла набить морду оруженосцу?

– Баратия научила, – усмехнулся я. – А она умелая воительница.

– А по ней не скажешь, – задумчиво произнес Родя. – Тогда пошли на поле. Ты этого рыцаря убьешь, и мы вместе с Манькой к князю сходим.

Ну, хоть кто-то не сомневается в моей победе. Хотя, если бы я не пришел в храм и меня бы не посетили видения, в которых показывалось, как Эроль ли Криг убивает противников, то была высокая вероятность оказаться на погосте. Но, как говорится: «Предупрежден, значит, вооружен». Надо разработать тактику и стратегию, чтобы в бою опять начать импровизировать…

Глава 24

Когда я и Родя вернулись в мой новый дом, женщины рассказали, как начала волноваться Алура. Она, как никто другой понимала, что ее благополучие зависит от моей жизни. Баратия ругалась как сапожник, предполагая, что я ушел на тренировку. Но Элька сообщила, что кони в стойлах, а значит, я где-то рядом и скоро вернусь домой. Она утверждала, что я не мог таких очаровательных красавиц бросить на произвол судьбы. Полуэльфийка подготовила Ворона к бою и нагрузила мула оружием, которым я должен сражаться.

Надо сказать, что с ролью оруженосца она справлялась отлично. Единственный, с кем ей не удалось достигнуть взаимопонимания, оставался Буран. Гнедой вел себя по-свински, но иногда позволял кормить себя морковкой. Когда-то давно в момент раздражения, я обозвал его зайцем, и хотя он не понимает слов, но интонации различает легко, так что жеребец сильно обиделся и во время тренировки рванул с места в карьер. Сегодня гнедой оказался на диво культурным и никаких капризов не демонстрировал. Я его оседлал и вывел из конюшни. Как ни странно, но Родя так же сидел в седле, хотя мы от его дома шли пешком. Оказывается, когда богатырь узнал о предстоящем поединке, он отправил мальчишку во дворец с сообщением дружинникам, и десять всадников ждали меня у ворот дома.

Барон со свитой так же выехали со двора, и людей у них было больше. Пусть у каждого рыцаря по одному оруженосцу, но в группе сопровождения имелись охранники барона. Таким образом, толпа человек тридцать медленно проследовала к воротам купеческого города, откуда путь до местного ристалища значительно короче. С нами напросилась Алура, мотивируя тем, что ей надо налаживать контакты с местной аристократией. Я поинтересовался, в чем она собирается добираться до поля боя, но она лучезарно улыбнулась и заявила, что наняла подобие местной кареты – открытые сани. Она предложила амазонке составить ей компанию, но Баратия отказалась, ссылаясь на плохое самочувствие. Я тяжело вздохнул, так как понимал, что моя «непоколебимая скала» боялась проявить эмоции.

Мы прибыли на широкое заснеженное поле огороженное жердями, и перед началом поединка прозвучал призыв примириться. Но все прекрасно понимали, что люди ехали сюда не для того чтобы наблюдать вежливые извинения. Все ждали битвы, и другой исход их не устроит. Только бой до смерти и желательно зрелищный и кровавый.

Уж не знаю как, но местные жители узнали о предстоящем действе, и задолго до появления главных действующих лиц на поле собралась толпа зевак. В основном это были мальчишки и молодые мужчины, но кое-где мелькали женские лица, укутанные в пуховые платки. С наступлением холодов народу становилось нечем заняться, а душа требовала забав. Зрители не переступали за ограждение, прекрасно понимая, что всадники могут их покалечить. Насколько я понимаю, на этой площадке обычно проходили ярмарки, но иногда князь созывал полки, чтобы устроить показательный смотр войск, мол, глядите и бойтесь воинов Озерских.

Я не стал разглядывать зрителей и пересел на Ворона. Потрепав его между ушами, наткнулся на так называемый «критнет» – специальную защиту шеи боевого коня. Я, как представил, что Элька надевала эту амуницию на вороного дестирэ, и мне стало плохо – кольчуга с элементами железных пластин, к тому же сама попона из вываренной кожи. Масса не сказать что огромная, но килограмм двадцать точно имелось. Хорошо что доспехи коня состояли не из цельных пластин, наподобие кирас, иначе бы вес увеличился раза в полтора-два.

С другой стороны поля на коне, покрытом темной попоной, восседал Эроль ли Криг и слушал наставления барона. Ольтан успел пообщаться с «дочкой» барона ле Уркрайт. Он предложил сопроводить благородную лэру до королевства Эргент после того как его молочный брат насадит меня на острие копья. Алура, получив от меня строгий наказ не использовать магию соблазнения, вела себя, словно скромная девственница, что никак не вязалось с округлившимся животиком. Она, изобразив невинную овечку, пообещала обдумать столь щедрое предложение и дать ответ после моего поражения. Алура ссылалась на то, что пока жив ее опекун, она не имеет права голоса. Ольтан удовлетворительно кивнул, так как женщины в этом мире должны выполнять приказы мужчин, в противном случае у них могут возникнуть определенные трудности.

Наконец прозвучала команда начать поединок и Элька подала мне копье. Честно сказать, меня устраивала трофейная кольчуга паладина. Она имела двойное плетение, когда колечки вставлялись восемь штук в два, но против удара копьем такая защита вряд ли устоит. Мне пришлось повесить стальной щит на шею, тем самым полностью освободив руки. Многие воины в походах крепили его за спиной, так что специальное крепление имелось, но пока никто из рыцарей не додумался во время конной стычки вешать щиты на грудь. Если бы я не узнал о манере Эроля бить по телу, то мог бы закрепить его на левой руке, а так у меня появился шанс пережить его коварную атаку. У нас обоих имелись традиционные шлемы топфхелм – подобные горшки были у крестоносцев Земли. Все в них хорошо и прочность и возможность крутить головой, но только обзор ужасный и кроме как для конной атаки он ни для чего не годится. В принципе сейчас я собирался биться сидя в седле, так что он меня вполне устраивал.

Горнист барона дал сигнал, и мы сорвались с места в карьер. Как я и предполагал, Эроль направил коня так чтобы проехать справа от меня. Я зажал копье подмышкой и прицелился в грудь противника. Мне всегда нравилось выражение: «С ханом по-хански, а с хамом по-хамски». Раз он так любит убивать ударом копья в грудь, пусть на собственной шкуре испытает всю прелесть наконечника копья, пробивающего доспехи. К сожалению, я забыл о его практике намеренно бить в коня противника и чуть не прозевал момент, когда ли Криг, рассмотрев на моей груди щит, слегка опустил наконечник. Осознав, что Ворон находится в опасности, я слегка дернул поводья влево, и копье противника пронеслось в считанных сантиметрах от вороного дестирэ. Я сам не сказать, что промахнулся, но вместо сильного удара, получилось легкое поглаживание шлема.