Крысобой (СИ) - Балханов Олег - Страница 49

Казарб снова начал ворочать свои мысли и даже брови сморщил. Дело дошло до военной тайны и государственных секретов, которые он выдавать не хотел.

Впрочем, ответ я и так знал. Ничего сложного. Где-то на подходе большая армия казарбов. А это передовое войско прибыло, чтобы связать Корханес и вызвать на себя оставшиеся от корпуса Юстига тысячи. Наверняка они в курсе всего, благодаря гоблинской разведке.

И главное — они полагали, что профессиональная армия с двумя тысячами арбалетов должна справиться.

Хараган так и не ответил. Он анализировал, что лишнего уже сказал, а может быть, завис из-за того, что не мог понять, почему я не знаю элементарных вещей.

Гоблины попробовали защититься с помощью военной силы, но у них ничего не вышло. Потом решили применить запрещенные в этом мире методы и нарвались на Хильду, которая помогает Фрехе и мне заодно. Тогда гоблины поняли, что пора сваливать и ушли за реку. Сидят там в надежде, что казарбы все-таки смогут победить.

Что из всего этого следовало?

В первую очередь, надо помириться с гоблинами. Тогда и казарбы, возможно, успокоятся.

Нужно выслушать точку зрения Риффена. Раз уж мы решили отделиться и стать независимыми от Империи, пора вести собственную внешнюю политику.

— Хараган, хорошо. Посиди, подумай, — сказал я. — Не уходи никуда, я скоро вернусь.

Нацепил ему на голову мешок, забрал кочергу и закрыл решетку на оба замка.

Люк сидел на крыльце.

— Фреха не появлялась, — доложил он.

— Иди спать, Люк, — велел я. — С утра пораньше много дел.

Поднялся наверх и зашел в кабинет. Риффен и Юстиг мирно беседовали.

— Кранц, я как раз собирался послать за тобой, — воскликнул наместник. — Мы с Юстигом все обговорили и теперь действуем сообща. Но пока у нас не будет десяти тысяч арбалетов, нам нужно потянуть время. Вот что мы решили.

Я подсел к столу и Юстиг по-отечески похлопал меня по плечу.

— Ты очень резко поумнел, Крысобой, — сказал он. — Я бы до такого никогда не додумался и сейчас поехал бы в эту дворцовую стражу, считай что на пенсию.

— На пенсию тебе рано, Юстиг, — улыбнулся Риффен. — Поедешь на север к границе с пятью тысячами своих войск и с тысячей Катона.

Он повернулся ко мне, подмигнул и объяснил:

— Это те, кто якобы погиб в сражении.

Вот это грамотное решение. И границу как раз надо закрыть.

— Остальные займутся расчисткой на поле. Для Катона это подходящее задание. Хорошо, что есть куда казарбов захоронить, крестьяне как раз большую братскую могилу выкопали для них, — Риффен усмехнулся. — А ты, Кранц, с утра заберешь людей в помощь троллю и поезжай, ускорить надо изготовление арбалетов. Потом сразу те, кто здесь останутся из корпуса Юстига, поступают под твое командование. Сам и закроешь перевал.

Отличный план, мне нравится. Своей сотне тоже место присмотрю — поближе к Трогеру и перевалу.

Риффен четко мыслит, как всегда. Но у меня появились вопросы после беседы с Хараганом.

— Сразу после того, как ты займешь перевал, — продолжал Риффен. — Я откажусь от статуса наместника и объявлю о независимости Корханеса. Так всю провинцию и будем называть, то есть теперь уже и не провинцию. Название придумать надо для нашей земли.

— И для твоей должности, — добавил Юстиг. — Я-то согласен министром обороны, а тебя как будем называть?

— Правитель Корханеса. Пока так, а потом еще подумаем, — ответил Риффен.— Но главное не это, а мирный договор с гоблинами. Это наипервейшая забота.

Ого. Мне можно и не задавать свои вопросы, похоже, что Риффен и здесь все уже продумал.

— Отправлю делегацию к Басдору, — сказал он. — Прото и Йонуса. Чтобы сказали — мы на их земли на правобережье не претендуем, это все император плохой, с которым наши дороги разошлись. Нас и старые границы полностью устраивают. Тогда они, глядишь, и вернутся к взаимовыгодной торговле. Мы в Корханесе — мирный народ. И казарбам хочу сообщение передать: «Нас не тронь, и мы не тронем.» С кем вот только?

— С этим пленным внизу, — подал голос я. — Хараган его имя. Домой просится. Думаю, что лучше него никто не сможет эту нашу позицию донести до их князя.

Риффен и Юстиг переглянулись.

— Это опасно, — сказал командор. — Он нашу тактику знает.

— Ничего в этом опасного нет, — возразил я. — Наоборот, он расскажет своим, что с нами шутки плохи. К тому же, если через него передать, что мы за мир с гоблинами, они и не придут больше.

— Как это связано? — с недоумением спросил Юстиг. — Они наверняка захотят отомстить за двадцать тысяч своих солдат.

Риффен тоже меня не понял.

— Ну-ка, ну-ка, — сказал он. — Что ты у него выпытал?

— Они пришли по просьбе гоблинов. Издалека, два месяца пути. У них три года, как заключен военный союз.

Риффен покрутил головой. Переварил новые данные и немного подумал.

— Это ничего не меняет, — сказал он. — То есть, наоборот, облегчит нам задачу. Прото скажет гоблинам: как же так? Вы и колдовали и казарбов из степи призвали, нехорошо. Давайте все забудем и мирно жить начнем.

Юстиг почесал затылок.

— Тебе виднее, Риффен, ты у нас политик, — сказал он. — Да если и придут эти степняки снова, у нас же арбалетов хватит и сто тысяч положить.

— Да, можно этому Тарбагану, или как его там, так и сказать, чтоб передал, — подвел итог Риффен. — Ну что, вроде бы все решили, отбой? Утром за работу.

Я только сейчас понял, что валюсь с ног от усталости. Пошел домой, чтобы немного поспать. Хараган пусть понервничает до утра, нечего было морозиться и на вопросы не отвечать.

У конюшен мне навстречу попалась Дора. Я машинально кивнул ей и отдал ключи от подвала. И только когда она ушла, подумал, откуда это она? Наверное убаюкивала Люка. Завтра не забыть спросить, когда свадьба. Марвину понравится.

Арма посапывала в стойле.

Фреха стояла рядом и смотрела на нее.

— Ты чего так долго? — спросила она.

— Разговоры разговаривал. С Риффеном и Юстигом.

Она сразу все поняла и радостно улыбнулась. Так на нее не похоже.

Все-таки это она все время вела меня своей дорогой. Поэтому и радуется, что пока получается.

У меня уже не осталось сил, чтобы поговорить. Огромная куча накопившихся вопросов после разговора с Хараганом подождет до более удобного случая.

— Ну тогда я домой, — сказала она и тут же улетела.

Я по одному ее взгляду вдруг понял, что моя куча вопросов не имеет никакого значения. Вообще.

Просто надо принять все так, как оно есть.

С этой мыслью я с трудом поднялся на второй этаж.

А Корханес надо назвать республикой. Учредить сенат и все такое. Кажется, я думал это уже во сне.

Разбудил меня Марвин. Когда он-то спит? Если вообще спит.

— Там приехали какие-то люди от Риффена, — сказал он.

— Это помощники для Трогера, пусть во дворе подождут. Нам с тобой еще надо к Прото за деньгами.

Черт! Еще же Хараган. И с Зораном встретиться.

— Нет, постой! — передумал я. — Где Джей?

— Внизу, в конюшне.

Я высунулся в окно и посмотрел на пятерых крепких молодых парней, учеников Ратакура, и обычных лошадок, на которых они приехали. Смысла брать их с собой не было, все равно отстанут.

— Знаете Раяна? — спросил я.

Двое ответили, что знают.

— Он над вами старший. Джей, сейчас же отправляйся с ними к Трогеру.

— Есть, босс.

Так, с этим решили.

– Марвин, что там на севере?

Он вкратце рассказал мне обо всем. Гонцы из ставки казарбов пока не появлялись. Чек поддерживал свой костерок. Все нормально.

— Зоран и Люк в соседней комнате, — доложил Марвин.

Молодцы. Толковые у меня парни.

Я объявил Зорану благодарность за вчерашнее. И объяснил, что и как ему делать дальше.

Потом спустился в подвал дома Риффена. Дора открыла камеру.