Икс. Место последнее - Линдквист Юн Айвиде - Страница 21

Помещение, в котором оказался Томми, было завалено хламом, который Янне по какой-то причине решил оставить себе. Небольшой экскаватор с ковшами разного размера, три гигантских плоских телевизора в коробках, резиновая лодка, несколько электромопедов. Груды совершенно новой зимней резины, пара гидрокостюмов с трубками. С потолка свисали четыре зажженные люстры, в углу стояло чучело лося. И так далее.

Янне вышел из кабинета, одетый в джинсы, футболку и пиджак, который выглядел дорого и плохо на нем сидел. Томми всегда считал, что он похож на Бертиля Бертильсона[27], называвшего себя «худшим шоуменом Швеции». Несмотря на то что Янне покупал дорогие машины и дизайнерскую одежду, ему не удалось избавиться от обаяния провинциального рынка.

– Томми! Давненько! Еще и охранника с собой привел, как я погляжу. Ты же не боишься дядю Янне?

Томми представил Томаса как своего аудитора, на что Янне рассмеялся.

– А ты забавный, как и всегда. Знаешь что? Я ведь собирался тебе звонить.

– Почему же не позвонил?

– Слышал, ты помер. Проходи в кабинет. И аудитора бери с собой, у меня есть счета, которыми можно его занять.

Томми хвалил себя за умение считывать людей, но Янне был редким экземпляром, который Томми был не в силах разгадать. За улыбкой Янне мог скрываться план по применению электрошока, чтобы довести человека до потери сознания, а затем порубить на куски, но с тем же успехом улыбка могла выражать искреннее добродушие. Краем глаза Томми заметил, что Томас осматривает помещение в поисках вероятных угроз. Когда Томми встретился с ним взглядом, тот лишь пожал плечами.

Они устроились в кабинете Янне, обшарпанной комнате с бетонным полом, куда Янне затащил роскошный белый кожаный диван, такие же кресла и стеклянный стол. Янне сел в кресло, а Томми и Томас устроились рядом на диване.

– Так почему ты собирался мне звонить?

Янне подался вперед, потирая ладони.

– Дело вот в чем. Я решил взяться за автобиографию, но, поскольку со словами я не в ладах, мне нужен кто-то… да вот как ты. Как у Златана[28] и того, другого.

Если бы Томми составлял список ста причин, почему Янне пожелал ему позвонить, до такого пункта он бы не додумался.

– Как… тебе такое на ум пришло?

Янне почесал затылок и, казалось, смутился.

– Да вот дочь, ну, ты знаешь…

– Жанетт.

– Точно. Жанетт. Весной она выходит замуж. За врача. Все должно быть красиво. А у него в роду народ афар и все такое. И я подумал, что ее старик, то есть нижеподписавшийся, если бы был, как бы это назвать…

– Панегирик?

Янне щелкнул пальцами и просиял.

– Вот и я о чем! Сразу видно – пишущий человек! Панегирик! С ним было бы… ну, ты понимаешь.

– Я понял идею, но, если бы я написал обо всех твоих делах, это не…

Янне замахал руками.

– Нет-нет! Не об этом. О другом. Я ведь чем только не занимался.

– Пойми правильно, я тебя не критикую, – сказал Томми. – Но это как писать о Златане и не упоминать футбол.

Тон разговора был настолько шутливым, что Томми неверно оценил ситуацию. По лицу Янне пробежала тень, и появился другой Янне, который, как слышал Томми, неоднократно голыми руками калечил людей.

– Что ты такое говоришь? Обо мне даже написать нечего?

Прежде чем Томми успел сформулировать что-то, чтобы разрядить обстановку, на помощь пришел Томас.

– Как по мне, отличная идея, – сказал он. – Ты же сам об этом говорил по дороге сюда, Томми. Что о жизни Янне можно книгу написать. Надо уметь выделять в человеке положительные черты.

Томми кивнул, словно задумавшись, но Янне – уже совсем недобрым тоном – спросил:

– Что ты хотел? Зачем приехал?

– Была поставка, – ответил Томми. – Огромная поставка. Практически чистый кокаин. Который оказался здесь. Ты что-нибудь слышал об этом?

Янне пристально посмотрел Томми в глаза и наклонился вперед, сократив расстояние между ними до минимума.

– Я ничего не знаю, – сказал он. – Совсем ничего.

7

– Прошло так себе, – сказал Томас, когда они снова сели в машину. – Зачем было говорить о Златане? Я думал, ты можешь лучше.

– Издержки профессии, – сказал Томми. – Не могу устоять перед шикарной формулировкой. Да и не так это важно.

– Сейчас я потерял нить.

– Во-первых: нет ни единого шанса, чтобы такое событие здесь прошло мимо Янне.

– Но это ты и так знал.

– Да. Но я не знал, что он замешан. Янне тщеславен. Он не стал бы говорить «ничего не знаю», как будто события происходят без его ведома. А намекнул бы, мол, а как же, пожалуй, он кое-что знает, но не может со мной это обсуждать. Так что он – первое – замешан и – второе – боится.

– Небезупречная версия.

– Пожалуй. Но, вероятно, так и есть.

– И что теперь?

– Поеду домой и покормлю Хагге. Тебя подвезти?

– Не, просто высади меня у «Слюссена».

Томми остановился у автобусной остановки и попрощался с Томасом, пообещав перевести ему несколько тысяч, когда получит гонорар за статьи. Некоторое время он сидел в машине и раздумывал. Когда позади загудел автобус, он развернулся в неположенном месте и поехал обратно в порт.

Проехал мимо складов Янне и продолжил путь в сторону портового офиса. Если повезет, на ресепшене будет сидеть Сюзанна. Из всех сотрудников с ней у него были самые хорошие отношения, поскольку о ней он знал больше всего. Или наоборот. Только открыв входную дверь, он заметил в окошке копну ее осветленных волос и систематизировал в голове всю известную информацию. Дача, проблемы с водоснабжением, муж работает в социологической службе, дочь в Штатах.

Томми постучал по стойке, и Сюзанна просияла, увидев его.

– Привет, Томми.

– Здравствуй, Сюзанна. – Он замолчал на три секунды, и Сюзанна наклонила голову и вопросительно подняла брови. Томми улыбнулся, как бы извиняясь, и продолжил: – Ты же ничего не слышала о моей смерти, да?

Сюзанна удивленно отвела голову назад, так что на шее образовался второй подбородок.

– Нет, о чем это ты?

– Да так… Как дела у Миллы в Вашингтоне?

– Отлично. Ее взяли в окружную команду.

Случалось, что люди удивлялись способности Томми помнить подробности их жизни, но большинство реагировало как дети. То, что было очевидно и известно им, было очевидно и известно всем.

Окружная команда по…

Осветленные волосы Сюзанны лежали словно вуаль на Капитолии, и из вуали вдруг выпала девочка с каштановыми косичками, а в руках она держала…

– Обходится без травм? – спросил Томми. – Баскетбол бывает жестким.

– Пока все в порядке, – ответила Сюзанна и постучала по письменному столу. Томми в ответ постучал по стойке ресепшена.

– Рад слышать. Слушай, хочу кое о чем тебя спросить.

– Еще бы.

– Не приходило ли за последний месяц большое судно из… скажем, северной части Южной Америки?

Сюзанна застучала по клавиатуре и спросила:

– Наркота?

– Возможно.

– Сейчас жесточайший контроль.

– Знаю. И тем не менее.

Сюзанна нашла список и пролистала его.

– М-м-м… Мексика?

– Вряд ли.

– Два из Бразилии. Кофе, сахар и подушки безопасности.

– Как поэтично. Даты и пароходства указаны?

Томми достал блокнот и записал данные, которые продиктовала Сюзанна.

– Что-нибудь еще?

– Нефтяной танкер из Венесуэлы, но он вряд ли…

– Сюда может зайти танкер?

– Нет, они встают на якорь на рейде, а потом выходят суда поменьше. Не самый практичный способ что-то ввезти.

– Все равно запишу.

Когда Томми записал данные танкера, Сюзанна развела руками, словно говоря, что рассказ окончен.

– Вот и все.

– О’кей. Спасибо, Сюзанна. Кстати, проблема с водоснабжением на даче решилась?

8

По дороге домой в Транеберг Томми пытался разложить по полочкам те разрозненные факты, которые обнаружились за день. Кто-то, кого называют Экис, за последние месяцы довел до самоубийства многих шишек, больших и не очень. Просто поговорив с ними. Тот же Экис организовал огромную поставку кокаина, которую разгружали люди Янне. Самоубийства обезглавили преступные группировки, а кокаин опустил рынок. Экис близок к тому, чтобы подмять его под себя, все вокруг охвачены страхом. Как ему удалось ввезти столько кокаина, чтобы полностью уничтожить конкурентов?