Всадницы и всадники (СИ) - Козодаев Роман - Страница 56

Вот оно как на самом деле. А ведь местные дворяне действительно не дураки: не только императору разгуляться не дали, но ещё и всадниц приструнили.

– Ром, а у тебя случайно нет детей? – внезапно спросила Мирра.

– Каких ещё детей? – перепугался я подобному интересу. Чего-то у Мирры совсем крыша поехала от выпитого. Хорошо, что хоть Аннет рядом, а то как бы заместительница Нарриты не бросилась на меня эти детей делать. В Этерии дети, как и на Земле в Средние века – явление само собой разумеющееся, но я к ним совершенно не готов.

– Несчастных и голодных.

– Нет у меня никаких детей, – ответил я. Затем, припомнив свой предыдущий провал, когда Рината спрашивала про Трамл, уточнил: – По крайне мере, я про них не помню и заводить не пытался.

И ведь не соврал, на Земле их быть точно не могло. В Этерии тоже вроде не должно, у меня здесь была всего одна женщина. Ну не могла же Зулли родить! Ей позабавиться и развлечься хотелось, а не детьми от меня обзаводиться.

– Тогда что за беда у тебя приключилась? С чего ты вдруг решил напиться до потери памяти?

– Ничего не приключилось, – постаравшись придать голосу убедительности, заявил я. – Устал просто и решил выпить вина. Не рассчитал только немного, я ведь правда редко пью.

– Именно вчера решил? – не поверила в наспех сочинённый экспромт магичка. – До вчерашнего вечера ты вином не больно-то интересовался.

Я всеми силами пытался придумать вменяемую причину своего внезапного алкоголизма, но нужные слова отказали находиться напрочь. Оказывается, неполных двадцать два года – совсем не тот возраст, который позволяет крутить интриги. Особенно когда нужно обмануть человека, прожившего на свете сотню лет.

– Это из-за Хейли? – предположила Мирра, не дождавшись от меня ответа. – Она тебе чего-нибудь сказала? Или, может, оскорбила?

– Нет, Хейли тут ни причём, – торопливо опроверг я. Не хватало ещё и наставницу впутать для полного счастья. Да если бы я пил каждый раз, когда Хейли меня оскорбляла, спился бы уже давно.

Но то ли слишком быстро сказал, то ли Мирра почувствовала неискренность…

– Так оскорбляла или нет? – девушка очень серьёзно посмотрела на меня. – И не вздумай сейчас выгораживать Хейли или врать мне.

– Немножко ругала, – был вынужден признать я, уж больно строгое лицо стало у чародейки.

– Снова за старое взялась, – вздохнула Мирра и посмотрела на Аннет: – Сообщим Наррите?

– Она её накажет, – поморщилась чародейка.

– Что ты предлагаешь? – с возмущением воскликнула девушка. – Оставить всё как есть?

– Не надо, – поспешно попросил я. – Не надо Наррите ничего рассказывать. Пожалуйста.

Если к главе всадниц заявятся Мирра и Аннет, всему моему плану придёт конец. Поднимется нехилая такая буча, которая ещё не понятно чем закончится. Даже если о ночных событиях известно не станет, я потеряю своё преимущество перед врагами, которые точно затаятся.

Но куда больше меня волновала реакция Хейли. Ябедничества она точно никогда не простит. Пусть Наррита её и справедливо накажет, о девушке в таком случае можно будет забыть навсегда.

Ответить Мирра не успела – часы начали отбивать полседьмого, приглашая на завтрак.

– Ну вот, ванную не успела принять, – расстроено поглядела она на свои совершенно чистые руки.

– Расслабились мы, – упрекнула Аннет причитавшую о не принятой ванне Мирру. – Ванна по два раза в день, обеды, балы. А помнишь, как крепость Рох-Гарр осаждали?

Магичка встала со стула, подошла ко мне и принялась рассказывать историю осады:

– Там дел-то на пол дня было: догнать мятежных чародеев и попробовать захватить. Догнать догнали, а захватить уже не успели – скрылись они в старой цитадели. И сразу же защитный купол подняли. С налёту пробить его не получилось, пришлось приземляться и ждать, пока энергия в накопителях кончится.

– А нельзя было за подмогой послать? – задал я очевидный вопрос.

– Нет, нас же всего двое было: я, да Мирра. Улети кто-нибудь, мятежники или разбежались бы, или в атаку пошли. Убить не убили бы, но отогнать могли. С неделю мы там сидели. Драконам-то чего? Они дней десять спокойно без еды продержатся. А вот две магессы-растяпы есть захотели уже к вечеру.

– Ничего не растяпы, – смутилась и так красная Мирра. – Кто знал, что у них там логово обустроено?

– Никто. Вот и пришлось Мирре по всему болоту неделю бродить и лягушек в котелок собирать, – не стала скрывать неприглядные стороны службы Аннет.

После подобного признания я всадниц зауважал ещё больше. Понятно, что голод не тётка. Когда живот сводит, будешь рад и лягушкам, а крестьянам подобное состояние не понаслышке знакомо. Но девушки ведь аристократки. Кто из этерийских дворянок согласится на такую вот судьбу, которая предполагает лазить по болотам и есть лягушек, пусть и редко? Мия тоже ведь рассказывала, как от голода умирала.

– Чего ты преувеличиваешь? – возмутилась заместительница Нарриты. – Всего денёк, потом рыбу ловили. В некоторых странах лягушек вообще к королевскому столу подают. Они там деликатесом считаются.

– Ты ещё самого интересного не слышал, – совсем оживилась Аннет. – Это когда наша чистюля не удержалась и в погоне за лягушками в самую грязь залезла…

– Так, всё, хватит, – Мирра подскочила к Аннет и вытолкала смеющуюся всадницу из комнаты. Та ещё попыталась что-то сказать уже из коридора, но Мирра быстро захлопнула дверь.

– Придумывает невесть что, – пробормотала чародейка, возвращаясь ко мне. Я встал с дивана и теперь сверху вниз смотрел на девушку. Мирра и так была невысокой, а учитывая мои сто восемьдесят шесть, не доставала даже до подбородка.

– Давай не будем ничего Наррите говорить? – попробовал я ещё раз исправить свою оплошность. Потом, вспомнив, как когда-то Хейли просила Мирру подменить её, добавил: – Я буду должен.

Девушка испытующе поглядела на меня. Видимо, прикидывала, что с меня можно будет стрясти при случае.

– Хорошо, Ром, обойдёмся без Нарриты, – решила чародейка и я мысленно возблагодарил богов, в которых верила Мирра. – Только в следующий раз, если Хейли себе позволит что-нибудь, приходи ко мне, а не напивайся в одиночку.

– Будем напиваться вместе?

– Да, – улыбнулась девушка в ответ. – Это и для самой Хейли лучше будет. Наррита очень строгая. Если узнает про её проделки, то действительно сильно накажет.

– Мне так не показалось, – недоверчиво посмотрел я на всадницу. – Я, конечно, у вас совсем немного пробыл, но ни разу не видел, чтобы Наррита злилась или ругалась.

– У неё особый стиль управления, – объяснила девушка. – Она даёт много свободы, но и спрашивает потом безо всякого снисхождения. Поверь, она своё прозвище не просто так получила.

Выйдя от Мирры, я направился в столовую, размышляя по пути об услышанном. Кэтлин оказалась кое в чём права. Нет, всадницы с драконами действительно сильнейшие в мире и круче них никого нет. Да и в одиночку воительницы очень сильны. Один на один драконья наездница с любым воином справиться должна, даже с рыцарем Лорна.

Только вот живут они на полном обеспечении. Еду для драконов им доставляют королевские службы, платит казна, всякую там мебель и оружие тоже имперские структуры поставляют. Новыми драконами и зельем, оказывается, напрямую императорская семья обеспечивает. Хорошенько драконьих наездниц обложили, не подёргаешься особо.

Получается, всадницы не самодостаточны. Устроить заварушку могут, а вот смогут ли после наладить нормальную жизнь?

Завтрак проходил спокойно. На нём присутствовала Наррита, при ней недоброжелательницы обычно не пытались меня задеть. Да и я за прошедшее время маленько попривык к обществу всадниц, начав легко огрызаться. В сложных же случаях мычал и пучил глаза, делая вид, что не понимаю завуалированных оскорблений. Последний вариант оказался даже действенней. И если Лотта явно раскусила мои уловки, то Танира принимала за чистую монету и страшно злилась.

Однако без сюрпризов всё же не обошлось. В самый разгар завтрака дверь в столовую открылась и на пороге появилась Лиана – глава всей прислуги. Коротко поклонившись, она подошла к Наррите и что-то быстро зашептала ей на ухо. Глава всадницы сначала удивлённо подняла брови, а потом нахмурилась и почему-то поглядела на меня. Стало как-то неуютно – вроде бы я ни в чём не виноват, но подобные взгляды ничего хорошего обычно не сулят.