Viva la Mésalliance или Слава Мезальянсу (СИ) - Давыдов Игорь - Страница 15

— Интересно девки пляшут, — Даркен вновь задумчиво приложился к бутылке. — А что за обстоятельства заставили моих предков поторопиться с воскрешением?

— Они покидают Богемию. Сегодня. Сразу после королевского приёма. В усадьбу в ближайшее время возвращаться не собираются.

Молодой человек аж поперхнулся. Он ошарашенным взором посмотрел на экономку, ожидая пояснений, но та с самым невозмутимым видом принялась утирать лицо господина.

— Так, что вообще происходит? Стоило мне на несколько дней уединиться с Морте Сантой, как мир начал трещать по швам?!

— Мне кажется, вы драматизируете, — ответила пани Ковальская. — В прошлой жизни мне приходилось сталкиваться с настоящими катастрофами, и я могу сказать: ситуация, которую я сейчас наблюдаю, выглядит, как преддверье, однако в большинстве случаев беды просто неуверенно топчутся на пороге и не решаются войти, ежели господа вовремя проявят инициативность. А в этом вопросе у семейства Маллой никогда не было проблем.

— Ох… просто замечательно.

Даркен закатил глаза. Так он стоял молча пару секунд, а затем поморщился, мотнул головой и отшатнулся от проявляющей излишнюю заботу экономки.

— Значит, и мне нельзя на месте ни сидеть, ни лежать. Придётся расследовать собственное исчезновение. Этим я сейчас и займусь.

— Но герр Вольдемар говорил, что вам нужен крепкий сон… — хотела-было возразить ему женщина, однако господин её решительно перебил.

— Где сейчас герр Вольдемар? — требовательно спросил молодой человек, быстрым шагом подходя к столу, где сидел довольный и важный неясыть.

— С вашим отцом, естественно, — ответила пани Ковальская. — Но он вернётся, как только пан ректор займёт место в салоне самолёта.

— То есть, герра Вольдемара тут нет? — уточнил Даркен, заботливо поднимая на руки сытую и наигравшуюся хищную птицу.

— Нет, — женщина задумчиво подняла бровь. — Уж не пытаетесь ли вы клонить к тому, что ежели человек, вас воскресивший, отсутствует, то и его рекомендации не обязательны к исполнению.

— Рекомендации не были бы рекомендациями, если бы следование им было бы обязательным. Они бы тогда стали приказами, — усмехнулся молодой человек, уверенно вышагивая в сторону выхода из кухни. — Просто присутствуй герр Вольдемар лично в усадьбе, вы могли бы ему на меня нажаловаться, и тогда мне пришлось бы прыгать в окно, чтобы избежать его занудных лекций. Не забывайте, с кем вы говорите: Даркен Маллой является главным специалистом по нарушению правил и предписаний.

2.

К тому моменту, как Даркомобиль прибыл к воротам дворца, солнце уже село, сокрыв унылые серые небеса тёмной пеленой. Однако же отсутствие над головой главного светила ничуть не мешало ориентироваться в пространстве: близь обиталища короля было светло, как днём. И это не преувеличение. Не шутка и не ирония. Переоценить местную иллюминацию было сложно. По всей длине кованого забора, меж всех столбов и даже по ветвям аккуратно стриженных деревьев были протянуты гирлянды. Словно бы в качестве новогоднего украшения, но не цветные, а исключительно осветительные.

Выглядело оно, конечно, замечательно. Словно мириады звёзд лично спустились на бренную землю, чтобы почтить своим присутствием королевский приём. Звёзд в самом прямом смысле этого слова. Аналогия между известным лицедеем и звездой местным была известна, но не приходила на ум первой: в Форгерии не возникло земной традиции преклонения перед “богемой”. Дворяне, будучи все до одного некромагами и держателями власти, как с юридической, так и с силовой точки зрения, так и не уступили ведущей роли кому бы то ни было.

По крайней мере, если не считать ЕССР, где аналога шляхты не могло существовать по определению.

Так что, под прицелами объективов фото и видеокамер были не актёры и певицы, а люди высокородные и их ближайшее окружение. Яркие вспышки слепили и раздражали, заставляли щуриться и хмуриться. Ни в этой жизни, ни в предыдущей Броня Глашек не любила журналистов и почитала их всех, за редкими исключениями, социальными паразитами, мнящими о себе намного больше, чем им бы следовало.

Если честно, Лешая наивно полагала, что приём окажется немножко… менее помпезным. Так сказать, более “домашним”. Глупо, конечно. Даже не обязательно было тратить время, чтобы хоть раз в жизни взглянуть на один из репортажей, что освещал какое-нибудь предыдущее подобное мероприятие. Достаточно лишь вспомнить, насколько сильно некромаги любят друг другу пускать пыль в глаза: даже линейка в честь начала учебного года в УСиМ была бы способна растопить полярные льды, коли бы стало возможным использовать помпезность в качестве нагревательного прибора.

Так что, тот факт, что Броня оказалась не готова к тому, что её дебют будет происходить в подобной обстановке, являлось следствием исключительно её собственных ошибок и неверных ожиданий. Никто не мешал ей сложить две двойки и понять, сколь много внимания будет обращено на её персону. Даже если бы слухи и сплетни не имели свойства распространяться с огромной скоростью, и каждая мимо пробегающая крыса не знала бы о том, что безродная Глашек получила предложение стать супругой самого Даркена Маллоя, одного из самых завиднейших и знатнейших женихов Богемии, у журналистов было достаточно поводов не сводить взгляда с этой скромной синеглазой зануды.

Ведь она всё ещё оставалась Лешей, аватарой божества Хаоса и главой весьма многообещающего культа.

Девушка не могла заставить себя смотреть прямо перед собой. Не могла поднять взора. Осознание, что этими мёртвыми рыбьими глазами фото и видеокамер за ней наблюдали даже не тысячи, а миллионы, если не десятки или сотни миллионов, людей, тяжёлым грузом лежало на плечах. Незримые тиски давили на виски столь сильно, что юная некромагичка была способна услышать звук каждого удара крови о стенки сосудов рядом с ушами. Последние, кстати, вопреки своему обыкновению не горели. Они умудрились на ровном месте замёрзнуть.

Спина Брони ощутила мягкое ободряющее прикосновение меж лопаток.

— Держись бодрее, Лешая, — тепло улыбнулась ей рыжеволосая красотка в изящном синем одеянии с пышными белыми кружевами. — Ты же сама говорила: королеву делает свита. А разве может найтись свита лучше меня?

Заботливая юная дворянка в подтверждение своих слов гордо вздёрнула носик и изящным движением откинула шелковистые локоны за спину, а затем окинула толпу горделивым взглядом, разом высокомерным и снисходительным. Точно небожительница, снизошедшая до простых смертных.

И что характерно, она ей и была.

— Ты ко мне весьма добра, Фортуна, — благодарно улыбнулась в ответ безродная и осторожно взяла дворянку за руку да скользнула ласково подушечкой большого пальца по тыльной стороне ладони рыжеволосой красотки. — Я рада, что между нами больше нет недопонимания.

Высокородная скользнула взглядом вниз, на свою кисть, ощущающую робкое неловкое прикосновение перста сконфуженной Брони, а затем перехватила длань собеседницы и сжала её крепко, но весьма нежно и ласково.

— Я всё ещё не верю, что ты — та самая страшная Лешая, о которой столько говорят. Разве может быть аватарой самого грозного врага человечества такая трогательная лапочка?

Синеглазка только и успела одарить Фортуну тёплым взглядом, как в беседу девушек вмешался Виктор. Он шёл по правую сторону от пары Брони и Ёлко, привычно уткнувшись носом в небольшую бумажную книжицу в строгом чёрном переплёте. Мрачный минималистичный дизайн. Эта книга была идеальным отображением подчёркнуто-аристократичного образа своего читателя.

— Отчего бы и нет? Дриадам, как и природе, свойственно притворяться слабыми, хрупкими, невинными. Однако бывали ли вы хоть раз на руинах городов? Видели ли вы цветы и травы, пробивающиеся сквозь камень? Доводилось ли вам узреть мох на стенах в подземельях, куда отродясь не пробивался солнечный свет? Насекомые, крысы, птицы… они выживают там, где умирает человек. Я бы хотел сказать “за исключением Антарктиды”, но нет же! Даже там пингвины себя чувствуют заметно лучше, чем опытные некромаги!