Viva la Mésalliance или Слава Мезальянсу (СИ) - Давыдов Игорь - Страница 1

Viva la Mésalliance или Слава Мезальянсу

Глава 1. Тварь

1.

Ужасное место, чтобы умереть.

Подвал был просто отвратителен. У него имелось куда больше общего с пещерой какого-нибудь тролля, нежели с творением рук человеческих. Помещение освещалось лишь теми немногими лучами солнечного света, которым удавалось сюда проникнуть через открытую дверь, да узенькие прямоугольные вентиляционные отверстия, частично припорошенные мокрым снегом. Этого не хватало даже для того, чтобы оценить размеры подвала, не говоря о том, чтобы разглядеть его интерьер.

Однако высокой гостье не требовалось видеть убранство данного помещения, чтобы понять, что внутри её не ждёт ничего хорошего. Достаточно было лишь втянуть носом воздух и ощутить всю палитру местных ароматов: от сладковатого запаха гниения и терпкого ощущения сырости, до характерного зловония относительно недавно выпотрошенного тела.

Секунду спустя щёлкнул маленький, но довольно яркий фонарик, и по полу скользнуло голубоватое пятно холодного света, отражающегося от грязного бетона, залитого водой столь основательно, что тот казался этакой вычурной дизайнерской плиткой. Отсветов и бликов вполне хватало, чтобы ежесекундно выхватывать из темноты то зеленовато-коричневые пятна плесени, то свисающие с потолка образования, похожие на крупные, с подушечку пальца, лопнувшие коконы комаров, то граффити, похожие на наскальную живопись.

Ассоциации с пещерой тролля только усиливались.

На помощь фонарику пришёл мобильный телефон, и их общего света оказалось достаточно, чтобы чужаки, к которым это место явно не испытывало никаких тёплых чувств, могли продолжить свой путь, не опасаясь столкнуться головой с какими-нибудь чрезмерно низко расположенными сантехническими коммуникациями, обильно украшенными рыжими пятнами ржавчины и следами жизнедеятельности насекомых, или запнуться о валявшийся повсюду строительный мусор и выбоины в бетоне, подозрительно удачно расположившиеся строго под теми местами, где на трубах собиралась вода.

Незванных гостей было трое. Двоих из них, тех самых, что были ответственны за светодиодный фонарик и ассистирующий ему сенсорный мобильный телефон в персиковом чехле с легкомысленной мультяшной наклейкой, выделяла форменная одежда. Более предусмотрительный и готовый к спуску в подземелья мужчина щеголял строгим полицейским кителем, украшенным погонами майора. Пусть страж закона был невысок, стати и уверенности в нём было достаточно, чтобы отбить у большинства людей желание стоять на пути у правосудия.

В отличие от хмурого целеустремлёного владельца фонаря, заведующая мобильным телефоном хрупкая русоволосая девушка выглядела более рассеянной. Она брезгливо морщила свой острый носик, а взгляд её раскосых васильковых глаз блуждал по стенам и потолку помещения, время от времени задерживаясь на коммуникациях или очередном небрежно намалёванном чёрной краской “тэге”. Форма горничной, в которую облачилась эта любопытная юная особа, не особо бросалась в глаза, частично сокрытая приталенным коричневым пальтишком.

Последняя представительница троицы сильно выделялась на фоне сопровождения. Синеглазая молодая девушка, чьи длинные послушные волосы цвета ночи резко контрастировали с аристократической бледностью кожи и белоснежными одеяниями, подобранными по моде Российской Империи: высокие ботфорты на низком широком каблуке, украшенные мехом, гармонично сочетались с длинным пальто, подпоясанным широким ремнём, да пушистой папахой.

Важная особа не торопилась заходить в подвал. Её внимательные синие глаза некоторое время изучали сомнительное убранство этого помещения, после чего девушка сняла головной убор и обернулась назад.

— Эй! — позвала она кого-то снаружи, после чего лёгким движением швырнула ему шапку. — Смотри, не потеряй и не испачкай!

Убедившись, что её слова были услышаны, синеглазка двинулась следом за успевшими углубиться в царство сырости и мрака спутниками, не забыв пригнуться, чтобы не встретиться лбом с одной из труб.

— Мне почему-то казалось, что тело будет ближе ко входу, — отметила девушка.

— А мне почему-то казалось, что здесь будет светло, — усмехнулся страж правопорядка. — Однако, будь вселенная совершенной, у нас с вами не было бы работы, слечна Глашек!

Одетая в белоснежные одеяния посетительница местных катакомб недовольно поморщилась. Она была слишком разочарована тем, что видела, чтобы поддержать полицейского в его желании слегка разрядить обстановку.

— Илега, перешли данные об этом доме Жаклин, — попросила синеглазая свою русоволосую спутницу. — Подобная антисанитария… причём, не где-нибудь в Гобое, а в самом центре Хотски!

— Сейчас-сейчас, — мелодично пропела та, отвлекаясь от разглядывания стен, чтобы уткнуться острым носиком в экран мобильного. — Только сеть поймаю, госпожа!

— И почему во всех подобных местах проблемы со связью? — вздохнула слечна Глашек.

Тёмные бровки сошлись к бледной переносице. Девушка остановилась и рывком задрала левый рукав пальто до самого локтя, демонстрируя миру сокрытое тяжеловесным ребристым браслетом предплечье. Единственным украшением данного аксессуара был регулировочный винт, обмотанный шёлковой лентой.

— Не разбредайтесь…

— Ваше мастерство некромага столь высоко, что вы начали испытывать беспокойство прежде, чем увидели останки? — поинтересовался полицейский. — Вам что-то сказали духи?

— Нет, шеф Воржишек, — покачала головой слечна Глашек. Её правая рука скользнула к винту и принялась медленно его закручивать, увеличивая давление жёстких, украшенных изнутри туповатыми зубьями-шипами, рёбер браслета. — Мне об этом сказало ваше поведение. Я достаточно хорошо вас знаю. Вы не станете тревожить шляхту по мелочам. Однако причины моей просьбы куда как приземлённей: мне не хватает света. Здесь слишком темно.

— Ох, виноват, госпожа, — мужчина сделал несколько поспешных шагов назад и направил луч фонаря под ноги некромагичке. — Увлёкся.

Девушка тем временем в достаточной мере увеличила давление браслета, чтобы боли хватило на плетение заклинания, защищающего от неприятных запахов не менее эффективно, чем от отравляющих газов. Большой и указательный пальцы по очереди коснулись переносицы и шеи, помещая магический контур в критические, для стабильности его работы, точки.

— Кстати, я заметила, что вы никого не оставили охранять останки от тех же крыс, — озвучила свои мысли некромагичка. — Не нашлось достаточно смелых ребят, или вы сами опасались за жизнь подчинённых?

Слечна Глашек отвела правую руку в сторону и несколько раз исполнила движение, напоминающее попытку вызвать звук щелчка. Однако такового не последовало: не было у аристократично выглядевшей особы навыка, которым многие, казалось бы, владели с пелёнок. Иными словами, девушка не умела щёлкать пальцами.

Однако, не в этом была цель жеста некромагички. Она не пальцами щёлкала, а сплетала несложное заклинание, от которого требовалось вызвать характерное колебание в слое реальности, находящемся за пределами материального мира. В конце концов, существо, к которому взывала слечна Глашек, к звуковым волнам было невосприимчиво, однако было способно ощущать изменения в магическом фоне.

И это существо ответило на призыв. Сначала оно слегка шевельнулось, лениво сбрасывая с себя оковы сонной неги, а затем послушно скользнуло из-под одеяний хозяйки вниз, по ноге, на грязные мокрые полы подвала. В холодном свете фонаря шкура змеи вызывала особенно стойкие ассоциации с изумрудами.

— Вы проницательны, госпожа, — ответил полицейский, переводя взгляд на рептилию. Та с важным видом показала шефу Воржишеку свой раздвоенный язык. — Вряд ли то, что сотворило с человеком нечто подобное, уязвимо к свинцу. А трассеры — они тоже не универсальное средство. Поэтому я велел постам убедиться, что никто из челяди не приблизится к подвалу: не хотелось бы по прибытии обнаружить вместо одного трупа два или более.