Кентуки - Швеблин Саманта - Страница 4

На рынке она прошлась вдоль рядов с фруктами, специями и национальными костюмами, старательно отводя глаза от подвешенных за ноги живых кур и гусей, которые молча трепыхались, изнемогая в предсмертной агонии. И где-то уже на задворках Алина обнаружила застекленный павильон, удивительно белый и чистый по сравнению с прочими торговыми местами. Автоматические двери открылись, она вошла, двери за ней закрылись, сразу же слегка приглушив уличный шум. Алину обрадовало глухое гудение кондиционера и то, что продавцы были заняты с другими клиентами или же переставляли товар на полках. Значит, ее оставят в покое. Она сняла с головы платок, пригладила волосы и двинулась вдоль незастекленных витрин, где были выставлены электробытовые приборы, с облегчением замечая вокруг массу всяких вещей, которые ей совсем не были нужны. Прошла мимо кофеварок, электробритв и через несколько метров остановилась. Тогда-то она и увидела их в первый раз. В ряд выстроились штук пятнадцать, или даже двадцать, коробок с надписью “Кентуки”. И сразу стало ясно, что это не обычная игрушка. А чтобы покупатели могли получше разглядеть новинку, продавцы вытащили некоторые модели из коробок и поставили на них сверху, хотя и достаточно высоко, так что достать их оттуда было затруднительно. Алина взяла в руки одну коробку – белую и безупречно оформленную, не хуже, чем упаковки от айпэда и айфона, купленных Свеном, только размером побольше. Каждый кентуки стоил 279 долларов, а это было очень дорого. Красивыми они ей не показались, и тем не менее была в них некая изысканность, хотя в чем именно она заключалась, Алина вот так сразу объяснить не сумела бы. Что же это все-таки такое? Она опустила сумку на пол и наклонилась, чтобы получше разглядеть кентуки. На разных коробках были нарисованы разные зверюшки, во всяком случае, одинаковых она не нашла. Там были кроты, кролики, вороны, панды, драконы и совы. Внимательно изучив каждую картинку, Алина мысленно отобрала пять. Потом из этих пяти выделила две. Теперь оставалось принять решение, хотя она тотчас задалась вопросом: а что, собственно говоря, она должна решить? На одной из двух коробок было написано: crow / krähe /乌鸦 /cuervo / ворон, на другой – dragon /drache /龙/dragón /дракон. У ворона камера видела в темноте, однако сам ворон, как выяснилось, не был водонепроницаемым. В отличие от дракона. А еще дракон умел извергать пламя. К сожалению, ни она сама, ни Свен не курили. Алине понравился дракон, потому что он был сделан не так примитивно, как ворон, однако ворон, по ее мнению, подходил ей больше. Но вряд ли подобные рассуждения были уместны, когда речь шла о такого рода покупке. Она снова подумала про цену, про эти самые 279 долларов, и даже сделала несколько шагов назад. Только вот коробку из рук не выпустила, что не преминула мысленно отметить. И сразу поняла: она непременно купит себе эту игрушку, купит, и все тут, и заплатит карточкой Свена, хотя заранее могла вообразить, как он будет вздыхать, изучая свой счет. Алина понесла ворона к прилавку, чутко прислушиваясь к тому, как этот поступок повлиял на ее настроение, и пришла к выводу, что нынешняя покупка может кое-что изменить в ее жизни. Каким образом изменить, Алина понятия не имела, как не знала и того, не совершает ли сейчас ошибку. Продавец, который ее обслуживал, совсем еще мальчишка, как-то очень уж бурно обрадовался, увидев у нее в руках коробку с кентуки.

– У моего брата уже есть такой, – сообщил он, – а я пока коплю деньги, чтобы завести собственного. Знаете, это что-то фантастическое.

Именно так он и сказал: “что-то фантастическое”. И Алина в первый раз засомневалась – нет, не в том, стоит ли покупать кентуки, а в том, не напрасно ли она выбрала ворона, но тут парень, улыбаясь во весь рот, забрал у нее коробку, и тотчас – пип! – послышался резкий и непоправимый писк, когда он поднес штрихкод к сканеру. Потом продавец вручил Алине скидочный купон на следующую покупку и пожелал очень доброго дня.

Вернувшись в Виста-Эрмоса и едва войдя к себе в комнату, Алина скинула босоножки и немного полежала на кровати, устроив ноги на подушке Свена. Коробка с кентуки, все еще нераспакованная, стояла рядом, пока Алина размышляла, можно ли будет вернуть покупку в магазин, если упаковка окажется нарушенной. Наконец, придя в себя, она села и поставила коробку на колени. Сняла фирменный скотч и принялась ее открывать. Сразу возникло ощущение, что там, внутри, лежит вещь дорогая, пахнущая новыми технологиями, пластиком и хлопчатой тканью. Кроме того, было что-то волнующее и упоительное в том, как ты в первый раз растягиваешь тщательно свернутые провода, снимаешь целлофан с двух видов переходников, вдыхаешь запах пластика, исходящий от зарядного устройства, обнаруживаешь, что испанский занимает шестое место среди языков, на которых написана небольшого формата, но толстенькая инструкция. И при этом сознаешь: для тебя все только начинается, поскольку вставленная внутрь вторая коробка с самим кентуки еще ждет своей очереди. И Алина достала его, отложив все прочее в сторону.

Игрушка оказалась довольно неказистой – большое твердое яйцо, обтянутое серо-черным плюшем. Желтый пластмассовый треугольник, призванный изображать клюв, был приклеен прямо к животу и напоминал мужской галстук, правда сильно выступающий вперед. Алине показалось, что глаза у ворона черные, но, приглядевшись получше, она поняла, что сейчас они просто-напросто закрыты. Еще у ворона имелись три гладких резиновых колесика – два под лапами и одно почти на хвосте, а маленькие крылышки, прижатые к туловищу, вроде бы существовали сами по себе, независимо от всего остального. Наверное, они могли как-то двигаться или даже трепыхаться. Алина поставила ворона на зарядное устройство и подождала, пока загорится индикатор. Но лампочка то и дело принималась мигать, как если бы связь никак не желала устанавливаться, а потом и вовсе гасла. Алина подумала, что, вероятно, следует подключить кентуки к интернету через Wi-Fi. И, сидя на краю кровати, она еще раз заглянула в инструкцию. Та подтверждала то же, что было написано на коробке: 4G/LTE включался автоматически, пользователю надо было лишь поместить его на зарядное устройство. Покупатель получал также на год бесплатное мобильное подключение, поэтому не нужно было ничего ни к чему самим подключать. Не вставая с кровати, Алина продолжала изучать инструкцию. Наконец она нашла то, что искала: когда “хозяин” кентуки впервые ставит свой прибор на зарядку, ему нужно проявить “хозяйское терпение” и дождаться, пока кентуки установит соединение с центральным сервером, чтобы сервер, в свою очередь, связал его с другим пользователем, с неким человеком, обитающим в какой угодно части света, который пожелает стать “жизнью” кентуки. Процесс соединения – в зависимости от скорости – может занять от пятнадцати до тридцати минут, пока установка программного обеспечения не завершится на обеих сторонах. Не рекомендуется снимать с зарядки кентуки в течение всего этого времени.

Почувствовав разочарование, Алина стала смотреть, нет ли в коробке еще чего. К ее удивлению, кроме зарядного устройства и инструкции, к игрушке не прилагалось ничего, что помогало бы ею управлять. Сам собой напрашивался вывод: ворон будет действовать независимо от воли Алины, вернее, управлять им будет тот, другой, пользователь, кого в инструкции называют “жизнью” кентуки. Но что же тогда получается? Сама она не имеет права даже включить или выключить собственную игрушку? Алина открыла инструкцию на странице с оглавлением. Поискала, нет ли указаний, как можно выбрать второго пользователя – того, который будет управлять ее кентуки. Или, скажем, нет ли перечня каких-то личностных характеристик, которые она могла бы по своему усмотрению предпочесть. И хотя Алина несколько раз пролистала инструкцию и внимательно изучила оглавление, ничего подобного она не нашла. Это ее насторожило. Она захлопнула брошюрку и отправилась на кухню, чтобы налить себе чего-нибудь прохладительного.