Убей в себе жертву - Тюльпанова-Кержакова Милана - Страница 6

Когда брат подрос, мы сильно сдружились. Сейчас он учится за границей, мы не так часто общаемся, но я чувствую себя с ним одним целым. Мой брат – это как я, только мальчик. И ещё забавно, что мы оба сохранили в себе, неосознанно, многие привычки отца – манеру разговора, какие-то жесты. Брат очень на него похож. Иногда, когда он что-то говорит, я даже мысленно вижу перед собой папу, как будто это он произносит свои фирменные фразы.

Сейчас ему пятнадцать лет, и он – моя большая защита и опора. Особенно остро я это поняла в момент развода, когда мне было безумно одиноко. Я иногда приходила к нему, он обнимал меня и находил правильные слова утешения. И это меня согревало.

А еще он очень здорово поет. Когда мы собираемся все вместе, семьей, он поёт «О, море-море» – так, как пел эту песню наш папа…

Мы с Владом, скорее, друзья, а не старшая сестра и младший брат. Я ему рассказываю о своей личной жизни, о работе, а он всегда находит для меня слова поддержки или разумный совет.

Брат был сильно привязан к Саше, дружил с ним, и очень переживал наш разрыв. Особенно, когда во время наших размолвок мой муж стал нелестно о нем отзываться. Я до сих пор не знаю, по какой причине это произошло, потому что мой брат – очень хороший мальчик. Возможно, это делалось лишь для того, чтобы задеть меня. Естественно, мне это было неприятно. Я считаю, что когда люди расходятся, это проблема только этих двух людей, и она никак не должна отражаться на родственниках, на близких, которые ничего плохого никому не сделали.

Когда мы разводились, брат звонил Саше, писал, но тот не выходил на связь. Видимо, он принял позицию «раз всё, значит, всё». А Владу, когда он потерял отца, конечно, нужно было мужское плечо, и он переживал из-за того, что Саша перестал с ним общаться. Для него это было безумно тяжело. При этом, когда в нашей семье случилась эта большая трагедия – смерть папы, брат повел себя очень по-мужски – всегда был рядом со мной, вытаскивал меня из истерики и непотребного состояния, поддерживал, обнимал, целовал…

Я вижу, что он растёт настоящим мужчиной. Мужчиной, которым можно гордиться. Даже если я больше не выйду замуж, у меня всегда будет мой брат, который стал для меня воплощением идеала мужчины: он самостоятельный, умный, всегда всё рационально взвешивает, в свои пятнадцать лет может найти выход из ситуации, в которой я бы растерялась, и я за это его очень уважаю.

Бывает, что мы ссоримся, а как без этого? Когда я вышла замуж за Сашу, то, так или иначе, стала вхожа в мир шоу-бизнеса, и брату это очень не нравилось. Он даже мог поругать меня – например, за позднее возвращение домой. А я устраивала ему взбучки из-за учебы. В отличие от меня, он далеко не самый прилежный ученик.

Но, по большому счёту мы, конечно, друг друга очень любим. Брат для меня был и остается большой поддержкой, он очень помогал мне и в те моменты, когда я сначала осталась одна с сыном, а потом – когда его у меня отобрали.

Брат всегда вселял в меня уверенность в том, что все проблемы мы сможем решить, потому что мы – дети своего отца. Мы – не та семья, которая сдаётся и опускает руки.

Комментарий психолога Натальи Зенцовой

– Милана часто вспоминает о том, что в детстве родители ставили ей высокую планку и хвалили ее за достижения. Папа искренне восхищался ею, когда она добивалась успехов в том, что делала. С одной стороны, отец транслировал Милане: «Ты – лучшая, ты можешь добиться всего!» С другой стороны, Милана, будучи ребенком, воспринимала эти слова как то, что она не имеет права на неудачу. Она чувствовала, что должна оправдывать ожидания своих родителей. Она и ее семья находятся в центре внимания, а значит, она должна сделать так, чтобы родители гордились ею.

В результате, у Миланы сформировалось подсознательное убеждение: «Меня любят за мой успех. Чтобы меня любили, я должна чего-то добиться в этой жизни. Причем, успешной нужно быть во всем: в семейной жизни, самореализации, бизнесе».

Возможно, поэтому и в отношениях с мужем Милана, держа в голове идеальную модель своих родителей, которые прожили более 20 лет в браке, стремилась во чтобы то ни стало, закрывая глаза на какие-то моменты, до последнего сохранить свою семью.

Глава 8. Муж

Сейчас, когда все ужасы нашего брака позади, я понимаю, что отношения с Сашей – это классический пример абьюза. Мой бывший муж – человек с нарциссическим расстройством, социально-нарциссический психопат, так называемый «перверзный нарцисс». Люди, как правило, не рождаются такими, а становятся – в результате обстоятельств, чаще всего, формирующих их в детстве.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.