Найти себя. Трилогия (СИ) - Эс Евгений - Страница 20

Перед въездом на рынок, где творилось настоящее столпотворение, Сомова отстегнули от телеги, и дальше обоз пошел без него. Геор привязал один конец веревки к цепям человека, а другой к седлу своей лошади, и они двинулись вниз по улице, имевшей явный уклон. Дома вскоре расступились, и открылось бескрайнее синее море, над которым носились и пронзительно кричали чайки. Но любоваться морскими просторами Виктору позволили недолго. Геор быстро договорился с капитаном, после чего раба провели под деревянным портовым краном с огромными парными колесами, подняли на борт и загнали в трюм корабля, стоящего у пристани на погрузке. Судно было парусное трехмачтовое и, наверное, относилось к типу барков, а трюм его оказался битком набит такими же, как и Сомов, горемычными невольниками. Около двух суток рабы провели в темном антисанитарном трюме грузового судна, откуда их не выпускали даже оправиться, а на третий день всех подняли на палубу, и болезненно щурясь от яркого солнечного света, Виктор увидел Макабр.

Столица орков была еще огромнее, чем предыдущий город. Первое, что бросалось в глаза это несметное количество кораблей, стоящих в гавани и берега, густо усыпанные лодками. Потом взгляд натыкался на прибрежный бастион, возвышающийся над портом. Основательное сооружение из серого гранита с тремя башнями уменьшающегося диаметра, которые были поставлены друг на друга. Бастион возносился на десятки метров вверх, и носил следы тяжелых былых сражений. Поверхность его стен пошла трещинами, камни местами почернели и даже оплавились, и то тут, то там видны были заплатки из материала, сильно отличающегося по цвету от основного фона. Дальше взгляд притягивал раскинувшийся на возвышенности роскошный дворец короля орков из черного мрамора, окруженный шестью контрастными белыми башнями. В городе было полно и других достопримечательностей, но Геор уже нетерпеливо дергал Виктора за веревку, не давая глазеть по сторонам. По дороге среди потока гужевого транспорта им попалось несколько телег с водой специально поливающих улицы. Чистоту в столице пытались поддерживать, но все равно здесь воняло отвратительно. Цивилизация, подумал Сомов глядя на проезжающую мимо поливальную телегу, грязная воняющая, но все же цивилизация.

Примерно через час они достигли цели своего путешествия, исходя из количества рабов, которых здесь было больше, чем где-либо еще. На невольничьем рынке кроме уже привычных людей и гномов, попавших в рабство, оказалось немало диких орков, закованных в цепи. Геор закончил переговоры с каким-то важным господином, передал ему конец веревки и вразвалочку подошел к Виктору.

– Хочу попрощаться, раб, – лениво произнес орк и нанес резкий удар кулаком в живот.

Сомов охнул и присел от боли. На самом деле он успел сгруппироваться и даже немного увернулся от удара. Месяцы тренировок не прошли даром, и тело само среагировало на опасность. Было больно, но вполне терпимо. Захотелось гордо выпрямиться, усмехнуться или даже плюнуть в лицо орку. Однако Виктор отбросил неуместное позерство, которое закончилось бы еще одним ударом. А оно ему надо? Но он не смог удержаться от слов брошенных уже вдогонку уходящему орку:

– Я вернусь, Геор!

Орк обернулся и презрительно процедил свозь клыки:

– Я буду ждать.

Сомов не нашелся, что ответить и последнее слово осталось за орком.

Теперь студент попал в лапы работорговцев. Его вымыли, отобрали старую одежду, выдали взамен тонкий балахон, единственное достоинство которого заключалось в том, что он быстро снимался, и повесили на грудь бирку с номером семнадцать. В таком виде он просидел три дня вместе с другими невольниками, прикованными к длинной общей цепи. Мимо протекал поток покупателей или просто зевак, пришедших поглазеть на живой товар. Когда кто-то интересовался Сомовым, он обязан был подниматься, снимать балахон и выполнять все требования потенциального покупателя. Первоначальные попытки воспротивиться были пресечены надсмотрщиком с очень хитрым болевым амулетом, который словно игла вонзился в позвоночник и болевой шок едва не закончился для студента обмороком. Сломали меня, суки, совсем сломали, упал духом Виктор, безропотно обнажаясь перед очередным клиентом. Среди тех, кто заинтересовался человеком, запомнился гном, который на чистом оркском языке спросил его имя и сразу ушел, но оставил мучительное чувство надежды на то, что это был посыльный от Хэка. Еще запомнился пьяный покупатель в компании хмельных и веселых людей. Он был магом и вероятно очень состоятельным. Одних только тончайших кожаных жилетов на нем было надето штук пять. Маг имел огромное количество амулетов и навороченные многослойные гогглы, а вместо меча у него на поясе висел уже виденный ранее Сомовым короткий цилиндр. Вблизи цилиндр представлял собой грозное техническое устройство похожее на рукоятку мотоцикла, заканчивающуюся металлическим раструбом с радужными разводами – цветами побежалости металла. Вне всяких сомнений это было не что иное, как магический меч. Кроме меча на поясе с имелся закрытый патронташ и висела необычайно длинная коричневая кобура, прихваченная к бедру узким ремешком. О том, что скрывалось внутри кобуры, можно было только догадываться. Сопровождающие мага лица так и вились вокруг него и, судя по всему являлись обычными прихлебателями. Сначала вся эта камарилья интересовалась рабынями, но увидев Сомова, неожиданно переключилась на человека.

– Однако каков экземпляр, – маг с интересом стал рассматривать Сомова.

– Это полукровка, уважаемый, – тут же подбежал с пояснениями торговец орк, услужливо кланяясь, – удивительная помесь вампира и человека.

– Сильно сомневаюсь, – пробормотал маг, продолжая рассматривать Виктора свозь окуляры гогглов, на которых линзы с жужжанием то и дело сменяли друг друга, а потом выдал: – Лжешь ты, торговец. Это просто седой человек.

И уже обращаясь к своей компании с веселым возмущением произнес:

– Этот мерзавец хочет меня надуть, выдавая седого мальчишку за вампира.

Компания отреагировала смехом и нелесными комментариями в адрес торговца.

– Как будет угодно господину, – покладисто согласился орк, – я лишь передаю слова его прежнего необразованного хозяина.

– Ну, что вы думаете, друзья, оценит ли такой подарок госпожа Конкорсия? – маг кивнул на неподвижно стоящего Виктора, – Зная ее слабость к необычным рабам, разве она не проявит ко мне свою благосклонность после такого щедрого дара?

Пьяная компания единогласно поддержала планы мага в отношении некой госпожи Конкорсии. Судя по всему, они были готовы одобрить любое предложение мага без раздумий.

– Сколько ты просишь за него, торговец?

– Раб будет продан с аукциона сегодня вечером, господин. Начальная цена пять золотых.

– Не слишком ли много за раба, пусть и светловолосого? Больно уж он тощий и лицо какое-то неживое. Не болен ли чем? – засомневался покупатель.

– Здоров, как акула, никакая хворь этого раба не берет.

– Склонен ли к побегу? Я гляжу, спина у него чересчур разукрашена.

– Что до спины, уважаемый, так это прежний хозяин чудил, а сам-то раб смирный, никогда не убегал, – продолжал лгать торговец.

– Ну, хорошо, – маг внезапно утратил весь интерес к рабу, – А не пойти ли нам, друзья, в кабак? От жажды у меня совершенно пересохло в горле.

Следующего покупателя Сомов без содрогания вспоминать не мог. Толстый лоснящийся орк с жирными часто облизываемыми губами и неприятными маслеными глазами, которыми он долго разглядывал человека со всех сторон. Особое пристальное внимание орк уделил половому органу, который не только осмотрел, но и ощупал сальными пальцами. Спина Виктора, изуродованная плетьми и ставшая от загрубевших шрамов твердой и похожей на панцирь черепахи, вызвала у орка нездоровую восхищенную реакцию. Пришлось не только открывать рот, показывать язык и зубы, но даже наклоняться, раздвигать ягодицы и стоять в такой унизительной позе достаточно долго, пока покупатель не насладился зрелищем. Покрывшись холодным потом, студент с ужасом понял, для каких целей его собираются купить и использовать. Он испытал глубочайший шок и на некоторое время полностью потерял связь с действительностью, ничего не видя и не слыша. Казалось, хуже того, что с ним происходило в этом мире, уже и быть не могло, но судьба приготовила еще один чудовищный сюрприз – стать сексуальной игрушкой для орка-извращенца. Виктор справился с паникой, подавив ее спасительной ненавистью. Убью, подумал он с холодной решимостью, выдержу все и убью при первом возможном случае.