Урощая Прерикон (СИ) - Кустовский Евгений Алексеевич "[email  - Страница 29

— Там, на холме, лошадка не выдержала гонки, которую я ей устроил, упала, да и померла. Жаль, конефно, хорошая была зверюга! Сослужила мне добрую службу. Главное, фто не напакостила под конец, а то с них станется. Могла упасть ведь тем боком, вдоль которого винтовка висела, худо бы вышло совсем, пришлось бы на сближение идти и план бы мой не сработал тогда. Хорошо, фто обошлось. Ну, я дернул винтовку из шехла, зарядил ее, — Пит похлопал ленту с патронами, которую всегда носил через плечо. — Улегся на холме и давай палить по Толлвардам! — сказав это, он поднял банджо и, выудив из кармана жилета смотанную стальную струну, одолженную еще днем у Дадли Вешателя, который всегда имел одну или две струны к своей удавке про запас, размотал ее и принялся пристраивать на грифе банджо. Пит единственный из банды, кто умел с Дадли сладить.

— А что случилось-то? — спросил Мираж, когда Пит натянул струну и принялся ее настраивать под недовольный гул ропота разбуженных им бандитов.

— А то и слуфилось, — ответил Пит, наклонив ухо над струной, которую дергал, — фто братья мои втюхались в эту Энни оба, да прифем как еще втюхались, втрескались в нее по уши! — Но так как деньги у них, словно из дырявых карманов сыплются: как наживут, так сразу же и спустят на выпивку да баб! — Пит сделал несколько проверочных переборов пальцами, — и об этом все скотоводы у нас знают, то родители Энни, да и все другие Толлварды были, конефно, против такого союза…

Удовлетворившись качеством звучания настроенного банджо, Пит прибавил к тихому журчанию ручейков воды, стекающих вниз по скалам, легкий и быстрый поток мелодии блюграсса. Перебирая струны своими ногтями, настолько жесткими, что музыка даже без когтей звучала ярко, ковбой как ни в чем не бывало продолжил свое повествование.

— Братья понафалу посвататься к ним хотели, ну, знаете, как положено. Так половина сватов, собранная из их дружков закадышных, те подарки, которые братья через них Толлвардам слали, себе прикарманила и вместе с ними сбежала. А другая половина до того налакалась, фто и двух слов связать не могла, и вернулась обратно с отказом. Вот братья и опозорились перед всеми тем, фто не умеют даже выбрать доверенного человека! Им и говорили, хватит, мол, слать, — и так ведь ясно, фто девка не ваша, не отдадут ее вам Толлварды и все тут! Но моим-то братьям разве объяснишь, фто нельзя? — Нет, сер! Они такого слова даже и не знают, верно! — играющий ковбой задумчиво взглянул в ночное небо. Его зрачки заволокла пелена воспоминаний, такая же густая и непроглядная, как тучи, вновь затянувшие небосвод, перекрыв свет звезд и оставив лишь небольшое окошко для Безымянного. Ему подобные истории и музыка были дороже всего на свете, помимо танца, конечно, и свободы, что для плута одно и тоже.

— Помню Трентон — этот громила — как-то раз сунул руку в кипяток, фтобы достать мясо, которое в нем варилось, хотя кухарка его предупреждала, фтоб он не лез ни в коем случае, а не то, как пить дать, ошпарится. Он и ошпарился! Не мог, понимаете, дотерпеть до обеда. Это притом, фто он все варенное ненавидит, очень уж есть ему, видите ли, хотелось! Я бы тоже хотел есть, вырасти таким шкафом, но обошлось, как видите. Кухарке досталось тогда от матери, только фто она-то поделать могла? Трентон, как в четырнадцать лет в рост пошел, так к шестнадцати, когда дело было, уже мог молоденькому бычку шею голыми руками своротить, ему от отца сила перешла.

— А Форрест, — Пит рассмеялся и неприкаянная, задорная мелодия, наигрываемая им, белой нитью скакнула по черной канве ночи, сорвавшись сначала вниз, в обрыв басов, а после кондором взвившись вверх, к заснеженным вершинами Рубикона, — Форрест — этот повеса — всех доярок покрывал в округе, даже не наших. Тех же Толлвардов, да, сэр! А фем ихние хуже? Так фто отец, который тоже по молодости был парень в любовных делах не промах, только диву давался, как он все успевает! То у одной, то у другой живот округлится, спрашиваешь у них, кто отец, а они, потупив взор, молчат или говорят, фто от бродяги нагуляли. Ума у них, конефно, куры наплакали! Сказали бы, фто от Форреста — папка бы и денег дал. Форрест, видно, их сам подговаривал, фтобы так отвефали, а ему только того и надобно, фто обрюхатить и забыть! Он девок собирает, как Трентон трофеи! Да уж, я по сравнению с братьями самый фто ни на есть скромняга!

— Бедная Энни… — покачал головой Мираж, оценив достоинства претендентов на ее руку и сердце, а после прислушался: ему показалось, что из телеги, стоящей неподалеку, доносятся какие-то звуки. Но взглянув туда, разведчик увидел лишь черноту и смутные очертания бочки с рыбой.

— Да какая ж она бедная! — возразил Пит, ухмыльнувшись, — там такая барышня, фто по развязности уделает иную шлюху из Дамптауна, а по красоте — так и подавно! — Тут вам и лифико, сладкое и пьянящее, как ликер, и голосок у Энни фто надо, медовый. Зуб даю, была бы певифкой, не повези ей с богатой родней, — ковбой оскалился во весь остаток зубов и с громким свистом втянул воздух через отверстие между передними. — Есть на западе одно такое ущелье, Свистящим зовется. Ты знаешь, не так ли?

— И не понаслышке! — ответил Мираж, кивнув. От игры ковбоя на банджо у него самого зачесались пальцы что-нибудь поперебирать, но так как другого инструмента, чтобы аккомпанировать Питу, не было, Мираж достал из кармана свой любимый золотой и принялся перекатывать монетку пальцами правой руки, предварительно стянув с нее кожаную перчатку.

— Да? А я вот только понаслышке! Я это к тому, фто у меня во рту такое же теперь! — данное высказывание вполне в духе Пита: ковбой хвастается тем, о чем другие пожалели бы. — И знаешь, фто самое главное, а, Мираж? — пальцы ковбоя на миг замерли, но тут же побежали по струнам снова, — из нас троих она первой в меня влюбилась, когда мы еще вместе играли детьми! Ну, оно и понятно: в Трентона вообще влюбиться сложно, разве фто найти где-то мисс, которой бы нравилось, когда ее рвет на части медведь или когда по ней, к примеру, топфется бизон, и свести их. Только где ж такую безумную-то сыщешь? — Его первая девушка и сама была немаленького роста, отлифалась коровьим сложением, бородавкой на носу, который формой и размерами напоминал скорее свиное рыло, фем феловефеский нос, а уж тем более нос девифий. Вдобавок ко всему этому сфастью она могла похвастаться еше и роскошными гренадерскими усами… — Пит рассмеялся, взглянув на усы прикорнувшего Кавалерии, выглядывающие из-под его шляпы. — Да, сэр! Великолепными такими усищами!..

— Ну а Форрест… Форрест был всегда красавфиком и главным среди нас. Это несмотря на то, фто Трентон его старше! — Ему-то и досталось ранфо, когда папка умер… — Пит перестал перебирать и взял минорный аккорд, почтя память своего старика. — Но это только по бумажках все Трентона, а на деле главный Форрест. У него голова варит отлифно, только уж больно смелые мысли ее посещают. Не для Стамптауна и его околиц мысли, — это уж тофно. Там только лица меняются, а время, да, тефет, но очень как-то медленно. Словом, каждый день — одно и тоже. Если бы не папино наследство, то, думаю, Форрест давно бы уже подался на вольные хлеба, как я. Только был бы не под кем-то, а сам себе господин, да…

Тут ковбой умолк надолго, что-то обдумывая. В этот перерыв в собственной речи он подбросил костру в пасть еще пару веток, и тот захрустел, пережевывая их. Затем поднялся на ноги, отошел к ведру неподалеку и выпил из него воды, зачерпнув ее кружкой. Зачерпывая, он немного ее расплескал — это случилось потому, что дождь наполнил ведро доверху. Вернувшись, ковбой продолжил рассказывать о своем брате:

— Помимо того, фто башковитый, Форрест стрелок каких не видывал! Ну, не сфитая командира, — Пит кивнул на спящего каторжника. Он продолжал называть Кавалерию командиром, хотя давно уже под ним не ходил. — Он, правда, по людям только в последнее время стрелять пристрастился, а это не то же, фто и по животным. Злость особая нужна, одним азартом, как в охоте, не сладишь… Но погоди-ка, кому я это говорю? Тут ведь невинных овефек нет! Сами знаете, злость нужна… Ну, или много выпивки! Не то фтобы у Форреста были со злостью проблемы, уж всяко не в смысле ее недостатка, но командир бы его раз на раз, уж простит меня братец, уделал бы в два сфета! Иногда я думаю, фто сам сатана вылепил его руки из костей и плоти худших грешников для одной только цели, — убийства… — нахмурившись, Пит кивнул своим мыслям.