Королевство Адальир. Возрождение (СИ) - Чайко Артемий Александрович - Страница 97

— А ты как думал? — усмехнулся Волербус и оглушительно взревел.

Вслед за его голосом из фары на гарде вырвался луч ослепительного жёлтого света, ударил стражу в грудь, взрывом разметав того. Обломки с грохотом разлетелись в стороны и ещё какое-то время продолжали гореть, отбрасывая клубы едкого дыма. Огоньки, служившие монстру глазами, раскатились в стороны и начали гаснуть. Ариллии удалось подобрать один, пока тот ещё сохранял свечение, и рассмотреть его поближе.

Это был крохотный осколок хрусталя, который на глазах гас и рассыпался, образуя нечто вроде пепла. Оказавшись на ладони Ариллии, он внезапно остановил разрушение и начал подрагивать.

Волербус с любопытством уставился на странный "глаз", а тот внезапно трансформировался в тончайшую прозрачную бабочку, вспорхнул крылышками и улетел прочь. Ариллия с Волербусом переглянулись, это было немыслимо, но казалось, что внутри устрашающих хранителей цитаделей Гиртрона скрывалось нечто позитивное, явно имеющее отношение к миру Кэльвиара.

У рокера тотчас мелькнула догадка. Он поспешил к телу поверженного стража, сунул руки в прореху от меча и спешно разорвал сталь доспехов. Внутри торса гиганта располагались механизмы из цепей, валиков и шестерней, покрытых густым слоем чёрного масла. Но, помимо их, Волербус вынул горсть сухих листьев, среди которых виднелось несколько сухих бабочек, мало отличимых от листвы, и пара змеек. Волербус перевернул ладонь, наблюдая, как серая масса высыпается на пол каземата, и поднял взгляд на Ариллию.

— Гиртрон, видимо, достал их из трансцендентариума, — заключил Волербус.

И, действительно, содержимое воина не оставляло сомнений — некогда он явно находился в потустороннем мире Адальира, но как, кем, и когда был извлечён оттуда, можно было только гадать. Гиртрон наиболее подходил на роль возродившего воинов чудодея, ибо хранитель трансцендентариума был неразрывно связан с Демоном Сновидений, о чём говорил ещё Силий в беседе с Грасом Даркфлессом, путешествуя за Филирд.

Хранилище адальиров

Волербус перевернул меч, используя фару на гарде в качестве фонаря. Лимонно-жёлтый свет полился тотчас, осветив глубины освобождённого от стражи тоннеля. Оглядевшись, они с Ариллией двинулись внутрь. При спуске по наклонному полу выяснилось, что дальше ход затоплен густой жижей цвета венозной крови, напоминающей ту, что вытекла из рубинового огня на башне во время лобовой атаки на Свиртенгралль. Однако Волербус решил продолжить движение, он усадил Ариллию на плечи и уверенно пошёл вперёд по пояс в жиже. Вскоре ход значительно расширился, образовав очередное округлое помещение, в центре которого что-то сияло. Волербус поспешил на свет, застыв в нескольких метрах от его источника. На постаменте, немного возвышающемся над жидкостью, затопившей пол, располагался алтарь из круглого камня, а сверху на нём под стеклянным куполом лежало несколько странных, сверкающих светом юного восхода предметов в обрамлении весенней листы с капельками хрустальной росы. Это было совершенно немыслимо, но перед Волербусом с Ариллией в самом сердце цитадели Свиртенгралля на алтаре чёрных колдунов лежали адальиры!

Волербус сорвал купол, отбросив его в сторону: здесь была собрана добрая половина всех существующих адальиров: соха, переносные солнечные часы, чьё существование под сводами вечного мрака выглядело осознанной насмешкой, зеркало, щит и доспехи, состоящие из брони и шлема.

Волербус, как заворожённый смотрел на обретённое богатство, до конца не осознавая, какое сокровище заполучил. В это мгновение ход зашатался, послышался шум сверху и с потолка в заполняющую тоннель жидкость посыпались мелкие камни. Лицо Волербуса стало приобретать прежние черты, делаясь лицом рок-музыканта Брелова. Только тут он окончательно осознал суть всего произошедшего за последнее время.

— Это Путь Вавилона! — промолвил он, через плечо обернувшись к Ариллии.

— В смысле? — не поняла девушка.

— Путь Вавилона направлял нас всё это время и вывел, наконец, на захваченные силами Даосторга адальиры!

— Это адальиры? — удивилась Ариллия, которой раньше никогда не доводилось видеть подобного волшебства. — Я даже не знала, что они из себя представляют!

— Я их вживую тоже никогда не наблюдал, да ещё и в таком количестве!

Листья-экстриорайдерры адальиров, освободившись от стеклянного купола, принялись расти и множиться, покрывая чёрный камень магического алтаря свежей весенней порослью.

— Но, погоди, — внезапно сообразила Ариллия, — если адальиры здесь, то, получается, королевство ничем не защищено?!

Волербус резко обернулся к сидящей на плечах спутнице, глаза его встревожено вспыхнули: и как это он сам не догадался?!

— Мы были, считай, голыми, — проговорил он, постепенно осознавая размеры катастрофы. — И, Бог знает, сколько они уже тут хранятся! Понятно, почему герддроны и дартгроты шныряли по королевству, как у себя дома так, словно никакой защиты и нет!

— А зачем эта дрянь тут налита? — Ариллия указала тонким, изящным пальцем на красную субстанцию, которой было затоплено помещение.

— Видимо, эта жижа каким-то образом нивелирует энергетику, — предположил Волербус, стараясь силой разума и волшебства проникнуть в суть устроенного здесь безобразия. — Именно поэтому никто ничего и не узнал. Адальиры похитили, сложил на алтаре и установили магическую защиту, чтобы никто не прознал об изменении баланса сил в королевстве.

— И что нам теперь со всем этим делать?

Волербус взял доспехи в руки и придирчиво их оглядел. Снял Ариллию с плеч и усадил на алтарь рядом с адальирами.

— Примерь их, — предложил он девушке. — Я хотел добыть тебе доспехи, но не найти лучших, чем доспехи-адальиры!

— Они какие-то девчачьи, — заартачилась Ариллия, состроив брезгливую гримасу. — И потом они для меня велики!

Она всё же попыталась надеть телесную броню, демонстрируя, что просто "тонет" в ней. Да и шлем оказался великоват, даже если уложить под него волосы.

В этот момент замок вновь сотрясся от удара хрустального воина, и по помещению разнеслось эхо.

— Не подходит, — Ариллия кинула адальиры обратно на алтарь, заприметив зеркальце. — А вот это мне пригодится! — она взглянула в голубую гладь маленького адальира, насладившись своим прекрасным отражением.

Волербус посмотрел на доспехи, потом перевёл утомлённый взгляд на Ариллию:

— Ну ладно я — глупый, да ещё и Гиртрон выбил из меня разум, — повторил он некогда сказанную Ариллией фразу. — Но ты-то, как ты можешь так воспринимать реальность, тем более сейчас, после всего, чего мы достигли?

Ариллия вскинула на Волербуса сосредоточенный взор и вдруг сообразила, что к чему.

— А разве адальиры будут модифицироваться под силой желания? — изумилась она.

— Вообще-то, они сами должны модифицироваться, хотя я и не уверен на сто процентов, — предположил Волербус, который не был знаком с такими тонкостями. — Но могу гарантировать, что ради тебя они изменятся!

С этими словами он взял доспехи и шлем и вновь попытался облачить в них Ариллию, на этот раз сверкающие лазурью латы сами собой уменьшились, став девушке как раз в пору. Волербус оглядел её с ног до головы, глаза его светились восторгом.

— Их как на тебя мастерили! — вымолвил он и рассмеялся. — Щит ещё возьми, а с мечом надо подумать.

— Зеркальце тоже себе оставлю, — заявила Ариллия. — Оно мне ужасно понравилось.

— На здоровье, — усмехнулся Волербус. — Вообще, заберём все адальиры, только соху и часы отдадим Силию, пусть сам думает, что сними делать. Главное, нельзя ничего оставлять в этом проклятом месте!

— И надо побольше здесь всего разрушить, — добавила Ариллия хищно. — Раз уж всё так удачно сложилось!

Сражение с герддронами

Маургригорант сотрясал Свиртенгралль всё новыми ударами, Силий, Фариселл и все Те, кто правит в Вавилоне, в окружении легионов лазурных воинов стояли подле бывшего хрустального озера, торжественно наблюдая за крушением треклятого королевства. Но внезапно створы главных врат Свиртенгралля раскрылись, заиграли боевые рожки, и на пыльную пустошь Кйя-Ори, усыпанную гайками, винтами и шестерёнками, двинулись герддроны Фаур-Каста и дартгроты.