Королевство Адальир. Возрождение (СИ) - Чайко Артемий Александрович - Страница 149

Впрочем, всё это имело мало значения, ведь коронация, как и власть над проклятым Вильтрагом, были настоящими, и отныне Феллс действительно могла управлять Фаллен-Граундскими войсками, обратив их мощь против армий Свиртенгралля.

Когда прибыли посланники Вавилона во главе с Плотником, Феллс уже собирала отряд, чтобы идти в Арвельдон и присягнуть на верность Сальиру-Вери, дабы все узнали, что больше Фаур-Каст не несёт угрозы Адальиру, а наоборот отныне станет служить добру и защищать мир.

— Как круги расходятся по воде от брошенного камня, так и добрые дела множатся от первого источника, — выслушав историю Феллс, философски заключил Силий и привычным движением расправил бородёнку, продёрнув её сквозь плотно сжатые пальцы. — Получается, что сотворённое Волербусом дало множество добрых всходов, о которых мы даже не знали. Не уничтожь он Фаворитов Даркфлесса, кто знает, как бы сложились судьбы Фаллен-Граунда!

Неожиданная подмога из ранее враждебного королевства так вдохновила вавилонцев, что Волербус с Ариллией вновь покинули Гаур-Хэс, отправившись искать дополнительные войска в далёких земелях.

Возвращение Тольтроуна

По возвращении из путешествия монах Тольтроун, ликуя, поспешил рассказать настоятелю монастыря о встрече с разбойниками и чудесном спасении, полученном из рук того самого путника, что некогда пытался отнять у них жезл Лемерона, и его спутницы. Тольтроун был взволнован и безмерно счастлив, что у Адальира появились такие сильные защитники, сравнимые по мощи с исполинами древних эпох. Он искренне полагал, что теперь собратья переменят своё отношение к этому персонажу так, как переменил его он сам. И какого же было его недоумение и разочарование, когда выяснилось, что Волербус с Ариллией уже прилетали в монастырь, пытаясь склонить настоятеля на свою сторону, но тот ответил отказом. Это шокировало Тольтроуна, который, хоть и был прост, но всегда стремился к добродетели, и он решил покинуть обитель, самолично отправившись на помощь армиям Вавилона, дабы защитить Адальир. Собрав нехитрый скарб в узелок и сунув за пазуху пустой свиток на всякий случай, вдруг, что придётся записать, Тольтроун вышел на монастырский двор и направился к выходу в Кйя-Ори. На подходе к вратам его окликнул глава монастыря:

— Это твоё право, — настоятель воспринял решение собрата весьма спокойно. — Ты можешь отправляться, куда твоей душе угодно, и мы не станем тебе препятствовать, но ты должен знать, когда начнётся сражение и Т'эраус применит Низерельдер, мы замкнём монастырские створы и не откроем их до окончания катаклизмов. Никто не сможет ни выйти из обители, ни войти под её защиту.

Он пристально посмотрел Тольтроуну в глаза и с нажимом повторил:

— Никто!

Тольтроун задумчиво поглядел вдаль через монастырские врата, в просвете на горизонте виднелись горные вершины, за которыми лежал Кирльгерльд, где он ещё никогда не бывал. Мысли тотчас унесли его в те далёкие земли, победив страхи и пробудив фантазию. Не век же ему просидеть в проклятой Кйя-Ори? Он вдруг поймал себя на сей мысли, отчётливо осознав, что само её появлении говорит о многом. Видимо, его вновь манил Путь Вавилона. Лицо Тольтроуна просияло блаженной улыбкой, он слегка поклонился настоятелю в знак уважения, закинул узелок с вещами за плечо, поправил подаренный напульсник, поудобнее перехватил свой верный походный посох и зашагал дальше, куда и собирался изначально.

В пещерах Кау-Инс

Расставшись с Филирд и вавилонцем Андреем, блуждающий чародей Иннеллиус и фея Тали двинулись, куда собирались изначально — в Крилльнхилл. Недалеко от него на склонах Центрального Свиреаля располагалось настоящее чудо Адальира, достойное созерцания. Это были странные каменные пластины, стоящие вертикально и опоясывающие сразу несколько скал — знаменитые горные зеркала. Считалось, что сие чудо природы обладает магическими свойствами и любой человек, посмотревшийся в их гладь, обретёт силу волшебства. Для чародеев паломничество к гряде горных зеркал было чуть ли не обязательным, а для Тали просто интересным путешествием.

Её вообще интересовало и вдохновляло всё вокруг, от восхода солнца до букашки, сидящей на травинке и пьющей росу. Иннеллиус только диву давался, сколько энергии и неуёмного любопытства в этой крохотной крылатке, словно Тали была бездонным сосудом, в который, как в чёрную дыру, стремились всевозможные знания и эмоции. Может быть, это оттого, что родилась крылата в благодатном Кэльвиароне, где ход стихий и энергий сохранялся изначально верным, как был задуман при создании Адальира и, по большому счёту, все мы должны обладать такой же энергетикой, как и она?

До места они добрались без особых приключений, долго бродили вокруг скал, созерцая сверкающие на солнце горные зеркала, однако никакой особой энергетики не почувствовали, и уж тем более не добавилось в их арсенале новых магических навыков. Иннеллиус немного разочаровался, ожидая от путешествия большего, а вот Тали пребывала в полнейшем восторге.

Обследовав всё, что только было можно в округе, они переночевали в чьём-то заброшенном шатре, и следующим утром двинулись дальше.

Вскоре лесная тропинка вывела их на довольно широкую дорогу, по которой, судя по оставленным следам, ездили всадники и даже телеги проходили, то был путь в Крилльнхилл. Они не спеша направились к цели, ничего не опасаясь. Место это было почти в центре Адальира, и находилось под защитой Вавилона, тем более, к волшебникам в здешних местах относились с особым почтением и уважением.

Однако на полпути Тали приметила в стороне какие-то норы, которыми были буквально изъедены склоны скал, и попросила свернуть. Они стали подниматься по небольшому склону, сильно заросшему кустарником, пока не достигли основания белых скал, в которых и располагались привлёкшие внимание норы. Норами при ближайшем рассмотрении оказались знаменитые в прошлом пещеры Кау-Инс, с которыми было связано немало легенд. Главной из них из всех по праву можно полагать историю о Серебряном короле и маге Альзиарауне. Иннеллиус хорошо знал сию легенду и, усевшись на валун, конечно же, поведал её жене.

Серебряный король, прозванный так за волшебные доспехи, жил в королевстве средь местных лесов и любил путешествовать по горам. Однажды он встретил на берегу реки старца, который тянул из воды сеть. Король удивился, что тот ловит в реке рыбу такой огромной сетью, кою и вытащить за раз никак не может, а старец вся тянул и тянул снасти. Но странно, на земле около ног его сети больше не становилось… Поняв, что это волшебство, Серебряный король использовал силу своих доспехов и освободил разум человека от наваждения. Сеть исчезла, а старец оказался знаменитым чародеем Альзиарауном. Однажды попросили его люди о помощи, но он из-за гордыни отказал им, оказавшись во власти демона, заставившего его вечно тащить сеть из реки. Освободившись от заклятия, Альзиараун решил пойти к тем людям, которым отказал, и помочь им. Серебряный король отправился с ним. Придя в деревню, узнали они, что поселился рядом с людьми страшный демон, что терроризирует округу. А обитал он в пещере за селением. Отправились король да маг туда и бросили вызов чудовищу. Бились они с монстром, бились, три дня и три ночи сражение шло, а всё победить не получалось. Тогда чародей Альзиараун применил всю свою магию и обрушил своды пещеры, завалив и себя и противника. Серебряного же короля доспехи спасли. Воротился он в деревню, да о геройстве Альзиарауна рассказал, как тот демона одолел, и стали с тех пор чародеев, особенно путешествующих в здешних местах очень сильно почитать. Всё ждали, когда Альзиараун из пещеры выберется, и любого старца седовласого за него принимали.

— Давай поможем ему высвободиться! — звенящим голоском предложила Тали.

— Это же легенда, — по доброму улыбнулся Иннеллиус. — Сказания древние только. Может, и было что, на чём легенду сложили, да вряд ли есть там чародей в пещерах.