Заговор в Насцензе (ЛП) - Брайсленд В. - Страница 19

— И хозяйка гостиницы сказала, что это за принца Берто. Все за принца.

— Принц Берто мертв, — ответила сухо Эмилия. — Он сам убил себя. В этом нет смысла.

— Знаю, — они попали в тупик. Петро ощущал, что она уже не хотела с ним говорить. — Я просто передал слова Коллеты.

Ее лицо было без эмоций.

— Покажи, где ты оставил остальных, — приказала она, поманив его пальцами.

Петро не посмел ослушаться, хотя часть него гадала, почему он делал, как она говорила, словно он был младшим стражем под ее обучением. Он провел ее по берегу к укрытию под деревьями, где он оставил Элеттру и Амадео.

— Что будет с остальными, — спросил он, — пока ты пытаешься найти Петро и брата Нарцисо?

— Не переживай, — заявила она. — Ты будешь вне опасности.

— Я не переживаю за себя, — попытался сказать Петро. — Я хотел бы помочь…

— Когда Жиль вернется из Колоны, отряд стражей сопроводит вас в город, — сказала она. Ее сухой тон показывал, что больше они это обсуждать не будут. Тема была закрыта. — Это протокол.

«Протокол» было любимым словом Эмилии и врагом Петро. Сто возражений пришло в голову, но он знал, что в ее нынешнем настроении она это слушать не будет. Для Эмилии Фосси, стража из замка, Петро мешал миссии. Раздражал. Если он решил остаться и помочь искать Адрио — а он хотел — он должен был доказать ей свое достоинство.

Элеттра подбежала к нему, они даже не успели дойти до скрытого лагеря.

— Кто это? — спросила она, глядя на Эмилию.

— Она — страж из замка, хоть так не выглядит, — сказал Петро. Эмилия хмуро посмотрела на него.

Элеттра не удивилась новости, как и не заметила, что Петро был мокрым и почти голым.

— Адрио, не ненавидь меня, — она сжала его руки. — Я уснула на минутку. Правда. Я так устала от побега, и он сказал, что можно, и берег был с мягким мхом. Я не…

— Что такое? — Петро попытался перебить ее лепет. Он услышал, как Эмилия потянулась за оружием.

От вида кинжала и меча Элеттра попятилась, моргая. Она смотрела то на Петро, то на стражницу.

— Амадео, — она сглотнула. — Он пропал.

11

Жизнь стража Кассафорте — непростое дело, особенно для девушки. Это грубая работа. Если вы любите кукол, а не лепить с братом из песка, то стоит слушаться родителей, вырасти и выйти за хорошего парня, а не идти защищать страну.

— Камилла Сорранто, телохранитель ее брата, короля Мило, в ответ на письмо поклонницы, Люсии Хироними, восьми лет

Эмилия почти сразу стала отдавать приказы. Если бы ее окружали другие стражи, ее приказы выполняли бы или хотя бы слышали. Но Эмилия Фосси не была с опытными солдатами. Ее даже не окружали стражи-ученики, которые начинали обучение раньше возраста Петро. Эмилия Фосси управляла двумя неопытными паникующими учениками инсулы, один был сонным, другой — полуголым, и они стали суетиться, будто курицы, за которыми бегал фермер с топором. Элеттра стала бежать туда, откуда они пришли, а Петро попытался зайти глубже в лес, пока натягивал штаны.

Петро и Элеттра пытались говорить друг с другом. Когда они стали слышать друг друга, Эмилия схватила их за воротники и направила к краю леса, рыча:

— Замолчите и слушайтесь, или я зарежу обоих и оставлю стервятникам.

После такой умелой угрозы Петро пришлось послушать ее.

Эмилия указала им искать вдоль реки, пока она — умелая ищейка — проверит лес на следы Амадео.

— Тот идиот, видимо, ушел сам, — добавила она. — Вряд ли далеко. Не нужно думать о худшем, пока нет доказательств. И не паникуйте, — и она добавила строже для Петро. — Ты держался ночью неплохо. Не становись нюней из-за того, что может быть не таким страшным.

Упреки сработали. Петро взял себя в руки, даже немного гордился. Стражница его похвалила? У него не было времени думать об этом, слова Эмилии оказались верными. Едва он вышел из леса, как увидел Амадео. Грязная ночная рубаха мальчика выбилась из штанов, он стоял у реки и говорил с несколькими мужчинами. Он не выглядел как человек в беде. Он был достаточно далеко на юге, за изгибом реки, и Петро с Эмилией не увидели его на обратном пути.

Петро позвал остальных, и они тут же прибежали. Эмилии пришлось сдержать Элеттру, чтобы та не побежала сразу к Амадео. Судя по недовольству на лице Элеттры, похожее на то, что было у нее ночью, когда она ударила ученика по лицу, Петро посчитал это умным ходом. Петро дал Эмилии вести, пока они бежали по берегу.

— Но это правда! — говорил Амадео, когда его стало слышно. — Было убийство! Убили двоих!

— Я не отрицаю, но и не верю на слово, парень, — мужчины вокруг Амадео были местными, судя по их мятому виду. Глиняная трубка покачивалась, пока старший говорил. Он как-то удерживал ее уголком рта. — Но убийство. Это серьезное обвинение.

Низкий мужчина с мешками веток у ног снял соломенную шляпу и почесал лысую голову.

— Ты знаешь, что Кампобассо всегда было странным местом, — возразил он. — Всегда держалось замкнуто.

— То, что в Кампобассо странные, не делает их убийцами, — сказал товарищ с удочкой.

— Нет, но то, что ты не хочешь в этом разбираться, не значит, что мальчик не сочиняет, — сказал мужчина, стоящий за группой. Петро не видел его за другими. — Он, наверное, испугался.

— Он в ночной рубахе, — рассмеялся рыбак. — Ему приснился кошмар.

— Это не честно, — сказал невидимый мужчина с лошадьми. — И вы это знаете.

Они были близко, и Амадео увидел их.

— Спросите у моих друзей, — сказал он. — Она в одной инсуле со мной. Он из другой инсулы, хотя брат Нарцисо не советует ему доверять. Не знаю, кто еще одна. Но спросите у них.

Петро удивился, что, когда Эмилия заговорила, командный голос пропал.

— Доброе утро, господа, — сказала она с почти естественной радостью. — Как дела? — она застегнула плащ, чтобы ткань скрыла ее оружие, но Петро не сомневался, что она схватит их, как только будет нужно. Мужчины насторожились, кивнули ей. — Мы думали, что потеряли тебя, балда, — она щелкнула Амадео по подбородку.

Амадео не мог принять такое от незнакомки без вопросов.

— Я тебя не знаю. Кто это? — спросил он с подозрением у Элеттры.

— Парень делал серьезные обвинения, — сказал мужчина с трубкой. Он вытащил ее, посмотрел на них, потирая тонкую белую бороду. Их одежда была грязной, а то и отсутствовала, и он мог принять их всех за ненормальных. — Он говорил об убийствах в Кампобассо.

— Убийства! Такую игру ты теперь затеял? Кошмар, — Эмилия притянула Амадео к себе. Он боролся, повернулся к Элеттре. — Он — выдумщик, — сказала она мужчинам, качая головой. — Как-то раз он заставил всех друзей поверить, что он из Тридцати.

— Но я…! — Элеттра прервала гневный вопль Амадео, дернув его за руку. — Ай!

— Вот как? — мужчина с трубкой решил говорить за всю группу. Он повернулся к Петро. — Это так, парень? Твой друг — выдумщик?

— Меня нельзя спрашивать, — ответил спокойно Петро. Он пытался надеть одежду, хоть та и была мокрой. — Вы же его слышали. Мне нельзя доверять.

Его ответ заставил мужчину вытащить трубку изо рта и рассмеяться. Еще трое мужчин присоединились. А потом и Эмилия с Петро стали хохотать с группой, пока Амадео был потрясен тем, что его высмеивали.

— Я знал, что должно быть объяснение.

— Убийцы в Кампобассо, — рыбак покачал головой. Он поднял свои неводы и палки. — Я знал, что это глупости.

— Но Кампобассо всегда держалось обособленно, — отметил мужчина, собиравший хворост в лесу. — Странное место. И народ там странный.

— Мы из Кассафорте, направляемся в Насцензу. Мы говорили прошлой ночью, что зайдем утром в Кампобассо за припасами, — Петро восхищался тем, как спокойно звучала Эмилия, сочиняя больше, чем тот, кого обвиняла в этом. — Видимо, оттуда он и взял идею.

— Я даже ее не знаю, — слова Амадео вызвали смех, словно он шутил. Было проще, если мужчины думали так, чем поняли правду его слов.