Зло наступает (СИ) - Тьелэсс Олла - Страница 2

В ответ на это незваная гостья лишь согласно кивнула.

Ведьма шустро забегала между колодцем и печкой, отдельно грея воду для умывания гостьи, для лечебных отваров и для себя, чтобы смыть присохшую к лицу глину.

— Меня Марьей кличут, — буркнула она через плечо. И не стоило бы называть свое имя, да иначе ведь назовут как-то… неприятно.

— Марья? Красивое имя, — немного устало проговорила Велена, садясь на колченогую табуретку и скручиваясь в неожиданно компактный для такой рослой женщины комочек. Меньше всего хотелось мельтешить или мешаться у ведьмы под ногами. От чего-то взгляд устремился в окно, туда, где был виден волкодлак.

— Я не занимаюсь подобным. Это полуразумные магические звери, ошибочно причисленные к нечисти. Если и смогут кого задрать, так туда ему и дорога. Они зачастую овец да коз крадут… Увидела бы дурня, который это сделал, с радостью бы вам помогла!

Ведьма подала гостье таз с теплой водой для умывания, а сама отошла смыть свой кошмар с лица. Не ждала она гостей, совсем не ждала… Но ничего, справится и с этой девчонкой, ишь бледная какая, хоть вместо упыря в лес веди и народ пугай… Убрав зелень с лица и выплеснув воду на улицу с крыльца, Марья вернулась обратно в дом.

— Что беспокоит-то? — подошедшая Марья грустно посмотрела на гостью. — Какой отвар заваривать будем? А тот дурак… Если не утоп в болоте, то значит не настолько дурак… А если утоп… мир не обеднеет.

— Воспаление лёгких, — пробормотала женщина. Говорила она тихо, невыразительно, рваными фразами. — Застарелое. Я его лечить пыталась, а управа меня посылала вечно. На всякие города и леса, сдергивая с больничного. А маг-лекарь управский уволился ещё два месяца назад. Нашли на его место канцелярскую крысу, которая хрен кому простуду вылечит, — спокойно объяснила Велена, словно и не жаловалась вовсе.

— Тогда вот что, Велена… — ведьма закопалась в большом сундуке, из которого пахнуло травами и чем-то немного горьковатым. — Полезайте пока на печь, она уже достаточно прогрелась… Там лежат теплые мешочки с песком. Один под спину, второй — на грудь кладите. Можете снять пока амуницию, я не украду… Пока травы заварятся, грейтесь. Если вспотеете, не страшно, вымыться есть где, одежду найдем.

— Спасибо, — кивнула Велена, послушно снимая кожаную куртку с посеребренными металлическими щитками, наплечные и нагрудные пластины и все остальные детали лёгкого, но не слишком удобного для лежания на месте доспеха.

Тем временем Марья шустро сортировала травы в сундуке, выбирая нужные. За дверью послышалось возмущенное шебуршание и громкий кошачий мяв — Тишка учуял спрятанную в сундуке валерьяну и рьяно рвался к источнику вожделенного запаха. В печи потрескивал огонь, за окном шебуршали птицы над невысокими кустиками под забором. В целом, довольно пасторальная идиллия, и ведьма сошла бы за обычную деревенскую бабу, которых множество. Если бы не пучки с травами, подвешенные к потолку, сундук, забитый уже другими травами, непонятные банки с настойками на полке с противоположной от печи стороны, да не сушенные грибы, подозрительно напоминающие мухоморы, вольготно разложенные на столе.

Велена же радостно прижмурилась, скрючиваясь на печке и обнимая мешочек песка. Да, полежать на теплой печке было здорово.

— А ваш кот тот ещё проказник, да? — ухмыльнулась девушка, украдкой поглядывая на светящегося мурлыку.

— Да уж, — ведьма отпихнула ногой кота, хитростью проникшего в дом и рвущегося к вожделенному сундуку. Тяжелая крышка захлопнулась, Марья защелкнула замок. — Значит, вот что… лечиться придется долго, травы спешки не любят. Я не маг-кудесник, сразу говорю — моментального исцеления не обещаю… Но сделаю все, что в моих силах.

Женщина вернулась к травам, четко отмеряя количество каждой травы и насыпая в маленькие глиняные горшочки. Придется поварить немного, а заодно и обед приготовит, раз уж печку прогрела… После определения дозировки, она тщательно расставила горшочки в печи, прикрыв их маленькими крышечками, и занялась непосредственно обедом. Гости, они такие, поесть любят. Даже больные…

— Понимаю. Деревенские все равно рассказывали много. Ведь вы, ведьмы, магию свою творите. Это интересно, — немного сбивчиво пробормотала Велена. После ночи в гостевой у старосты деревни повылезали все болячки. И старые раны заныли, и в груди мерзкая ноющая боль… — Понимаю, что я не ко времени, но за два месяца весны здесь в лесу пять человек сгинуло.

— Ну и хрен с ними, — пожала плечами ведьма, крупно нарезая начищенную картошку для супа «на скорую руку». — На пять идиотов меньше… нечего лезть в проклятые места.

— Согласна. Два первых действительно, судя по словам сельских жителей, были залетными приключенцами. Никто их не просил идти в лес без проводника, — Велена страдальчески поморщилась. — Но последние трое были местными грибниками и лес знали, — женщина вздохнула, глядя в потолок. — Потому и обратились в управу — пропадают свои.

— Что ж… — ведьма задумчиво сунула горшок в печь, ловко управляясь с ухватом. — Болото — место гиблое, туда даже я не хожу… без особой надобности.

— Я как раз по этой причине к вам и пришла. Ладно, бродячие приключенцы, но местные же не собирались идти в болото, — спокойно возразила следовательница. — Я так понимаю, вы, Марья, поддерживаете связь с лесной нечистью, леший ведь должен знать, если с лесом что-то не так?

— Лешего недавно пугнули на северной границе, — нахмурилась Марья. — Пришлось его отборным самогоном отпаивать. Я так подумала, бредит дедок-то, перепугался да напился… Вот и смолол чушь про силу темную да могучую… Ладно, схожу к нему завтра, все равно пропавших уже не вернешь, а день к обеду клонится. Сейчас попьете моих отваров, можете поспать, если захочется, не переживайте, вам ничего не грозит. Я девушек не ем… А я завтра утром…

Договорить ей не дали. Кто-то со всей дури вломил с ноги в калитку.

— Марь! Помоги душе пропащей! Спаси утробу… Оуууу!

Разом с неизвестным алкоголиком взвыл потревоженный шумом волкодлак. Послышался мат, вскрики и всякие нехорошие вещи типа:

— Ууу, ведьма проклятая! Воет горше смерти!

— Вот так всегда, — грустно вздохнула Марья и нагнулась к печи достать заварившиеся отвары. — Как что-то надо, так Марья, а как что не так, то ведьма проклятая…

Велена лишь моргнула. Раз и второй. Похоже, ведьмой быть то ещё дело. Одни ломящиеся в калитку алкоголики чего стоили.

Да, дело обещало быть весёлым.

Марья подала следовательнице процеженный в чашку горячий отвар и наказала:

— Пейте маленькими глоточками, не спешите. Вкус может не понравиться, но здоровье дороже баловства языка. На вот, — ведьма извлекла кусочек сахара из большого горшка в центре стола, — вприкуску сойдет. Можете поспать, я все равно обедом занята. Ну и это… чаев-отваров много будет, суп тоже жидкий… сортир за домом, если что. Но лучше бы пропотеть хорошенько, тогда вся хворь выйдет.

Велена послушно кивала и пила горячее варево, наконец на нее не смотрели как на выродка и, как ни странно, даже заботились. Отвар был невкусным, но таким теплым!

И ведьма, уже более ни на что не отвлекаясь, принялась куховарить.

Глава 2. Гостеприимство

Варево в печи одуряюще пахло, от тепла все тело набилось приятной сонной тяжестью, и Велена лишь зыркала желтыми глазами по сторонам. Смотрела на кота, обиженно глядящего на закрытый сундук. Просматривала на летающих по улице пташек и носящуюся туда-сюда хозяйку. Дома и то негде было так полежать…

Дом ведьмы был небольшим, но уютным, заставленным под хозяйку. Крохотная, почти никакая прихожка, большая комната с печью, объединяющая кухню, столовую и лабораторию алхимика, позади был занавешенный проход в какую-то другую комнату, быть может, спальню хозяйки. Все вещи в доме были строго расставлены по своим местам, чтобы не глядя взять все, что нужно, сразу, не задумываясь и не рыская в поисках нужной вещи. У печи — трое ухватов различного калибра для больших, средних и малых горшков, небольшая горка загодя заготовленных дров, чуть отставленная заслонка.