Правила перехода (СИ) - Сарко Ли - Страница 77

Его друзья выглядели крайне довольными. Она ещё и по-русски не понимает, вот забава! Однако девушка выглядела так, словно это она подошла спросить у них, как пройти к магазину, а не они тут её ловят.

— Прлгмнвых, ########, — сказала она очень вежливым голосом, лицо выражало доброжелательность. Парни переглянулись.

— Нее, не пойдёшь ты никуда! Давай сюда кольцо!

На самом деле они не собирались грабить — так, придуривались. Им хотелось увидеть испуг на лице жертвы. Но его не было.

— ########.

— Да что она несёт?! — возмутился самый маленький из друзей, и в этот самый момент незнакомка растворилась в воздухе.

В одном из множества красивых домов на южном побережье Австралии шло совещание. Вихрь, который для всех присутствующих являлся обычным человеком, докладывал о проделанной работе. Факты, повествующие о появлении из ниоткуда людей, последующем исчезновении их прямо в воздухе, а также об их странных возможностях, умалчивались. Люди доверяли вихрю, поэтому принимали доклад за чистую монету. И успокаивались. Все слухи, которые до них доходили, — ложь. Да и кому верить — слухам или представителю проверенной компании?

— …в тринадцати случаях. И это утверждает каждый, кто хотел или не хотел, или встал и ушёл.

На этом доклад закончился. Вихрь собрал листы с числами и именами в стопку, легонько постучал ею по столу, чтобы уравнять, и совершил кивок, заменяющий слова «спасибо за внимание».

Это подразумевало, что внимание закончится. Однако оно разгорелось с новой силой.

Последние слова вихря были, мягко говоря, непонятными. Их можно было воспринимать как недовольство кем-то из слушателей, поэтому слушатели запереглядывались. Но вроде бы докладчик не ждал последующих действий, поэтому стоило задать вопрос вслух.

— Простите? — лаконично поинтересовался сидящий ближе всех к вихрю молодой мужчина. Вопрос считался сам собой разумеющимся, потому что фраза из доклада требовала пояснений.

— Нееет? — с какой-то угрозой проговорил вихрь и с большим вниманием повернулся к человеку. Брови его странно подрагивали.

— То, что вы сказали… — мужчина подвигал кистью руки. — Что вы имели в виду?

Вихрь нахмурился, как будто не понимал, чего от него хотят. Потом опустил взгляд и стал водить руками над столом. Ближним к нему людям стало видно, что он мастерит из первой страницы доклада самолётик.

— Вы его точно хорошо проверяли? — шёпотом спросил пожилой мужчина, сидящий в дальнем конце длинного стола, своего соседа.

— Ыч, ыч, ыч! — громко заявил вихрь, вскинув голову и глядя ровно перед собой.

А потом исчез прочь, словно его вдруг выключили, как голограмму.

Пятнадцатилетний мальчишка, загнанный в угол неприятными подростками, вдруг начал жутко и совершенно не по-человечески выть. При этом его челюсть вытянулась вперёд, а глаза ярко вспыхнули красным. Из скрюченных пальцев стали расти когти. Ребята драпанули врассыпную со скоростью, на которую раньше не были способны, а крайне изумлённый собственным поведением юный вихрь очутился в родном Аэре, сидя на земле и рассматривая свои руки почти с ужасом.

Исчез, выронив на пол телефон, Миар к’Фарсанг. Только что завершив разговор с Расти и вызвав к себе Эйджена, растворился Дабэс, даже не успев дать никаких указаний.

С территории Земли исчезли все вихри.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. Сюрприз с Земли

— …да так и всегда было, — рассуждал Доминик. — Сначала мифы о богах, потом какие-то слухи про ведьм, которых всё равно никто никогда не находил. Жгли людей, называли чудом то, что не понимали. Сейчас тысячи фантастических фильмов, но где они, пришельцы? Где порталы? А теперь вот, пожалуйста — какой-то психо-дым, ещё эта история с моим старым знакомым, который растворился в воздухе… и, ручаюсь, все опять говорят о пришельцах и о магии. Пока не разгадают и не поймут, будут говорить.

— Вообще всё можно объяснить, только не сразу, — добавила я. — Я, например, очень многого не понимаю, в чём разберётся, к примеру, физик. Вот я не знаю досконально, как работает мобильный телефон, но ведь пользуюсь и не кричу, что он магия.

— Хочешь сказать, есть хитрецы, которые уже обо всём знают, но молчат? — усмехнулся парень.

— Просто не успели рассказать, — возразила я.

— А вот мне кажется, что они и не расскажут. Потому что знания — сильнейшее оружие, они позволяют повелевать миром.

— Согласна, — я возражать не стала. — Будешь ещё грейпфрут?

— Да когда ж они закончатся?! — делано возмутился Доминик. — Давай ещё один на двоих, но больше я не осилю.

Мы уже обсудили идею с водяными пистолетиками и армией из детей, потом предположили, что кошмары на Земле будут существовать до первого дождя, жаль только, что с момента их появления у нас не было ни малейшего намёка на осадки, а впереди целая зима. Потом я рассказала, как меня унесло на надувном матрасе на середину большого озера, а Доминик поделился своими впечатлениями от недавней поездки в Данию. В общем, нормальная беседа, без особых неловкостей, сейчас казалось, что мы с этим парнем знакомы уже давно и часто общаемся.

— Я вот спросить хотел, — внезапно перейдя на какой-то очень уж задумчивый тон, начал Доминик. Я заинтересовалась — это звучало интригующе. — Ты действительно не знаешь ничего про Амадеуса Диаманта?

Приехали. Меня бьют вопросом прямо в лоб.

— Ну… я…

— Наверное, ты его не видела, но ведь знаешь, кто это? — изменившимся, очень серьёзным взглядом он смотрел на меня. Я испытывала нечто среднее между растерянностью и испугом.

— Я знаю, кто он, да… слышала имя…

— Всё в порядке, я не стану злиться, что ты не сказала мне, — тон парня чуть смягчился. — Но твои друзья ведь тоже из его команды.

— Какой команды? — на этот раз я действительно не понимала, о чём он говорит.

— Они — вихри Амадеуса, ведь так? — небольшая пауза, я ошеломлённо смотрела на рубашку Доминика. — Ладно, ты не знаешь. Спрошу тогда у них. Просто не хотел говорить прямо.

— Почему? — тупо спросила я. Это была новая для меня информация, и я не успела среагировать и придумать более правильные вопросы.

— Потому что…

И вдруг — хлоп! — и нет Доминика. Или меня. Да, скорее, меня, в этом я убедилась, уже осмотревшись. Я сидела посреди пустыни, во все стороны простирался серый песок, кое-где замечались невысокие холмики или валуны. Небо было затянуто одним сплошным грязно-белым облаком, и свет был рассеянным.

Такое чувство, что я вдруг проснулась. Резкое изменение, которое порождает растерянность. Я не сразу заметила, что в этой пустыне не одна.

— Доминик?

— Потому что, — невозмутимо продолжил он, стоя совсем рядом и осматриваясь, — если бы они оказались вдруг шпионами вихрей — ну, то есть Агентами ветров, — сразу же донесли бы, чем я интересовался. Они и так донесли, не сомневаюсь, но я предстал в их глазах обычным любопытствующим, потому не привлёк лишнего внимания. А мне не хотелось привлекать его.

Я услышала ответ, но не восприняла его. Мы были на непонятной равнине, и, судя по виду Доминика, он был не очень взволнован.

— Ты знаешь, где мы?

— Конечно, знаю, — он кивнул, перевёл на меня взгляд, осмотрел с ног до головы, словно видит в первый раз. А потом улыбнулся и обнял, крепко-крепко. Мне стало неловко.

— Где? И…

— Эх, Ангелина! До чего ж мы молодцы с тобой! — он посмотрел на светлое небо, потом наконец отпустил мои плечи и указал вдаль. — Сейчас иди вон туда. Всё будет хорошо. А я должен спешить, — ещё один взгляд на небо. Потом он опять стал серьёзным, исчез всякий намёк на улыбку. — Эти мальчики, Лезар и Полиан. Передай им, чтобы не попадались мне на глаза, н-н-никогда! — последнее слово было произнесено с неожиданной злостью, сквозь зубы.

А потом он бросился бежать и буквально за несколько секунд удалился от меня настолько, что мои крики до него не доходили. Я сначала пыталась звать, но бесполезно. Как ему удаётся так быстро бежать? Может, здесь так преломляется свет?..