Правила перехода (СИ) - Сарко Ли - Страница 74

— Просто вы…

— Нет, я… ухожу… — последний шаг — и он выскочил через дверь. Только я его и видела. Странно, он как будто меня боялся больше, чем дыма, — даже не посмотрел, нет ли этой штуки за дверью.

Потом вышла и я. Странного незнакомца не наблюдалось. Да и вообще людей я поблизости не видела. Я осторожно закрыла дверь, вышла из подъезда совсем. Опасности тоже пока не видно. И Доминика. И вообще холодно. Надо бы возвращаться домой.

И я бы пошла, если бы наконец не увидела знакомого, который бежал по улице, зажав в руках нечто, напоминающее бутылочку с распылителем.

Вчера вечером бог заставил Расти изрядно поволноваться. Они прибыли в город поздно, давно уже было темно, над дорогами сверкали яркие вывески ночных магазинов и клубов. Мимо одного из них спутники проходили по дороге к гостинице, но Фабиан неожиданно остановился.

— Сэр Фабиан? Что-то забыли? — через минуту Расти всё-таки подал голос. Ветер часто вот так останавливался и порой замирал на час, а то и больше, но парень каждый раз неизменно задавал вопросы. Пусть не получал ответов, но молчать ему было слишком скучно.

— Я хочу зайти, — бог повернулся и направился прямо ко входу. Какой-то клуб. Явно из тех, куда не пускают детей и подростков. «А мне, чёрт меня дери, ещё нет двадцати одного! Но я не могу отходить от него!»

— Сэр Фабиан… я боюсь, что я не смогу пойти с вами. Меня просто не пустят.

Мужчина не ответил. Расти слегка приободрился — он надеялся, что бог проведёт его. Как существо, впервые попавшее в человеческий мир, сделает это, он тогда не думал. Просто он был из высших, хоть и выглядел как человек, и Расти это знал.

Несколько ступенек, входная дверь. Потом прихожая, коридор в каких-то тёмно-красных драпировках. Фабиан медленно шёл, рассматривая детали, и жадным взглядом пытался выцепить то, что происходило в самом зале, дальше. Но ничего не было видно, кроме больших ярких ламп с переливающимися внутри разноцветными сгустками и шмыгающих туда-сюда людей. Била в уши громкая музыка, смешиваясь с шумом и голосами, слышались пьяные визги и что-то ещё. Расти вдруг очень захотелось убраться отсюда, потому что его начал беспокоить взгляд Фабиана — глаза горели, а на лице появилось какое-то хищное выражение.

Перед входом в коридор стоял высокий широкоплечий человек с безэмоциональным лицом, похожим на жёсткое тесто. Он окинул взглядом мужчину и мальчика, выбрал главного и уставился на бога. Тот смотрел в зал, на охранника он не обращал внимания. Вынул из кармана стодолларовую купюру, не глядя протянул охраннику. Потом всё-таки покосился: хватит ли? Амбал недоверчиво посмотрел на незнакомца, потом кивнул и спрятал купюру во внутренний карман. Фабиану хватило того, что человек промолчал, и он миновал невысокие столбики, которые стояли по обе стороны коридора как знак. Расти уверенно двинулся следом. Охранник вытянул руку, не давая пройти.

— П… подождите! Я с ним! — возмутился Расти.

Фабиан дёрнулся, как будто вспомнил что-то, напрочь забытое. Повернул голову вполоборота.

— Мистер, мальчик не может пройти, — сказал охранник, глянув на бога.

Расти захотелось сунуть в неприятную морду целую стопку таких же бумажек, но он сдержался.

— Мальчик подождёт.

Два слова. И пошёл дальше.

«Ну надо же!»

— Сэр Фабиан! Но я… я не могу ждать! Куда вы?! Да в конце концов, я тоже хочу отдохнуть! Эй!!! — он кричал уже совершенно непочтительно — так, для себя. Всё равно из-за грохота динамиков бог вряд ли слышал его. Охранник мягко оттеснил Расти в сторону. Не хотел грубить, потому что Фабиан показался ему достойным клиентом. И мальчик, нахмурившись, уселся на диван, один из тех, что стояли в прихожей.

Он боялся, что упустит бога. А вдруг тот выйдет с обратной стороны здания? Или натворит чего? Хотя всё равно остановить его никак нельзя, и это факт. Но ведь нужно наблюдать… решив облегчить совесть, Расти позвонил Миару. Пожаловался, что Фабиан пошёл в какой-то непристойный клуб и сидит там уже больше часа. Миар только посмеялся, сказав, что мешать богу не стоит, а лучше сходить куда-нибудь и поесть, только держать в поле зрения вход. Расти так и сделал. И очень спешил, хотя совершенно зря: бог торчал в клубе ещё три часа. А когда вышел, выглядел так, будто его ударили по голове мешком с кокаином. Ошеломлённый, будто околдованный и явно не до конца понимающий, что произошло.

— Сэр Фабиан! — Расти тут же вскочил. — Идёмте в гостиницу…

Бог пошёл. Он не смотрел на сопровождающего, просто таращился в пустоту и как-то странно улыбался.

Через пару минут Расти услышал его негромкий выразительный голос.

— …какая восхитительная мерзость! Какое невероятное гнездо разврата! Люди собираются большими группами и…

Дальше бог какое-то время описывал, что делают люди. Расти не перебивал — пару раз попытался, а потом понял, что Фабиан его не слушает. Он был в восторге, в каком-то нездоровом восторге, словно отыскал совершенство безобразия — полную, диаметральную противоположность высшей форме красоты. Зачем же бог торчал там четыре часа, Расти тоже не спросил — может быть, стоял посреди зала и пялился на сцену со стриптизёршами, никто же не запрещает. Непонятно только, понравилось ему или нет… вот так послушаешь — вроде он просто в негодовании, судя по словам. А если только по интонации — в восхищении. Хорошо ещё, что не орал на всю улицу — было бы странно.

— …они перемешиваются, как каша, как неживая субстанция! Становятся похожи на тех существ, которых вы называете «звери», без разума — только гораздо извращённее. Вы получаете от этого удовольствие! Как… как липкие бумажки! Все — друг к другу! О, эта низшая форма существования! Это словно смотреть на уродство! Но вы выставляете его напоказ, хотя это нужно прятать… Вы делитесь этим с другими, принимаете, отдаёте… это не страшно, нет, это… это противно — как огромная, фигурная башня из отходов! Оно завораживает… завораживает своей идеальной отвратностью! Я не встречал ничего, что было бы безобразнее, не видел, чтобы разумные существа могли поступать с собой… так…

— Ммм… сэр Фабиан… я, кажется, понимаю, о чём вы говорите… — проговорил парень, когда бог чуть притих. — Это… да, это считается безнравственным… кстати, напрасно вы говорите «вы», я так не делаю, и вообще я ещё маленький. И многие люди тоже осуждают разгульный образ жизни. Просто… разве у вас там, в… Сфере Атмо, нет таких клубов? И ветры не…

— Безумец! — театрально вскричал бог. На самом деле он вовсе не злился — понимал, что человек не знает всех тонкостей потустороннего общества, пусть и изучал его. — Ни один из нас не может сделать с собой… такое! Сколько в вашем мире людей, способных пойти на убийство? В здравом уме, выверенное, расчётливое убийство? А пытать? Пытать ребёнка, привязав его к стулу? Просто потому, что ему это нравится, кажется забавным развлечением! Втыкать иглы в маленькие пальчики, медленно отпиливать ножки…

— Сэр Фабиан… не надо, я понял, — парень поморщился. — Это маньяки. Они опасны для общества, их считают нездоровыми.

— Это болезнь, я прав? — Фабиан посмотрел на спутника яркими глазами. Сейчас они были похожи на голубоватые кристаллы драгоценного камня. — Это ненормально, извращение! Ты думаешь об этом — и тебе не нравится! Тебе неприятно! Я вижу, как меняется твоё лицо, когда ты слушаешь об этом! — и дальше — спокойным голосом, чуть ли не наставническим. — Каждый здоровый ветер отреагирует точно так же, если рассказать ему о… ваших весельях. Вот таких, какое только что видел я. Превращать свои тела в мусор… многие вихри кривятся только при одном упоминании вашего мира. «Грязь», «чернь», «недоразвитый» — я слышал много разных понятий. Так думают не все, и они не правы, потому что судят по рассказам и отдельным, не самым приятным фактам. Но таковы вихри, Расти. Миар к’Фарсанг рассказывал тебе об этом?

— Вообще-то нет, — Расти задумался. — Так что, людей не любят только потому, что некоторые из них… скажем… разнузданно развлекаются?