Зеркальные миры. Перерождение (СИ) - Лёнок Линни - Страница 107

— Пожалуй, нет смысла скрывать… — она двинулась вперёд, обходя Ринара по широкой дуге. — Я давно подозревала, что одной демонической кровью твои способности не объяснить.

Он следил за перемещением Старшей одним взглядом, как вдруг слова её достигли разума, опалив неожиданностью. Демоническая кровь изначально была в этом теле? Нет, не могло этого случиться… Такие совпадения даже придумать сложно. Пламя чистейшей тьмы. Он знал лишь об одном ифрите, обладавшем им. О том, который дал жизнь его отцу.

— Хватит ломать комедию, Тиалиада, — прошипел Ринар, раздражаясь. — Или… Мне стоит обращаться к тебе Лиадар (1)?

Старшая оступилась. Её лицо, и так не отличающееся румянцем, побелело ещё больше. Упоминание того, что она так тщательно скрывала не одну сотню лет, ударило даже сильнее, чем Ринар ожидал.

— Как ты?.. — взгляд метался по чужому лицу, словно Старшая пыталась отыскать одной ей понятные знаки. — Ты!

Это слово, прозвучавшее на выдохе, совершенно не сулило ничего хорошего.

— Собачонка Северина, не так ли? — она жадно подалась вперёд; крылья чернильными плёнками раскрылись за спиной, угрожающе подрагивая.

Земля едва не ушла из-под ног. Реакция была слишком красноречива, и Ринар, который, стараниями Короля, ложь чуял за милю, не мог ошибаться. Так феи действительно не знали о нём? Он до противного скрежета сжал зубы, но не ответил. Это было неважно. Обратной дороги уже просто не существовало.

— Как ты выжил в той?.. — начала было Старшая и вдруг оборвала себя на полуслове, выплюнув: — Нет, не хочу знать.

Она шагнула к нему. Глубоко вздохнула, вновь возвращая себе маску спокойствия. Ринар медленно отступил вбок. Насколько он знал, способности Лиады имели свойство усиливаться при близком контакте. Она, подметив это, остановилась.

— Чего ты хочешь? — мягкая улыбка тронула её губы, но глаза оставались непроницаемыми, словно две бездны. — Вернуться в свои цепи, чтобы, высунув язык, бегать по мирам? Или же… — Старшая закусила губу, — …соскучился по хозяйской постели?

Ринар с шумом втянул в себя воздух. Крылья носа затрепетали от едва сдерживаемой злости. Верно. Не он один помнил прошлое.

— Тебя это не касается, — бросил, нарочито чеканя каждый слог. — Я просто предупреждаю о том, что ухожу. И ты окажешь мне содействие.

Брови Старшей поползли вверх.

— Какая наглость! — воскликнула она и вдруг понизила голос практически до шипения: — Почему бы мне просто не убить тебя?

Ринар отклонил голову, обманчиво расслабляясь, но ножны всё равно соскользнули с плеча в полной готовности:

— Потому что тебе это не по силам?

Он сделал шаг вперёд. Старшая — отступила. Безотчётно, злясь на саму себя. И Ринар это заметил, довольно улыбнувшись. Репутация прошлой жизни, хоть и открывшаяся по случайности, сыграла по итогу ему на руку.

— Ты прекрасно знаешь, что я могу в один момент стереть с пространства миров всё твоё поселение, — улыбка стала шире. — И вы сами пустили меня в самое его сердце.

На лице Старшей отразилась досада. Прежде непробиваемая, теперь она колебалась, даже не подозревая, что половина из всего сказанного не более, чем блеф. Ринар находился в абсолютной уверенности, что с ней одной-то справиться было на грани его возможностей. А уж про всё остальное поселение… Это стоило бы трезвого рассудка и в прошлом теле. Теперь же цена стояла во всю его нынешнюю жизнь.

— Что же… — протянула Старшая, обхватывая себя за локти. — Это контракт?

— Нет, — чуть более спешно, чем следовало, отозвался Ринар и, кашлянув, исправился: — Дружеская доверительная сделка.

Фея окинула его долгим взглядом, усмехнувшись:

— Допустим.

Ринар подавил в себе желание выдохнуть, следя, чтобы и голос сохранил свою твёрдость. Расслабляться было ещё рано. Дело стояло в цене.

— Мне нужен портал в Рагнгерд.

Если Старшая и была удивлена, то не подала виду. Она расположилась на подушках, подогнув под себя ноги.

— Это ведь не всё? — спросила, рассматривая свои пальцы, словно бы именно сейчас это целиком занимало её внимание.

— Ты никому не скажешь, что я у тебя гостил, — Ринар сжал кулак. — И я хочу забрать с собой альва.

— Что? — Старшая вскочила с места и вдруг рассмеялась: — Только не говори, что в тебе взыграло благородство…

— Думай, что хочешь, — переступил с ноги на ногу он. — Леон достаточно натерпелся.

Фея плюхнулась обратно, откидываясь на спинку.

— Ты хоть знаешь, каких трудов было выдернуть его сестру? — она скривилась так, словно бы разом заболели все зубы. — Он лучший в своём деле… Преподавал при альвийском королевском дворе.

— Я в курсе.

Старшая прошипела что-то, что Ринар даже будучи во власти шестого отражения понял лишь интуитивно. Слова эти, относящиеся к нему, явно не были ласкательными. Он поднял ладонь и мысленно потянул за ниточку — браслет на запястье мягко засветился. Состоящая из отдельных сегментов, когтистая перчатка облепила кисть, разворачиваясь до самого локтя. Броня всё же признала его.

— Так может пошлёшь кого-нибудь, чтобы Леон начал собирать вещи? Не хочу и дальше злоупотреблять вашим гостеприимством.

Черное пламя растеклось по перчатке. Кожу под ней немного жгло, но уже не в пример меньше, чем раньше. Ринар поднял взгляд на Старшую. Та неотрывно следила за его рукой, словно заворожённая. Фея, казалось, никак не могла решить: нападать ей или же спасаться бегством, пока это было ещё возможно.

— Не боишься спалить своего драгоценного… — Старшая осеклась, проглотив слово, вертевшееся на языке.

— Он сообразительный, — отрезал Ринар. — Найдёт, как уберечься. В отличие от остальных.

Повисла тишина. Воздух, казалось, стал невыносимо сухим и горячим. На чёрной с серебристыми вставками броне не отражались разноцветные огни. Казалось, перчатка была объята самой тьмой — пламя пожирало даже свет.

— Лиада, — позвал Ринар негромко и сжал кулак.

Старшая вздрогнула, поймав его взгляд:

— Как скажешь, — нехотя выдавила и добавила вдруг: — Надеюсь, вы сгинете при переходе.

Ринар растянул губы в вежливой улыбке, делано поклонившись. Броня, как и пламя, бесследно испарились в мгновение ока.

— Вот и договорились.

Он круто развернулся и даже успел сделать шаг к выходу, как ощущение чужой силы, обволакивающей его, накрыло с головой. Ринар судорожно глотнул воздух. Нечто мягкое, но такое вязкое и тяжёлое уговаривало сдаться, преклонить колени.

Все страхи и тревоги останутся в прошлом. Он будет любим. Он будет дома. Надо лишь только…

Ринар прыгнул. В пару мгновений навис над Старшей, впечатывая ботинок у её бедра. Сталь остановилась, вспарывая тонкую кожу на горле.

Фея коротко рассмеялась, надменно вскидывая голову. Казалось, она совершенно не боялась взбешённого демона. Секунда — Старшая исчезла, появляясь парой метров левее. Ринар нашёл нужное место ещё до того, как она вновь стала материальна. Улыбка феи увяла, стоило их взглядам встретиться.

— Я должна была попытаться.

— Подобные трюки на меня больше не действуют, — предупредил Ринар, опуская меч. — Ты действительно хочешь сражаться?

Старшая вновь рассмеялась, поправляя разметавшиеся волосы:

— Я не столь молода и глупа, чтобы тягаться с тобой. Пусть даже, — её глаза насмешливо сверкнули, — ты не столь проворен, как прежде.

Ринар не ответил. В груди всё ещё клокотала злость, призывающая наброситься, растерзать обидчика. Всё остальное — после. Он мотнул головой, решительно возвращая меч в ножны. Не для того он тут распинался, чтобы с боем потом прорываться к вратам. Тем более, стоило принять и брошенный вскользь довод Лиады — при уничтожении поселения могли пострадать не только феи.

— Вот так, хороший мальчик, — казалось ещё немного, и Старшая опустится на корточки, чтобы потрепать за ухом забавную дворнягу.

— Не зарывайся, — выплюнул Ринар. — Так мы договорились?

— А смерть меняет даже неисправимых дикарей вроде тебя, — вместо ответа протянула она.