Агнес на краю света (ЛП) - Маквильямс Келли - Страница 59

Агнес сидела, дрожа всем телом. Телефон мигнул, впитывая энергию.

— Агнес. — Джаз говорила ровно, спокойно. — Я должна знать. Действительно ли пространство молитвы — это Бог?

Пораженная, Агнес посмотрела в ее глаза цвета карамельного сиропа. Она чувствовала здесь какую-то скрытую опасность. От мысли, что она будет проповедовать так, как проповедовал Пророк — в невежестве — у нее скрутило живот. Но разве может быть что-то плохое в том, чтобы сказать, во что она действительно верит?

— Я верю, что пространство молитвы — это Бог.

По щекам Джаз покатились слезы.

— Значит ли это, что…, - она бросила на Агнес горящий взгляд. — Моя семья на небесах, Агнес? Так?

По ее коже побежали мурашки, но разве этот вопрос не был неизбежен? В конце концов, кто-то собирался попросить ее объяснить тайны за пределами ее понимания, и она должна была сделать выбор: между утешением и правдой.

На долгое-долгое мгновение Агнес захотелось дать девушке утешение. Хотелось сказать ей: да, семья, которую ты любишь, ждет тебя на небесах. И Джаз бы поверила. Но она не могла, потому что Бог пространства молитвы всегда требовал правды.

— Я не знаю. Мне очень жаль.

Взгляд Джаз стал жестким.

— Что? Разве ты не пророк или что-то в этом роде?

Агнес стало дурно.

— Пожалуйста, не смотри на меня так. Я не могу быть… таким пророком.

— Каким «таким»?

— Из тех, кто утверждает, что знает ответы на все вопросы. По моему опыту, они лгуны.

— Но в этом-то все и дело, не так ли? — язвительно сказала Джаз. — У тебя нет никакого опыта в реальном мире, но все же ты получаешь больше ответов, чем все мы.

Тогда, в библиотеке, Агнес никогда бы не подумала, что однажды ей придется сражаться со сладкой Джазмин. Но тогда дорога, такая неумолимая и трудная, была как другой мир.

— Джаз, я знаю, что ты боишься…

Телефон Агнес включился, и она почему-то представила себе сестру. Бет. Может быть, это был ее голос по телефону?

Агнес вскочила, не обращая внимания на отрешенное выражение лица Джаз. Она сняла телефонную трубку и снова набрала загадочный номер.

Звонок прозвучал только один раз, прежде чем она услышала твердый, последний щелчок. Затем ей в ухо мягко произнес женский голос:

— Ваш поставщик услуг с сожалением сообщает вам, что в результате продолжающейся чрезвычайной ситуации сотовая связь будет прекращена на неопределенный срок. Для получения дополнительной информации настройтесь на свой местный канал. До свидания.

Незнакомые чужие слова ошеломили ее.

— У меня проблема с телефоном.

Джаз натянуто улыбнулась.

— Не заряжается?

— Я пыталась кому-то перезвонить… И тут вмешался записанный голос.

Улыбка Джаз погасла. Она пошла к палаткам, шурша и зовя остальных. Вскоре все проснулись, кроме Зика. Глаза Дэнни затуманились. Макс жевал зубочистку. Матильда сидела на бревне, потирая босые, распухшие ноги.

— Наконец-то это случилось, — сказала Джаз. — Сотовая связь отключилась.

Агнес все еще не понимала, что это значит, но телефоны, как по волшебству, оказались у Чужаков в руках. Они все пытались звонить, стуча по своим экранам.

Матильда включила громкую связь, и Агнес услышала то же самое записанное сообщение.

Ее друзья опустили руки.

— Это может быть временно, — настаивал Дэнни.

— Ага, конечно. — Макс мерил шагами палаточный лагерь. — Вот оно. Конец проклятого мира!

— Эй. — Матильда по-учительски хлопнула в ладоши. — Это ничего не меняет. Скоро мы доберемся до больницы. Тогда мы будем в безопасности.

«Возвращайся в Сион».

Но Агнес не понравилось застывшее изумление на лицах Чужаков. Они нуждались в этих устройствах… само их рабочее присутствие помогало им сохранять своего рода веру.

— Это не будет длиться вечно, — говорил Дэнни. — После того, как вспышка…

Джаз повернулась к нему, ее глаза горели.

— Когда же это кончится? Это уже было целую вечность назад, так когда же? Моя семья и друзья мертвы. Мы путешествуем с девушкой, которая какая-то святая, но с нами все еще происходит всякая чертовщина! Что мы сделали, чтобы заслужить это? — Она достигла критической точки. — Сколько еще страданий мы должны вынести?

— Джаз, — сказала Агнес. — Ты разбудишь Зика.

Джаз резко повернулась к Агнес.

— Это твоя вина. Все, что случилось с тех пор, как ты приехала. Лучше бы мы с тобой никогда не встречались. Лучше бы ты никогда не приходила!

Макс дернулся, словно пытаясь удержать ее, но, в конце концов, никто не сдвинулся с места.

Агнес заморгала, чувствуя себя потерянной. Неужели это та самая девушка, которая так тепло встретила ее, когда она только приехала? Девушка, которая разводила бабочек и вплетала ей в косу атласную ленту?

Не раздумывая, Агнес скользнула в пространство молитвы. Она услышала зловещее гудение страха Джаз. Девушка-Чужачка чувствовала себя покинутой, брошенной и испуганной. Она не хотела обидеть ее. Ей просто нужно было во что-то верить.

— Джаз, — сказала она. — Мы можем поговорить наедине?

Макс встал между ними, его глаза округлились от страха.

— Агнес, она не имела в виду…

«Макс меня боится. Они все немного боятся».

Агнес проигнорировала его и отвела Джаз в тень. В полумраке ее лицо с тонкими чертами было похожим на Бет.

— Ты же знаешь, что я ни в чем не виновата, Джаз, — сказала Агнес. — Ты же знаешь, что я такая же, как ты.

— Конечно, только с тобой говорит Бог. — Горький смех. — Бог заботится о тебе, говорит тебе все, что тебе нужно знать. И что же ты делаешь? Ты хранишь все это для себя.

Агнес стало жарко, она покраснела и устыдилась.

— Я знаю не так много, как ты думаешь. Я не знаю, что будет дальше. Я просто пытаюсь выжить.

Чужачка вытерла глаза и уставилась на свои ногти. Но Агнес заметила старую Джазмин, выглядывающую из тени. Более добрую.

Глаза Джазмин метнулись вверх.

— Ты действительно в темноте, как и мы?

— Каждый человек находится в темноте.

Дул сильный ветер, и маленькие камешки катились по их лагерю.

Сначала вирус, потом библиотека, потом пещера; лекарство Зика, а теперь проблема с телефонами… цепь событий напомнила ей об Откровении. В конце света бедствия следовали за бедствиями — град, чума, затем огонь — и не останавливались ни для кого. Ни для милых маленьких братьев или неряшливых сестер. Ни для Чужаков с золотыми сердцами. Бедствия продолжали прибывать, и они не прекращались, пока не сравняли землю с землей.

В глубине души она знала, что Бет пыталась позвонить. Это означало, что она, как и Сара, и Агнес до нее, сбежала.

Но Агнес ничем не могла ей помочь, дотянуться до нее.

Ничем, кроме…

— Джаз, — сказала она. — Ты помолишься со мной?

Чужачка потерла усталые глаза.

— Даже не знаю. Поможет ли это?

— Попробуй и увидишь.

Они взялись за руки, пока солнце палило вовсю.

Они молились. Надеялись и молились. 

— 48-

БЕТ

Любая вера, не причиняющая вреда,

в конечном счете, является защитой; защитой от отчаяния.

АГНЕС, РАННИЕ СОЧИНЕНИЯ

Бет не спала, но видела сон.

Она сидела в дешевом номере мотеля в Холдене, уютно устроившись под одеялом вместе с Агнес и детьми. Она, наконец, набралась храбрости и попросила Агнес бежать, и теперь они прятались, напуганные, но полные надежды. План состоял в том, чтобы продать отцовский грузовик и купить билет на самолет до Техаса или Невады, в зависимости от того, что будет дешевле, а потом устроиться на работу в прачечную, а детей отправить в школу. Конечно, дети еще не все были согласны… Сэм, в частности, был угрюм, постоянно угрожая убежать домой к отцу… но они привыкнут. Они уже начали привыкать.

Близнецы подружились с соседней семьей. Иезекииль умолял попробовать еду Чужаков, которую он видел по телевизору. Сэм, хотя и не признавался себе в этом, интересовался школой, научными классами, спортивными командами и — фу, мерзость! — девушками.