Голос камней (СИ) - Шихов Александр - Страница 47

Глава 6 — Стиррийский эль

В одной точке на пропитанной воском ткани уже образовалась здоровенная капля, и то же самое начинало происходить в двух других местах. «У всего есть свой предел прочности», — думал Гарибальдо, следя за тем, как набухает водяной пузырь, как постепенно отделяется от промокшей ткани, и, наконец, падает вниз.

— Шарх… Уже протекла? — Корвин вытер воду со щеки и пересел дальше.

— У всего есть свой предел прочности, — Гарибальдо нашарил пустую миску среди грязной посуды и подставил туда, куда по его расчетам должна была угодить следующая капля, — И особенно у моего терпения. «Я настаиваю на необходимости увеличить рацион нашим гостям!» — помощник главного караванщика изменил голос и зашипел, коверкая слова, — Он настаивает, понимаешь ты, настаивает! Паршивый…

— Гариби! Не забывайся! — почти выкрикнул Корвин.

— Да знаю я, знаю. Уши… Ты правда думаешь, что кто-то будет пастись рядом этой ночью?

— И все же давай осторожней…

— Осторожней? К шарховой дочери осторожность! Щенков надо пороть, и если кто-то сомневается, то я — настаиваю! — Гарибальдо растянул губы в улыбке, больше напоминающей хищный оскал. Блеснули металлические зубы.

— А я вот думаю, что ты принимаешь все слишком близко к сердцу, старина. В конце концов, у тебя наверняка есть запасы именно на такой случай. Не будь жмотом, Гариби!

— Конечно, есть. Иначе грош мне цена, как караванщику. Но знаешь, зачем они мне?

— Для личных нужд? — весело прищурился Корвин.

— Ага, каждую ночь обжираюсь, — Гарибальдо сморщился, — Что, правда, не догадываешься? Универсальная валюта! Это раз. И, конечно, запас на случай задержек. Случалось тебе когда-нибудь застревать в какой-нибудь забытой богами деревушке посреди абсолютного ничто? И чем там платить за еду? Рудой? Представляешь, какую цену тебе заломят? Монополист имеет право сам устанавливать курс — закон рынка, почтеннейший!

— Хорошо, хорошо, уговорил, — поднял руки Корвин, — Все — дубины; ты — делец.

— Я предпочитаю другое выражение: предусмотрительный торговец.

— Как скажешь, мой друг, — маг явно переживал и старался поскорее вывести разговор в новое, безопасное русло, — Слушай, Гариби, а когда мы уже дойдем до нормального жилья? Потому что наше нынешнее жилище явно не подходит для такой погоды, — Корвин ткнул пальцем в очередную каплю, собирающуюся на «потолке».

— Мы должны были дойти до него еще днем, — Гарибальдо опустил глаза, — Та деревушка, которую мы прошли последней — помнишь ее?

— Честно говоря, нет.

— Должно быть, опять все проспал в фургоне. Короче, эти развалины… Мы проходили их по пути в Вердэну. Там были люди… Месяц назад.

Корвин присвистнул:

— Месяц…

— Ага.

Повисла долгая пауза. И только капли падали в плошку, словно отмеряя неумолимо убегающее вдаль время. Тусклого света хватало лишь чтобы осветить сидящих рядом мужчин. А многочисленные тюки терялись в углах фургона, укрывшись занавесом, сотканным из множества теней. Барабанящий по материи дождь накинул магическую пелену на окружающий мир, прочно отделив его от уютной утробы фургона.

Телега закачалась — кто-то взбирался на козлы. Через секунду под полог шагнул человек, замотанный с головы до ног в кожаный плащ. Он с остервенением сорвал с себя мокрую накидку и бросил ее в угол. С богатых доспехов стекала вода, волосы слиплись в жалкие сосульки. Мужчина плюхнулся на первый попавшийся мешок и начал стягивать сапоги.

— Черная глотка, эти шарховы дармоеды даже не умеют выставлять дозор!

— Осмелюсь напомнить, что такие слова больше оскорбляют командира, а не его людей… — голос мага был вежливым и предельно спокойным.

— Чего? — нахмурился сбитый с толку Блейк, — Шархово семя, я говорю не про своих людей, а про так называемых воинов этого… Как его? Не важно: капитан-ленивая-задница — вот как его следует называть. Все забились под фургон и носа не кажут, а один сидит на козлах под двумя плащами. Что он там видит? Колено свое? Тупой кусок дармоеда.

— Кто? — невинно поинтересовался Корвин.

— Кто… — на секунду задумался Блейк, — Да все! Мне, в принципе, плевать, если их сожрут и переварят, но вряд ли Мастер Форлин будет счастлив видеть своего сына, разорванного на куски! Это же охрана, шархова мать его в конец! Охрана, которую мы должны охранять!

Корвин покачал головой:

— Ну, может тебе надо поговорить с их капитаном?

— Поговорить? Ты думаешь, этот дуболом обладает таким талантом?

— Ну, ты попробуй…

— Я пробовал. Ему очень повезло, что я был в хорошем настроении. Иначе одним дармоедом на этом свете было бы меньше. Он мне посоветовал — знаешь что? Заниматься своими делами.

Гарибальдо хлопнул себя по коленям:

— Да этому парню действительно повезло!

— Согласен, — кивнул маг, — Неплохое самообладание. Даже не похоже на тебя.

— А! — махнул рукой Блейк, — Если бы не Мастер Форлин и его тупоголовый…

— Блейк! — глаза чародея стали размером с два золотых.

— Кхм… — смущенно кашлянул начальник стражи, — Короче, не стал я устраивать скандал. Но как хотелось, шархова мать! Как хотелось! Да и сейчас хочется, честно говоря. Еще один такой случай, видит Грендир, и я могу не выдержать.

— Вот! Мы тут как раз говорили с уважаемым магом о пределе прочности, — осклабился Гарибальдо.

— О боги! Да что же вы сговорились-то? И почему я вынужден жить с вами в одном фургоне?

— Ты бы предпочел коротать время с нашими… бесценными гостями? Так там уже вроде занято место, — проворчал Блейк, борясь с мокрыми ремешками на доспехе.

— Ну, возможно, какие-то места еще остались… — с наигранно серьезным видом протянул помощник начальника каравана.

Блейк медленно растянул губы в усмешке, явно готовясь развить тему, но не успел.

— Все! Стоп! Я в этом не участвую! Вы можете скалить зубы сколько угодно, но только без меня! — Корвин на четвереньках перебрался через груду мешков и скрылся в дальнем углу фургона.

— Корвин! Вернись! — Гарибальдо едва сдерживал смех.

— Это просто слишком низкие темы для господина мага! — Блейк разобрался наконец с завязками и с облегчением снял массивный нагрудник.

— Просто у меня хватает мозгов не обсуждать тех, кого не следует обсуждать, и не совать свой нос туда, куда не следует его совать, — голос доносился из-за груды мешков, но самого собеседника видно не было, — И я не собираюсь портить отношения с нанимателем.

— Никто ничего такого и не говорил, просто поделились личным мнением о наших общих знакомых. Да?

— Именно, — кивнул Блейк.

— Мы и в мыслях не имели ничего плохого! Ну, если только немножко…

— Чуть-чуть…

— Я не слушаю! — прогудело из угла.

— Кажется, мы потеряли нашего друга.

Блейк только пожал плечами.

— Если бы он был действительно хорошим магом, наколдовал бы что-нибудь от подслушивания. И дело с концом.

— Да что тут подслушивать-то? Ты что считаешь, Мастер Форлин — слепой? Не видит, чем занимается его сын в этом шарховом фургоне?

— Нет, видимо, он считает, что все остальные — слепые…

Из угла донесся утробный стон.

— Ладно-ладно. Все, не будем доводить нашего щепетильного друга. А что, и правда, есть такие заклинания, уважаемый маг? От подслушивания?

— Нет.

— Жаль. А от воды на потолке?

— Есть, — после небольшой паузы ответил невидимый маг, — Но это сложно. И долго.

— А ведь еще меня жмотом называл… — вздохнул Гарибальдо, — Как думаешь, доберемся завтра до вечера?

— Должны, — задумчиво прогудел Блейк, аккуратно откладывая в сторону последний снятый элемент доспехов — поножи с выгравированными мордами неизвестных чудовищ, — Если, конечно, эти твари и до Тихого Очага не добрались. Но думается мне, что старина Жон свою таверну так просто не сдаст.

— Надеюсь, что его барышни в целости. А то я уже сам начинаю посматривать на соседний фургон с неподобающим… вниманием, — многозначительно поднял бровь Гарибальдо. И хищно оскалил свои металлические зубы. Но этого Блейк уже не видел. Потому что в фургоне внезапно погас свет. Последний сполох пробежал по магическому кристаллу и скрылся в глубине камня.