Песнь Серебряной Плети (СИ) - Ллирска Бранвена - Страница 41

Как ни странно, традиционным кривлянием от его слов и не пахло. А вот плохо скрываемая обида в них и вправду сквозила. И все же, что ты за создание такое, Киэнн? Почему ты даже не пытаешься защищаться? Почему ты не хочешь попробовать убедить меня, что невиновен? Даже если это ложь?

— Зачем ты это делаешь? — не выдержала она.

— Что именно? — недоуменно переспросил он.

— Вот все это, — у нее просто не было слов.

Но он, кажется, понял. И неуверенно пожал плечами:

— Наверное, пытаюсь научиться платить по счетам. — Киэнн едва заметно улыбнулся: — Я столько лет бегал от кредиторов, уже просто ноги отваливаются!

Эйтлинн отвернулась, усилием воли загнав сбившийся в горле комок куда-то поглубже в живот и проглотив непрошенные слезы:

— Пойдем, Дэ Данаан. Нужно найти вход в эту проклятую башню фоморов.

Глава 20. По спирали

Входа в магическую башню, конечно же, не оказалось. Ничего хоть самую малость напоминающего замковые ворота, дверь, калитку, потайной лаз или хотя бы плохо замаскированный портал. Исполинский виток спирали тянулся монотонно и безлико, будто в насмешку над чьими бы то ни было потугами, замыкаясь в самом себе. Окружавшая пустота по-прежнему не давала никаких ориентиров, позволявших определить пройденное расстояние. Вполне вероятно, что они давно уже шли по второму или даже третьему кругу, а может быть наоборот — не преодолели и половины пути. Эйтлинн упрямо шагала вдоль бесконечной стены, усердно ощупывая каждый мельчайший выступ, поглаживая каждую завитушку резьбы, приглядываясь к каждому необычному изгибу. Тщетно. Надо полагать, прежние хозяева Стеклянной Башни либо не пользовались материальными, физическими входами вовсе, либо, быть может, старательно скрывали их. Да, в конце концов, возможно что угодно! Может быть, они входили через крышу, переносились внутрь с помощью телепортации, или даже вообще не жили там!

После двух или трех часов молчаливого изматывающего движения по кругу (конечно, скорей по внутренним часам, чем по каким-либо другим приметам течения времени), мрачная тень, до того безмолвно и покорно следовавшая за фоморкой, неуверенно и все еще подавленно окликнула ее голосом короля фейри:

— Этт…

Эйтлинн, не оборачиваясь, напряженно отозвалась:

— Что?

— Ты знаешь, что делаешь? — вполголоса уточнил Киэнн. И почти сразу же предупредительно добавил: — Если да, можешь меня стукнуть.

Она раздраженно остановилась и вынужденно признала:

— Нет.

— Может, ты опять поедешь верхом? — не замедлил предложить Киэнн.

Эйтлинн недовольно поморщилась:

— Слушай, я это ляпнула просто, чтобы зарисоваться. И вас заодно помучить.

— Я знаю, — невозмутимо кивнул Дэ Данаан. — Но вдруг это работает?

— Знаешь? — опять вспылила Эйтлинн. — И про имя, которое мне, якобы, до зарезу надо, ты тоже знал? Хочешь сказать, что все это было дешевым представлением для дурочек?

Киэнн нецензурно выругался.

— Да что ж снова за то же старое дерьмо? Да сколько ж можно-то? Не было, Этт! Потому что утопающий, знаешь ли, хватается и за соломинку. И потому что, если уж тебе интересно, проще всего обмануть того, кто хочет быть обманутым. Так что можешь быть спокойна: у тебя получилось. К тому же это ведь действительно могло сработать! И, полагаю, сработало.

Эйтлинн сердито обвела глазами всех троих магмэллиан и снова отрешенно уткнулась взглядом в стену. Почему-то она чувствовала себя виноватой. Ярость почти схлынула, оставив лишь грязный, противный осадок. Оставалось только зарыться в него, как черепаха в ил, и проспать до весны. Больше она ни на что не годится. С этим пеплом вместо пожара Эйтлинн снова чувствовала себя беспомощной, жалкой и потерянной.

— Может быть, я лучше расскажу вам, что вижу? — наконец решилась она, все еще не поднимая глаз на спутников. — Вдруг вы знаете, что обычно делают в таких случаях?

Киэнн скептически растянул губы в фальшивой улыбке:

— Не я определенно. Разве что Нёлди. Он тоже, конечно, не Великий Мерлин, но что-то смыслит в магии.

Никс снова нервно засопел, но смолчал.

— Хрустальная стена, закрученная в виде двойной перекрещенной спирали, — без особой надежды на успех, начала Эйтлинн. — Такие еще, наверное, иногда на мандалах рисуют, когда обе разбегаются из одного центра, но одна по ходу Солнца, другая — наоборот. В центре башня. Стены… не знаю, верха не видать. Никаких признаков входа. В основном стена гладкая, но кое-где резьба. Узоры какие-то. Странные, я ничего похожего не видела. Не могу даже придумать, как описать. Обрывочные, невнятные, но непременно парные. Две точки в пространстве и вокруг них что-то происходит. Кажется, у нас в неолит что-то отдаленно подобное рисовали. Может быть, это надписи, не знаю. Магия… чертова! — Она с досадой стукнула кулаком по стеклу и подняла требовательный взгляд на Нёлди: — Тебе это о чем-то говорит?

Тот отрицательно покачал головой:

— Не совсем то, в чем я разбираюсь. Я больше по целительству. Ну, превращения тоже, погода там…

— …самки человека, — внезапно непрошено съязвил Дэ Данаан.

Глаза никса зло сузились:

— Отстать, Киэнн! Отвяжись, пока я не сказал что-нибудь, о чем потом пожалею.

Киэнн, как всегда, криво ухмыльнулся:

— Да давай уже, отведи душу! Обо мне много чего можно сказать, я в курсе. Думаешь, я не знаю, что у тебя на языке вертится?

— А ну прекратите это оба! — рявкнула на них Эйтлинн. И, с трудом сдерживая злость, обернулась к Киэнну: — Какого черта ты лезешь, куда не просят? Или тебе так нравится провоцировать окружающих?

— Да, — исподлобья глянул на нее король-подменыш. — Вдруг окажется, что они — такое же дерьмо. Мне полегчает.

Эйтлинн в отчаянии покосилась на никса:

— Поколоти его, Нёлди. Он же так и просится.

В это время забытый всеми Шинви неожиданно что-то пробормотал себе под нос, гнусаво, невнятно, но по-лошадиному слишком зычно. Киэнн резко вскинул голову, изумленно уставившись на агишки:

— Что ты сказал?

Шинви стушевался:

— Чё? Я ничё не говаривал! Так-сяк, выпить бы хоцца, вот.

— Хватит мне мозги пудрить, конь! — сдвинул брови Дэ Данаан. — Повтори, что сказал!

Агишки неуверенно кивнул куда-то в сторону:

— Энти, пустоглазные опять, грю.

Киэнн быстро обернулся в сторону, указанную оборотнем.

— Мать честная! Этт, смотри, что они делают! Кажется, они знают больше нас.

Тени. Эйтлинн снова пробила дрожь. Почему они пугают ее? Ее, владычицу Аннвна! На пути до самого подножия Стеклянной Башни она не видела ни одного безликого призрака и почти успела забыть об их существовании. И вот теперь размытое облако бесплотных силуэтов клубилось в сотне шагов слева, под самой стеной. Точно чего-то ждало…

— Даже на меня не реагируют, — заметил Киэнн. — Э-э-эй! Интересно, они вообще могут слышать?

Эйтлинн стиснула кулаки и мысленно отругала себя. Не будет она робеть перед какой-то там нежитью! Да еще у всех на глазах!

— Идем.

Вблизи бесплотная кутерьма вовсе не казалась такой уж непроницаемой. Тем более, что при виде фоморки призраки расступались, как волны Тростникового моря перед пророком Моисеем. Но не бежали — смыкались у нее за спиной, еще крепче прижимаясь к стене. Эйтлинн подошла вплотную и тщательно ощупала резьбу. Вот оно! Прямо на уровне глаз красовался тонко вычерченный, почти невидимый узор в виде двойной спирали, по ощущению в точности повторявшей контур самой стены. Если это не ключ, то уж наверняка замочная скважина. Знать бы, еще как открыть…

Киэнн прошел прямо сквозь толпу бестелесных теней с видом абсолютного презрения.

— Что там, Этт?

— Думаю, дверь, — задумчиво проговорила фоморка. Ее пальцы блуждали вдоль линий спирали то туда, то сюда. — Наверное, нужно произнести какое-то заклинание, но я их не знаю.

— Скажи «друг» и входи? — как всегда неуместно пошутил Дэ Данаан.

— Сейчас точно стукну, — огрызнулась Эйтлинн.