Академия Огненного дракона (СИ) - Мармеладная Ириска - Страница 14

Гарен целовал нежно, без напора, поглаживая рукой по спине. Убедившись, что я сдалась, проник языком в мой рот. Странно, никакого отторжения, более того захотелось по-змеиному переплести наши языки.

В голове туман, так приятно и… путы уже не держат. Только вот уже никуда не сбегу, пока не закончу наш поцелуй.

Не заметила, как мои пальцы запутались в его волосах. У мужчин они жесткие, короткие, а у Гарена еще и ершик у затылка, такой колючий.

Шатен притянул ближе, не оставив между нами свободного пространства, и чуть усилил напор. Теперь он целовал чувственно, требовательно, но по-прежнему не грубо и жестко.

Сердце замирало, ноги звенели от напряжения.

— Ну, ужинать? — оторвавшись от моих губ, спросил Гарен. — Надеюсь, шампанское тебе понравится. Ты когда-нибудь пила шампанское?

Отрицательно покачала головой, пытаясь понять, что со мной произошло.

Очевидно, преподаватель алхимии мне действительно нравился, иначе чем объяснить столь острую реакцию? И мужские руки на талии совсем не мешали.

— Ты восхитительна! — прошептал Гарен прямо в губы и вновь приник к ним в коротком дразнящем поцелуе. — Никогда бы не подумал, что заинтересуюсь такой девочкой, но теперь понимаю деда. Хрупкая, боишься толком обнять, чтобы не сломать. И волосы… Знаешь, они похожи на цвет моего любимого зелья.

— Какого? — облизнув пересохшие губы, спросила я.

— Одного яда.

Взгляд Гарена нервировал. И смотрел он на мои губы! Вот зачем я начала их кусать, знаю ведь, как это заводит мужчин. Или проблема в том, что мне хотелось новых поцелуев. Впервые! Что же со мной происходит? Всего пару минут назад хотела его убить, а теперь размякла, позволила себя увести.

— Вы кого-то хотите отравить?

Жарко, безумно жарко! Хочется снять платье и залезть под холодные струи.

Тебе нельзя с Гареном! Вспомни, как это больно, противно. Он увидит тебя голой, затолкает внутрь член, а после оставит лежать с поднятыми ногами, чтобы не пропало ни капельки драгоценного семени.

— Нет! — рассмеявшись, фыркнул преподаватель. — Просто у каждого мага есть любимое заклинание или зелье. Я предпочитаю бесконтактный бой, зачаровываю предметы и наслаждаюсь видом трупа врага.

Только сейчас заметила, что мы направлялись не к парадному входу, а к переходу между корпусами, все больше удаляясь от лестницы. Вновь занервничав, потребовала объяснений. Разве ужин не в городе? Весь план насмарку!

— Куда мы идем?

Вырвала потную ладошку из рук Гарена и подбоченилась.

— Ко мне.

Хоть бы глаза отвел!

— А как же ужин?

— Будет, — подтвердил преподаватель и окончательно подрезал крылья надежде: — Поедим у меня. Шампанское, устрицы. Ты ведь никогда их не ела?

Помотала головой. Откуда?

— Вот и попробуешь, — Гарен развернул за плечи в нужном направлении и подмигнул. — Заодно и мне они пригодятся. Устрицы — великолепный афродозиак, позволяет мужчине всю ночь ублажать женщину.

— Эм, а можно просто по глоточку шампанского и никого не ублажать?

Снова облизала губы. Пожалуй, сейчас бы выпила целое ведро воды!

— И почему ты не хочешь? — шатен провел ребром ладони по моей щеке.

— Не выдержу и умру, — чуть слышно пробормотала я.

Гарен тихо рассмеялся и заверил, от такого не умирают.

— Тебе понравится. Странно, конечно, что ректор сделал все плохо, но тем лучше мне. Стану первым настоящим мужчиной.

Покорившись судьбе, плелась за преподавателем. Может, обойдется? Он мне чуточку нравился, вроде, не слишком торопился, только вот я пришла в Академию не за сексом. Попробовала и хватит, лучше выспаться и вообще, я серьезная девушка, сирота, мне не до романов. «А вот роман тебе никто и не предлагал, — саркастически заметил внутренний голос, — только потрахаться».

От предстоящего действа немного отвлекло путешествие по коридорам, в которых прежде не бывала. Гарен не таился, не прятал усладу на ночь, прямиком вел к преподавательскому крылу. Попасть туда можно было по подземному переходу, либо с улицы.

Мрачная атмосфера заставила прижаться к спутнику. Повсюду мерещились духи и летучие духи. Шатен посмеивался над моими страхами и заверял, подобные пакости извело еще первое поколение преподавателей.

— А я у вас какая по счету? — решилась спросить, когда мы наконец поднялись в вестибюль. — Ну, з студенток.

— В этом году? Седьмая. Я обычно обхожусь.

— Может, и в этот раз? — с надеждой взглянула на Гарена. — Раз вам мало надо, вдруг потерпите?

Шатен покачал головой и в предвкушении улыбнулся.

— Нет, я уже настроился. Право слово, — укорил он, — чего ты так боишься? Другие радовались.

Ну да, ну да, такой симпатяга!

Предпочла промолчать. Все равно не объяснить.

Вестибюль преподавательского корпуса разительно отличался от нашего, общежитского. Девчонки сказали бы: по богатому. Во-первых, отделка — кирпич обшили деревянными панелями. Во-вторых, цветы в кадках. Все вместе придавало некий уют. Очевидно, столь нехитрым образом преподавателям пытались компенсировать разлуку с домом.

— А можно узнать о вас чуть больше? — осмелела я. — Все же вы ребенка сделать надеетесь, кандидатуры отбирали, справедливо, если и я хоть что-то узнаю.

— И что же тебя интересует? — Гарен потянул вверх по лестнице, которая тоже мало напоминала общежитскую.

Чисто, ни соринки, ни похабной надписи.

— Все! — наглеть, так наглеть.

Шатен приглушенно рассмеялся.

— Ни в жизни не поверю, будто студентки не сплетничали. Взять хотя бы твою соседку.

— А что с ней не так? — нахмурилась я, благоразумно не став уточнять, о какой именно речь.

— Наверняка разболтала о моем столичном прошлом. Но вот пришли, — Гарен указал на ближнюю к площадке второго этажа дверь. — Не стесняйся, звукоизоляция хорошая.

Вот зачем он это сказал? Сразу завертела головой, прислушиваясь. Вряд ли шатен развлекается один.

— Почти в каждой комнате сейчас по студентке, — подтвердил догадки Гарен. — Кому нужно потомство, кто устал от ваших шалостей. Проходи!

Он коснулся двери рукой, и она беззвучно распахнулась. В крохотной прихожей вспыхнул свет.

Встроенный в нишу шкаф, вешалка, зеркало с полочкой — вот и все.

— Спальня, ванная комната, — шатен показал нужные двери. Все они выходили в прихожую. — Поедим в кабинете: там есть стол.

Оказалось, Гарен не шутил и накрыл нечто вроде романтического ужина. Прикрытые до поры до времени кушанья манили ароматами, а в ведерке со льдом охлаждалась бутылка шампанского.

— Присаживайся!

Шатен галантно отодвинул стул.

Подобрав юбку, полная душевного трепета, устроилась за столом и в нерешительности уставилась на накрахмаленную салфетку. Она ведь не просто так лежит у самого края, вроде, положено класть на колени. В чем плюсы наличия дара, в Сиротском доме разрешали читать книги, я и нашла потрепанный справочник по этикету. Многих страниц не хватало, но это не помешало приобрести зачатки светского образования. Под одобрительный кивок Гарена расправила салфетку на коленях и отважилась прояснить один момент:

— Вы всех студенток ужином кормите перед тем, как попользовать?

— Нет, — шатен ответил предельно серьезно, — только тебя захотелось. Во всех смыслах, — помедлив, добавил он и оперся ладонью о стол возле моей тарелки. — Понимаешь, я не шутил, когда говорил, что ты не в моем вкусе. Сексом я привык заниматься с другими, раскованными. Фигура здесь особо не важна, но вот с такой хрупкой девочкой не стал бы. На вид ты совсем юная, такая тонкая, вдруг что сломаю.

— Вряд ли, — удивилась собственным словам. — Вы все хорошо объясняете, тут тоже бы оправдали репутацию.

— Спасибо за доверие, — Гарен поклонился, то ли в шутку, то ли в издевку. — Постараюсь его оправдать. И ты права, я хочу сделать ребенка, а не просто влить в тебя сперму.

Потупилась, комкая белоснежную салфетку.

Ничего себе заявление! Не сбросить напряжение, не для галочки, а сразу ребенка.