Призраки во плоти (СИ) - Самсонова Катерина - Страница 58

Три девушки, две живых и одна мёртвая, бежали по коридору этажа к цели приезда. Квартира Марка. Находилась она на самом высоком этаже дома, и без того долгий подъём в лифте отягощался всеобъемлющим страхом за одну особенную жизнь.

Встав перед запертой дверью, Агата оглянулась:

— Лина, ты здесь?

— Я тута.

— Сможешь открыть?

— Да легко!

Эвелина прошла сквозь дверь и с обратной стороны повернула засов.

— Заходите!

Сгорая от нетерпения, Кристина оттолкнула Агату и бегом ворвалась в прихожую. Внутри не горел ни один свет, все окна плотно занавешены, невзирая на царящий снаружи день, а удушающая тишина давила безразличием.

Хозяина долго искать не пришлось. На кровати поверх одеяла непробудным сном спал тот, кого она так часто сравнивала с Эндимионом. Он лежал в пижамных штанах, слегка подогнув ноги в коленях. Отвернув голову в сторону окна, он тихо посапывал приоткрытым ртом, а на его лице было написано неземное блаженство.

Как долго он спит? Что видит? Кристина встала на колени перед его постелью, взяла его прохладное запястье, залюбовавшись его чертами, забыв, что где-то далеко его могла подстерегать опасность.

— Эй, Марк, — зашептала она. — Просыпайся. Уж утро прошло. Просыпайся, Марк. Вернись к нам.

Но он спал. Спал и не желал просыпаться.

Отречься от полутени? Отречься от полутени означало навсегда оставить полёты, не имеющие предела, закрыть перед собой врата прекрасного призрачного мира, забыть фантастическую лёгкость души вплоть до последнего дня, когда его тело умрёт. Да, зато для тающих, способных приблизить его смерть, он перестанет вызывать интерес. Да, он станет обыкновенным человеком со здоровым телом, рассудком и памятью.

Тем не менее, Марк оказался не готов расстаться с полётами.

Он стоял на противоположном краю земли, где для бескрайнего моря и высоких скал заправляла балом ночь. Беспечные звёзды плавали посреди тёмно-фиолетового неба, иногда прячась в смущении за облачной фатой. Марк стоял на вершине скалы, вдыхая морской аромат. Шелест волн ласкал слух. Под ногами лишь камни и вода. До большой земли бессчётные километры. Вот оно, воплощённое уединение.

Никогда в жизни он не оказался бы здесь, будь он простым человеком. Будучи полутенью, он находился вне рамок жизни и смерти. Пусть его тело и пострадает от очередного астрального путешествия, ему до него не было дела. Не для тела же он живёт, в конце концов.

Отречься от полутени?.. Нет. Однозначно нет.

Решено!

Но как же быть с телом? Прогрессирующий делириум не сотрётся из его разума. Тело необходимо контролировать, но как, если он всё хуже овладевает им?

Маятник. Спиритический маятник, подаренный Ирмой. Он часто выручал Марка, когда он носил его. Но, чёрт возьми, он остался у Германа. Герман сорвал его прямо с шеи, когда… Одним словом, он не станет встречать его с распростёртыми объятиями. Придётся выкрасть. Как-никак, это был его маятник, маятник Марка. Его и только его.

Марк вообразил себе кабинет Германа, и его попутным ветром перенесло точно в представленное место.

Из операционной исходил шум. Должно быть, Герман работал над новым трупом. На цыпочках Марк подошёл к рабочему столу. Бумаги, сокрытые под ними книги об оккультизме, раскрытая тетрадь без полей, исписанная именами и адресами… Здесь же было написано и его имя.

«Елизавета Крейц, 1989 г., адрес неизвестен. / Александр Князев, 1982 г., ул. ***, дом N. (зачёркнуто) / Марк Вихрев, 1894 г., улица Савушкина, дом A (обведено красным)».

Все следующие имена в коллекции — в большинстве заслуга Марка. Когда во время астральных прогулок он встречал себе подобных, он обычно знакомился с ними, а потом выслеживал, где они живут. Это доставляло ему извращённое, хищное удовольствие, пока однажды ему не надоело — как, впрочем, многое из того, что он перепробовал в облике пенумбры.

Вот странно, два последних имени отчего-то тоже были зачёркнуты. А, может, это от того, что они мертвы?

И куда-то подевались спирит-очки. Видимо, они у Германа дома? Обычно же они лежали здесь. Вместо них нашёлся тот самый шестигранный маятник, ради которого и пришёл Марк. С трепетом, будто маленькое беззащитное существо, он положил его на ладонь и погладил идеальные грани.

— Вот и отлично, — беззвучно прошептал Марк.

— Так-так! — обрушился на него знакомый скрипучий голос.

Хозяин голоса, запачканный чей-то несчастной кровью, появился столь незаметно, что ошарашил Марка до потери речи. Его глаза прятались за тёмными стёклами спиритических очков.

— Сначала ты убиваешь мою сестру, потом проникаешь в мой кабинет. Что ты ещё здесь забыл? Решил, что я не замечу?

Глухой голос Германа при отсутствии явных эмоций звучал ещё более жутко на низких тонах. Марк разжал кулак, где на дне дрожал испуганный маятник.

— Положи на место. Он не…

— Это мой маятник, — сказал Марк. — Он нужен мне, он мой, и он всегда был моим.

Герман истошно вздохнул:

— Эх, если бы ты пришёл ко мне как нормальный человек, а не как проклятая тень…

— Я всего лишь не хотел ранить твои чувства своим появлением, клянусь. Позволь мне уйти. Ты больше не узнаешь обо мне!

— Ранить… мои чувства? — лицо Германа искривилось в смешанной гримасе. — Ты ранил больше, чем просто мои чувства.

Какое счастье, думал Марк, что Герман не бросился в драку сразу, чего он очень сильно опасался. Отвернувшись, он начал писать руны портала.

— А ну постой! — Герман одёрнул Марка за рукава, пока он не дописал заклинание, и вышвырнул в другой конец кабинета. Маятник отлетел под стол.

Сердце тревожно замигало. Еле поднявшись, Марк мгновенно попал под новую раздачу и распростёрся на полу. Воздушные Руны догорали в воздухе, так и не обретя выход для энергии. На шее Германа блеснул почти такой же маятник, но большим размером. Вот отчего он касается его как призрака… да ещё как касается.

— Остановись! — закричал Марк, когда Герман снова занёс над ним кулак. — Остановись… Тебе нужны доказательства моей верности? Разве ты не замечаешь их? — он захихикал, покашливая. — Ведь это я убил тех полутеней. Их трупы привезли тебе, верно? У меня и в мыслях не было убивать, я всего лишь хотел привести их тела к Дому Слёз, пока их души летали снаружи… Они все среагировали на моё вторжение. Они терзали меня изнутри в совершенном неведении, что терзают самих себя. Когда же они были близки к освобождению от моего влияния, их сердца лопались как шарики. Противное ощущение, как будто я сам умирал. Но я не намерено убил их, мне всего-то нужно было перенести их… в обмен на Ирму… Разве ты не видишь? Я сделал это для вас двоих! Я пытался, по крайней мере!

Он вплотную приблизился к Герману и тыкнул ему в грудь.

— И, похоже, я зря старался. Ты и дальше будешь презирать меня. И останется Ирма в Доме Слёз. Я помогал тебе, и вот как ты платишь мне?! Ну и пусть! Тем лучше. Мы больше ничем не связаны.

Марк прошмыгнул к сгорающим рунам и завершил формулу портала. Руны вспыхнули внутренней магией и слились в яркой голубой проход. Получился он горизонтальным, а не вертикальным, и очень узким. Через него могла бы пройти лишь рука. И его сокровище.

— Стоять! — Герман вышел из раздумий и метнулся к нему.

Но маятник раздора ракетой полетел вниз, в новый мир…

…и приземлился на ковре у подножия кровати. Привлечённая вспышкой Эвелина как кошка подскочила к блестящему объекту, едва заметив его.

— А это ещё что такое?

— Не трогай! Оставь, как есть! — крикнула Агата. — Марк! Марк, очнись!

Она яростно трясла его тело за плечи. Марк стонал и шипел, переживая душой что-то тягостное и неприятное и не реагируя на ощущения тела. Агата выделила из ладоней огонь и провела им над грудью спящего. При свете пламени проявилась тонкая астральная нить, исходящая от сердца, которая судорожно извивалась под напряжением эмоций.

— Агата, вытащи его оттуда! Скорее!

— Я и хочу это сделать! Отойди-ка.