Эфирия Конец Эпохи (СИ) - Че Макс - Страница 56

В первой повозке лежал переложенный шкурами, чтобы отбить хоть часть запаха, весьма странный груз. Правил повозкой громадный орк, а с ним рядом сидели некромант и гоблин. Во второй, что ехала за следом, было много припасов, в конце повозки — на краю — сидело шесть оживленных орков, которые молчали и практический не шевелились. Правили этой повозкой два человека, ведя себя так же молчаливо, как и их пассажиры.

— И почему эти мертвяки поехали с нами? — возмущенно спросил Тарард.

На слова охотника повернулся один из нежити, посмотрев своим бледным лицом с засохшими кровоподтеками и безжизненными глазами, внутри которых, по радужке пульсировала энергия голубого цвета.

— Ну, что уставился? — спросил Тарард.

Мертвец медленно отвернул голову назад.

— Ты же не боишься их? — спросил с усмешкой Матис.

— Нет, но лучше бы они ехали с Нергалом. У нас все же здесь припасы.

— У них и так перегружена телега.

— Медленно, слишком медленно тащимся, некромант, — сказал Зулур. — А эти звери еще и жрут подолгу, а воды им сколько надо…

— А я что могу сделать? — спросил Нергал. — Хорошо, что наш зеленый друг знает эти места и местоположение колодцев и водопоев.

— Мог бы сделать из них мертвецов? — спросил Зулур. — Те костяные лошади были весьма резвыми. И их не надо было кормить и поить. Если быков убить и оживить, они будут идти быстрее?

— Если больше потратить на них своей энергии, то да, — ответил Нергал.

— Ну так что?

— Я тебе уже рассказывал, энергия у мага не безгранична. Нас впереди ждут большие дела, и она мне еще понадобится.

Гоблин буркнул что-то непонятное в ответ.

— Ты мне лучше скажи, — продолжил некромант, — почему поснимал свои безделушки и одеяния, перевязанные из шкур, позаимствованные у дикарей. Не из-за нас?

— Плевал я, некромант, на то, что вы думаете и говорите, — рявкнул Зулур. — В нашем походе в этом не так удобно.

— А с собой взять?

— Я лучше возьму побольше камешков и побрякушек, желательно, золотых, а одёжу какую захочу потом приобрету. Я надеюсь, то, что мы нашли, — это было только начало?

— Надейся, — ехидно сказал некромант. — Теперь бы я хотел поговорить с нашим новым другом.

— Эх, ну давай. Поперевожу для тебя, — ответил Зулур.

— Чагат, я хочу, чтобы ты мне разъяснил более подробно некоторые ваши обычаи и ответил на некоторые вопросы, — сказал Нергал орку через гоблина.

— Хорошо, шаман мертвецов, — сказал Чагат, — спрашивай, что хочешь, все, что знаю, я тебе расскажу. Только поклянись своими предками, что ты поможешь моему роду и он не сгинет в степях.

— Предками? Пусть будет так — ответил Нергал. — Выполни свою часть уговора, и вопрос о выживании твоего племени тебя не будет беспокоить.

— Вернее остатков от племени? — добавил гоблин. — И чего ты о них так переживаешь? Ты у них ведь был, мягко говоря, не в почете.

— Я оргаш, значит, изгнанный, чужой, — ответил Чагат. — И это не племя, а Род, там все родня.

— И что же вы, имеете потомство от родственников? — поинтересовался Зулур. — Если вы не знаете, это может плохо кончится.

— Воины приводят норгу из других родов, — пояснил Чагат. — Когда несколько Родов готовы объединиться и принять общие традиции, этот Род становится кланом. Кланы тоже могут соединиться в одно племя, но при этом каждый клан племени живет отдельно по своим обычаям.

— Зачем делать племя, если все остаются при своем и живут врозь? — спросил Нергал.

— Когда много орков вместе, тяжело прокормиться, много охотников в одном месте, — ответил Чагат. — Но если нападет враг, племя объединяется. Вместе защищаться легче.

— Пожалуй, — согласился некромант. — Теперь давай по порядку. Ну, во-первых, за свое племя, — Нергал осекся, — за свой Род можешь не переживать. Мы поможем им, когда я получу, что мне надо, на их малое количество в вашем лагере достаточно припасов, чтобы им прожить. Во-вторых, как я понял, изгнанных из племени называют оргашами?

Чагат кивнул, подтверждая слова Нергала, переведенные гоблином.

— Теперь расскажи мне, — продолжил Нергал, — за что тебя изгнали? И почему все изгнанные держались вокруг лагеря?

— Оно тебе надо, некромант? — спросил недовольный гоблин.

— Я хочу побольше узнать об орках и их традициях. А ты что, устал переводить? — спросил Нергал с напущенной чернотой на глазах и образуя кольцо черного тумана вокруг шеи гоблина.

— Не устал, — сказал Зулур, пытаясь отмахнуться от кольца тумана.

— Ну и прекрасно, — сказал Нергал, — тогда продолжим.

Некромант смахнул рукой, его глаза стали обычными, а черная магия вокруг шеи гоблина рассеялась. После чего Зулур потер шею рукой, поворачивая голову в разные стороны, продолжив переводить.

— Быть оргашем страшный позор, — сказал Чагат, отвечая на вопросы некроманта. — Изгнать из Рода могут за нарушения заветов предков, традиций или из-за бесполезности для Рода. Часто это бывают безродные орки, которые не смогли найти себе пару или дать потомство, а когда они больше не могут приносить пользу, охотится или воевать, их изгоняют из Рода. Они опозорили себя и своих предков, что не смогли получить не в одном роде права на женщину, а значит — у них не будет потомства, что будет почитать его, а у такого орка нет уважения.

— Интересно, — заметил гоблин. — Значит, если здоровый орк не получит свою лысенькую орчиху, его выкидывают на улицу? И зачем вы носите эти косички, а женщины бреют головы?

— Это, видно, какой-то их обычай, — предположил Нергал. — У гоблинов нет подобных традиций?

— Ты считаешь, что гоблины существуют как варвары? — возмущенно спросил Зулур. — Мы ходим так, как нам нравится, и делаем, что хотим.

— Это ты орку можешь рассказывать, — сказал некромант, — про ваше высокое развитие. Кое-что мне довелось слышать о вас и вашем королевстве…

— И что же? — возбудившись, спросил Зулур. — Что же ты слышал?

— Утихомирь свой пыл, — сказал Нергал, — и займись делом. — Ты так встрепенулся, как будто тебя молния ударила.

— Запомни, некромант, гоблины живут так, как хотят, особенно я.

На последние слова Зулура Нергал ничего не ответил, только улыбка появилась на его лице. А Зулур вернулся к расспросам Чагата и переводу вопросов Нергала с нахмуренным лицом.

— Если орчиха без волос, — продолжил орк, — значит, у нее есть корг.

— Чего там у нее есть? — переспросил поморщившийся Зулур.

— Корг, — повторил Чагат. — Защитник, тот, от кого она может иметь детей. Это значит, никто не смеет взять эту орчиху себе. Все, что будет касаться ее или ее детей, будет решать ее корг.

— Понятно, — сказал Нергал, — корг — это муж. Не мог сразу перевести? — недовольно спросил Некромант.

— Если так хорошо понимаешь их язык, сам переводи, — рявкнул Зулур. — Я тут и так через слово понимаю, что он говорит, часть самому уже приходится додумывать.

— Теперь точно ясно, что значит “норга”, так называют замужних орчих, — тихо пробормотал Зулур и сделал какие-то пометки на листках, вынутых из сумки.

— Что это у тебя там? — спросил некромант.

— Тебе какая разница? Я же не спрашиваю, что у тебя за книга под плащом, с которой ты не расстаешься. Вот и у меня не спрашивай.

— Я заметил, как мы вышли из орочьего лагеря: при переводе ты делаешь какие-то пометки на этих листках. Ты решил составить орочий словарь? Хотя ты прав, это не мое дело.

— Ладно, орк, — продолжил Зулур, — а косы у ваших воинов, которых у тебя нет, что значат?

— По ним можно узнать, что представляет из себя орк, стоящий перед тобой. На расстоянии пальца на косу надевают кольца за победу, чем шире кольцо, тем опаснее был враг. От последнего кольца коса может быть отпущена не более чем на два пальца. Перовое кольцо орк получает после испытания воина, тогда он бреется, оставляя маленькую косу.

— И как я понял, — пояснил некромант, — те, кто не отпускают кос, не удостоены чести быть воинами? А почему у старика были косы на бороде?