Спящий. Прелюдия Пустоши (СИ) - Олегович Дмитрий - Страница 15

— Он солгал насчет солнца, — отреагировала кхану́, поправляя упавшие на глаза волосы.

— С чего ты так решила?

Она пожала плечами:

— Не знаю. Как-то слишком активно он согласился с вами, тэм[11] Док. И кожа у них бледная.

— Может кожа после обращения принимает такой цвет, кто знает, что у них с телом происходит. — сказал я, поглядывая на спокойно лежащего гуля. Он еще и насвистывал что-то веселое. — И не в его интересах давать нам надежду.

— Как и раскрывать слабости, — парировала она. — У нас говорят, что это те́нниши слабеет под солнцем, а не ее порождения и куклы. Некоторые создания могут какое-то время передвигаться даже в сильное пекло, а некоторые сразу падают и высыхают. Наши охотники наблюдали ле́гиря[12] кабана, который смог целых десять рим двигаться вне тени. Вяло, сонно, но двигался, пока не свалился. Это слабость самой те́нниши. Этот вид гулей тоже порождение тьмы разлома, несомненно, а значит Раси[13] и на них повлиять должно.

Док заугукал. И я тоже согласно кивнул. Звучало вполне логично, приятно слушать чужие разумные доводы. Особенно, когда их изрекает очень даже симпатичная тэли, хмуря тонкие брови.

"Черт, не те мысли, парень, не сейчас. Да и вообще — это кхану́, а я дарсиец. Наверняка она еще обдумывает вариант с тем, чтобы после всего этого, если выберемся, на всякий случай перерезать мне глотку. Хотя и не выглядит как та, кто способна на это, но кто их знает?" — отрезвил я себя.

— Тогда они не будут тянуть до утра и скоро нападут, — сказал Док. — Чего сейчас тогда ждут?

— Может думают, что этот, — указал я на гуля, — уговорит нас? Скорее всего они в курсе, сколько здесь осталось наемников и сколько трясущегося от ужаса молодняка. Уверен, кто-то из них уже подумывает рискнуть с обращением.

— Или они ждут чего-то другого, — выдала Ки́мита, глянув на стол, где лежит Патрик, и кучу трупов у барной стойки. — Смысла спрашивать у пленника о времени обращения нет, так как правду он не скажет, а мы не поймем, где солгал. Если они все… поднимутся, мы точно потеряем живых.

Я вспомнил о своем предложении гулю:

— Но мы ведь можем сделать так, чтобы никто не поднялся.

— Может и так, а может им просто больше времени понадобиться, — уставилась на меня Ки́мита. А я невольно скосил взгляд на выглянувшее из-под волос острое ухо. Она снова как-то поняла это и спрятала его.

— Из ничего даже те́нниши не может создавать, иначе ваш огрызок континента уже давно был бы захвачен, — обрисовал я руками воображаемый кусочек жилых территорий. Степи кочевников кхану́ на юге граничили с землями вольных. — Если гули питаются, значит еда имеет смысл, и восстанавливаться, будучи голодными, они не смогут…

Ки́мита открыла рот, чтобы еще что-то сказать, но ее прервал Док:

— Так, ребятки, пока ничего конкретного не решили, мне, пожалуй, нравится идея с головами. Стоит обезопасить себя и отсечь их к чертовой матери. Не знаю, сколько нам здесь придется просидеть, но это первое, что нужно сделать.

— Думаю, все-таки можно и конечностями обойтись, — сказал я. — На обрубках сильно не побегают, если что.

— У ног кость жестче, парень. Ножом просто так не отпилишь, — нервно моргнул Док и скривился.

Ждать не стали и под наблюдением остальных начали думать, как осуществить задуманное. Обсуждали варианты. Шутка ли, отрезать столько голов? Вопрос даже не в способности это сделать, а в практической реализации. В конечном итоге начали укладывать тела грудью на стул.

— Эй, а может не здесь? — спросил кто-то из парней высоким голосом. Акцент незнакомый. Человек шесть молодых пассажиров кучковались в стороне и перешептывались.

— А где? — наивно спросил я, не сразу поняв суть заявления.

— За дверью где-нибудь, — недовольно заявила одна из девушек. — На втором этаже, в конце концов. Зачем именно здесь?

Лэсс уже помогал нам. Наемники глазели в окно и прислушивались к запертым дверям. Короткостриженая девушка приглядывала за гулем, держа старенький дверс наготове. Гирс все еще смотрел за Патриком, меняя повязки. Светловолосый дарсиец крутился рядом с ним. Все были заняты делом…

Мы с Лэссом озадаченно переглянулись, и он кивнул девушке:

— Ладно, тащи наверх.

— Я? — удивилась та.

Док молчал, хотя на его месте я бы приструнил "детей", все же он в деды нам годится. Может решил дать нам самим разобраться, а может просто не хотел оказаться в ситуации, где его не послушаются. В любом случае, сейчас это было неуместно, и такая позиция малость раздражала.

— Ты, — ледяным тоном ответила за спутника Ки́мита. — У вас песок в глазах и ушах?

— Причем здесь это? Мы просто не хотим наблюдать эту мерзость, — сказал парень, выйдя вперед.

— Ты думаешь мы хотим? — удивилась кхану́, да и мы все оторопели. Они что, не понимают, где мы находимся?

— Не знаю, но это ведь можно сделать не здесь, при всех, — серьезно сказал он и остальные закивали.

— Тогда самивалите наверх, — вклинилась пацанка, указав на лестницу.

Ребята переглянулись и шесть человек покинули зал. Разделяться было плохой идеей, о чем я без особого энтузиазма и напомнил. Меня успешно проигнорировали, и я не стал повторяться. Обычно простые людишки, не из знатных, более приспосабливаемы к обстановке. Тем более вольные. Пусть и безоружные, но я думал, что они как минимум смышленые.

Глава 14

Первый труп оказался на стуле со свисающей вниз головой, и мы замерли. Док повертел нож в руке, явно не восторженный тем, чем придется заняться.

— Стойте, — внезапно остановила его Ки́мита — Я сама.

Мои брови подлетели вверх от удивления, уверен, как и у остальных.

Лэсс резко встал перед ней и что-то возмущенно сказал на непонятном языке. Она раздраженно ответила ему. Настроение угадывалось по тону голоса, а вот сам язык был странно тянущимся, даже певучим.

— Не стоит, юная тэли, я справлюсь, — сказал Док, остановив их никому непонятную "трель", хотя явно для виду.

— Кто-нибудь, если можно, поддержите первого за голову, хочу приметиться, — вместо обмена любезностями сказала Ки́мита.

Спутник остроухой не отставал и снова возмущенно что-то заявил, выпятив челюсть. Он постоянно кивал в сторону клинка, и как мне показалось, проблема была именно в нем. Девушка закатила глаза и устало произнесла целую речь, что-то объясняя ему. Но парню, похоже, этого было мало, и мы стали свидетелями очередной словесной перепалки, в конце которой Ки́мита сузила взгляд и сказала что-то резкое командным тоном, от чего Лэсс все-таки отошел в сторону. Его грудь недовольно раздувалась, на эмоциях, а острые желваки постоянно двигались.

— Простите нас, господа, — сказала девушка уже на понятном языке. — Понимаю, не очень подходящее время для выяснения отношений. Приступим.

Док схватил труп за волосы, поднял голову и прохрипел нашему палачу:

— Давай, юная тэли, действуй, раз считаешь, что сделаешь лучше. Только руки мне не отруби, пожалуйста, они сегодня ещё пригодятся.

Девушка недовольно посмотрела на него, мол без тебя знаю, что мне делать, и встала напротив вытянутой шеи. Сдвинула правую ногу назад, ухватилась за длинную рукоять меча и замерла. Я уже решил, что она передумала, но внезапно сталь свистнула, и мои глаза едва успели уловить движение девушки. Перед лицом Дока промелькнула светлая полоса, резко чавкнуло, и в руках повисла голова, забрызгав ботинки командира наемников кровью.

Все ахнули, и я не был исключением. Невероятная скорость. Перерубила шею с одного удара, и такое ощущение, что ей это ничего не стоило, будто волос рассекла. Даже Гирс отвлекся от Патрика, который так и не пришел в сознание.

— Чего уставились, тащите следующего, — отрезвила нас девушка, взмахнув клинком, явно до сих пор раздраженная перепалкой с Лэссом. Капли крови отлетели в сторону, и он снова стал полностью белым. — Можно больше не держать.