Тайны Сикорских (СИ) - Троянская Мария - Страница 45

— Спасибо, Паш, — коротко кивнул Артем Николаевич. — Ты можешь идти.

— То есть это было не испытание? — подала голос Катя. — А что тогда?

Павел наконец обратил внимание на подругу.

— Павел, займись, пожалуйста, расследованием. Только аккуратно, не будоражь гостей. Некоторые сейчас будут возвращаться с мест проведения ритуалов, так что осторожно, — вставил слово Сикорский.

— Хорошо, — короткий кивок и вышел за дверь.

— Клавдия Олеговна, проведите претендентку в выделенную ей комнату, — отдал распоряжение Артем Николаевич.

— Где она живет или для претендентки? — уточнила женщина.

— Для претендентки, — ответ с примесью кривой улыбки. Кате почудилась нотка издевки. Съежилась. Даже по имени не назвал. Лгунья и обманщица не заслуживает большего. Ну почему платок ей бросил именно Артем Николаевич?! Ведь можно было пройти обряд с незнакомцем, даже если сила ее пробудится, попасть под защиту чужого клана и избежать ненужных расспросов! А так Катя может оказаться связанной с Сикорскими навечно.

— Испытание… не будет его? — запинаясь, тихо спросила Катя.

Мужчина проигнорировал вопрос.

— Деточка, пойдем, осторожно, сейчас проверим тебя, есть ли сотрясение, а потом будем решать вопросы по мере надобности, — вмешалась Клавдия Олеговна.

Оказавшись в обставленной светлой мебелью спальне, Катя наконец предалась своим мыслям. Так вот почему посещение западного крыла было под запретом! Там живет это страшное существо, потерявшее человеческий облик. Какая-то таинственная жуткая женщина. Где же призрак?! Сколько нужно всего расспросить.

Искусанное плечо зудело под аккуратно наложенной повязкой. Голова еще немножко болела, но после дозы обезболивающих состояние было почти нормальное.

Короткий стук. В спальню вошел Артем Николаевич.

— Я… — Катя не успела договорить, мужчина молча оборвал недосказанную фразу. Он подошел к Кате, остановился близко-близко. Женщина ощущала его дыхание на своей коже. Стало жарко, неловко. Губы. Не смотреть на губы. Что ж такое?

Мягкий поцелуй. Катя не успела ничего сказать и понять, как реагировать на происходящее. Мысли путались. Тело расплывалось, словно кисель. Кто бы мог подумать, что реакция на поцелуй Артема будет такой?..

— Что?.. — очередной вопрос повис в воздухе, сорванный с губ еще одним поцелуем. Мужчина становился настойчивей, напористей. Катя хотела слабо запротестовать, но разум туманился. Целый букет потрясающих чувств и ощущений заполонил ее естество. На задворках совести кольнул болезненный укол, но он тут же был задавленный шквалом нахлынувшей страсти.

Засыпая в теплых объятиях, Катя проваливалась в негу. Нет, это не могло случиться с ней. Рассудительной женщиной. Взрослой, не глупой. Так бывает только в книгах. Их накрыла страсть и… Но с Катериной все же произошло.

Утро подкралось незаметно, размывая воспоминание о странной, словно напоенной одуряющим дурманом ночи. Катя сидела в махровом халате, сложив ноги по-турецки и обняв дымящуюся чашку с кофе.

Когда она проснулась, место рядом с ней пустовало. Ей даже показалось, что произошедшее случилось с ней во сне. По телу развивалась сладкая нега при одних воспоминаниях. Что это было? Как жить дальше после этого? В голове не укладывалось.

Стук в дверь.

Щеки заалели. Сейчас Сикорский войдет и нужно будет обсуждать произошедшее, или не нужно? Как посмотреть на него? Сердце клокотало и трепыхалось.

— Привет.

Женщина замерла. Уж кого-кого, а Володю она точно не планировала увидеть.

— Что ты здесь делаешь? — задала самую банальную фразу Катя.

— Я узнал, что произошло, и приехал, как только смог. Ты в порядке? Ева не ранила тебя? — спросил Владимир, подойдя ближе.

— Ева? — не поняла Катерина.

— Ну да, на тебя же напала невеста Артема, — тревожно сказал мужчина.

— Невеста?! — в голове не укладывалось. Как это могло быть чьей-то невестой. Тем более Артема, с которым только что… Нет, здесь какая-то ошибка.

— Ну да, — Володя присел рядом с Катей. — Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, — коротко ответила женщина.

— Хорошо. Я был потрясен, когда узнал, что ты одаренная. Очень волновался. Когда услышал о нападении — тут же вылетел. Рад, что все в порядке, — Владимир говорил искренне. Катя помнила эти родные заботливые интонации. Но не реагировала на них. Сидела, словно натянутая пружина.

— Понимаю, что ты злишься на меня, есть за что, — горько потупился Володя. — Если бы я мог тебе все рассказать…

— Не стоит, — Кате казалось, что она героиня какого-то абсурдного сна.

— Нет, ты должна знать, что я не бросал тебя. Вас.

— Правда? — не было сил даже осветить вопрос иронией, он получился бесцветным, пустым.

— Да. Давай поговорим. Ты становишься частью этого мира, а значит поймешь. Мое отношение к тебе не изменилось. Все, что я делаю, делаю ради нашей семьи, ради тебя и Лизки. У меня нет других ценностей. Когда все узнаешь, поймешь, ты же у меня умница — Володя был так убедителен. Он умел говорить так, что ему верили. Его хотелось слушать, поддаваться тончайшим интонациям его голоса, что, словно дирижер, направляли оркестр чувств и мыслей собеседника в правильное, нужное ему русло. — Я ни минуты не сомневался в тебе. Да, было нелегко. Мне тоже было сложно. Но мы справимся.

— Не думаю, что этот разговор актуален, — накатывалась апатия. Только что был шквал эмоций. Катя раздувалась ими, словно воздушный шарик, а сейчас — пшик, пустота, сдулась.

— О, понимаю, — вдруг Володя посмотрел на Катю таким взглядом, что заставил ее дернуться, словно от пощечины. — Ты прошла ритуал?

— Какое это имеет значение…

— Я, кажется, понял, какой именно ритуал тебе достался, — Вова саркастически поджал губы.

— Что за глупости… — непонимание.

— Кать, — Вова взял ее за руку. Глаза были полны боли и самоиронии. Катя не сопротивлялась, словно наблюдая за всем со стороны. Поймала себя на спокойном ожидании, куда же пытается завести ее Володя, когда-то так горячо любимый человек. Все еще не чужой…

— Катя… Я не хочу причинять тебе боль. Но так вышло, — Володя горько рассмеялся. — И судьба мне отплатила. Понимаешь, когда одаренному предназначено испытание подобного рода, ему дают зелье. Чтобы не возникло ненужных проблем.

— Я не понимаю, о чем ты.

— Ты ведь… провела ночь с одним из гостей. Сейчас ты еще одурманена. Тебе дали специальное зелье, которое должно было пробудить влечение, желание, — слова царапали горло. Володе казалось, что случившееся — насмешка судьбы. Он ревновал — безумно и рьяно. Случившееся словно урок для него, оставившего семью. Но ведь он не бросал своих женщин! Он делал все ради них. Это его работа, его призвание, его предназначение. Вова ни минуты не сомневался в своей жене. И тут — измена. Но она не виновата, ведь это ритуал, обряд. Он сможет простить ее. Понять. Должен. Как и она должна понять его. Вздохнул, набираясь вместе с воздухом уверенности, переступая через ноющую боль.

— Катюша, сейчас у тебя состояние влюбленности. Но это всего лишь зелье. Иногда так бывает, что одаренная должна провести ночь с высшим, чтобы получить доступ к своим способностям. Это случилось. Это всего лишь обряд. И поэтому я тебя не виню.

Не винит?! Он ее не винит?! Кате казалось происходящее театром абсурда.

— Да как ты смеешь мне такое говорить! — Катерина клокотала, словно вулкан. Ей хотелось ударить Володю, выпустить ту боль, которая долгое время по капельке собиралась и отравляла ее. — Уходи. Иначе я за себя не ручаюсь!

Женщина сжимала кулаки. Она опрокинула чашку с уже остывшим кофе на белоснежную простыню, но даже не заметила. Черная лужа расползалась болотом, рисуя узоры на постельном белье.

— Катя, ты остынешь, действие зелья прекратится и…

— И что?!

— Я хочу просто чтобы ты знала, что я всегда готов тебе помочь. Когда ты остынешь и будешь готова к диалогу — ты знаешь, где меня найти. Вот визитка, оставляю на журнальном столике.