Тайны Сикорских (СИ) - Троянская Мария - Страница 26

Лучано не был дураком и согласился принять бразды правления, когда Артем Николаевич обсудил с ним с глазу на глаз свое решение. Они быстро подготовили документы и подписали их кровью, как того требовали порядки отличительных. Оставалось их предъявить на совете Борджиа.

Видимо, старшие братья Лучано все-таки узнали об этом и решили перехватить посыльного в лице Катерины. Документы должны были быть надежно спрятаны до момента вынесения решения совета Борджиа о выборе лидера, а единственная свидетельница убита.

Скрепление кровью отличительных не позволяло просто бесследно уничтожить бумаги, что усложняло ситуацию, достаточно было просто на несколько дней спрятать их в надежном месте до окончания совета Борджиа.

Когда Катя разослала сообщения с извещением о том, что ее похитили, Алексей и Лучано немедленно связались с Сикорским, и Артем отправился на ее поиски. Он оказался в доме Руджеро, потому что прекрасно понимал, кто мог организовать похищение. Там то Катя и увидела его.

Об этом вкратце и поведал ей призрак.

— Затем к поискам я подключил мать, прилетевшую самолетом сегодня утром. В результате потасовки, обставленной, как взрыв газа, четверо моих людей было убито, а мы с матерью оказались в больнице.

— То есть ты не просто призрак, но еще и призрак из будущего? — открыла рот Катерина. — А ты не помнишь, что будет дальше?

— Кажется, я начинаю понимать, что происходит. Читал о таком в дополнении к древнему Завету отличительных, в разделе легенд, но никогда не задумывался, что такое может произойти на самом деле, тем более со мной.

Я явился, скорее всего, из отправной точки в скором будущем, после которой либо умру, либо выживу. Время для меня остановилось, — медленно, словно пробуя слова на вкус, заговорил Сикорский. — Я отличительный. Не просто отличительный, а Глава всего объединенного клана, поэтому убить меня не так просто. Не умерев в мгновение ока, мое сознание вернулось во временной петле назад и начало проживать последние события снова. Только то, что ты можешь меня видеть, этому у меня пока нет объяснения, сделало из меня вместо стороннего наблюдателя действующую фигуру, которая может влиять на происходящее. Возможно, мою смерть можно предотвратить.

Я вижу образы. Реальность расслаивается.

То, что уже произошло, я вспомнил. Час моей смерти еще не настал. Нечеткие фрагменты воспоминаний показывают, что я, лежащий сейчас в больнице под капельницами, должен очнуться и прожить еще какое-то время. А возможно мое пребывание на грешной земле закончится сегодня. Такой вот виток. Ощущение надвигающейся опасности.

Странное чувство, будто пытаюсь вспомнить и не могу. Что же сегодня должно случиться? Я ведь уже проживал этот день, теперь четко это понимаю…

— Кто такие отличительные? — тихо спросила Катерина, прервав молчаливую задумчивость Сикорского, в которую он незаметно для себя погрузился.

— Это одаренные люди. Их называют по-разному. Легенды, мифы о них существуют и активно пересказываются в исковерканном виде. Слышала о том, что некоторые люди имеют различные способности?

— Ведьмы, например? Индиго?

— Ну можно сказать, что и ведьмы. Вот братья Борджиа вчера пытались применить в отношении тебя ментальное вмешательство. Эта способность имеет разные названия, в том числе и гипноз. Они это умеют делать также легко, как ты, к примеру, слышать или трогать пальцем кончик носа. Старшие Борджиа жаждут власти. Они считают себя выше обычных людей, не обремененных дарами, и хотят в открытую применять свои возможности и царствовать над «низшими существами».

— Прямо злодеи из Марвела, — истерически хохотнула Катерина. Снова проявилась ее защитная реакция в виде смеха не к месту.

— Да, что есть, то есть, — скорбная складочка снова прорезала чело Артема Николаевича. — Катя, мне нужна помощь. Раз меня видишь только ты, этому есть какая-то причина.

Женщина тяжело вздохнула. Она решила пока не анализировать полученную информацию. Просто восприняла ее, как должное.

— У нас был договор — я помог тебе разыскать мужа. Ты должна была помочь мне разыскать мое тело. Сейчас условия поменялись. Помоги мне разобраться в происходящем, а взамен проси, что угодно.

Катя задумчиво почесала подбородок.

— Хорошо. Только я позже озвучу свое желание.

— В пределах разумного только. Я не смогу уступить тебе свой пост Главы клана одаренных, — пошутил Сикорский.

— Нужен мне этот пост, — фыркнула Катя и загадочно улыбнулась. — Я придумаю какое-то желание посложнее для исполнения.

— Прыжки вокруг стола на одной ноге и затем громогласное пение «Ку-ка-ре-ку»? — засмеялся мужчина.

— Я подумаю, — уклончиво показала язык женщина, пальцами расчесывая мокрые волосы.

Катя накинула одноразовый больничный халат себе на плечи. Ей казался громогласным шелест бахил, натянутых поверх мокасин, одолженных у Патриции, благо размер был одинаковый, хоть вкусы и разные.

— Какой-то пустынный коридор, — прошептала в адрес своему невидимому спутнику. — Я думала больница серьезная, должны были записать посетителя — время то позднее, не приемное. Ресепшен пустовал.

— Охрана должна была остановить тебя сразу, как ты вошла, — согласился Сикорский.

— Но я не видела ни одного охранника.

— Это странно.

— Как-то не по себе. Где все? — оглянулась вокруг Катя. Коридоры больницы были пустынны. — Может, просто спят? Ни единой дежурной медсестры. А, вот и нужная палата.

Дверь отворилась легко, предоставив взору больничную койку, на которой лежал бледный мужчина, утыканный различными датчиками. Катя на цыпочках подошла к нему и заглянула в лицо. Сикорский мерно дышал, словно просто спал.

— Как странно, наверное, видеть себя со стороны, — обратилась к призраку Катерина. — Ну вот мы здесь. Что мне делать?

— Мне не нравится, что в больнице никого нет. Я думаю, это неслучайно. Нужно перевезти меня в другую палату. И мою мать тоже.

— Как перевезти? Здесь куча датчиков. Вдруг их нельзя отключать?

— Все отключай, кроме вот этой капельницы. Перевезешь койку вместе с ней. И постарайся сделать так, чтобы игла не выпала из вены.

Катя поежилась. Она не любила всякого рода иглы. Также женщина не понимала, как безопасно осуществить задуманное, так что руководствоваться приходилось советами Сикорского. В конце концов тело его, ему и отвечать.

— Катя? Что Вы здесь делаете? — женщина не сразу поняла, что слабый, ставший уже таким привычным, голос принадлежит не призраку.

— Эм-м… Артем… Николаевич. Я пришла Вас проведать, — не растерялась Катя. — А Вы пришли в сознание?

- Как видишь…

— Сейчас мои действия могут показаться Вам странными, но мне нужно перевезти Вас в другую палату. На Вас было совершено покушение, если помните. Я пришла в больницу, но здесь никого нет — ни медперсонала, ни охраны. Не хочу Вас пугать, но, возможно, Вас сейчас придут убивать, — Катерина торохтала, отключая датчики и выкатывая больничную койку в коридор, словно рассказывала что-то весьма будничное, недавая возможности прервать ее монолог. Она очень боялась, что ей могут быть заданы неудобные вопросы или, что еще хуже, оказано сопротивление. Если заявятся убийцы, хрупкая женщина не сможет оказать им сопротивление. — Ваша мама должна быть в соседней палате, я сейчас перевезу Вас на другой этаж и вернусь за ней.

— Стойте, — Сикорский опустил ноги на пол, тяжело поднимаясь, и бледнея еще больше, вытащил иглу, оросив кровью простыни и свою больничную рубашку. — Я помогу Вам.

— Нет-нет, Вы сейчас упадете, — испугалась Катя, что ей придется поднимать с пола бездыханное тело и взваливать назад на больничную койку.

— Не бойся, дай я на тебя обопрусь, — Сикорский, превозмогая слабость, перекинул руку через Катино плечо.

Призрак покачал головой: «Вот я упертый».

— И глупый, — сквозь зубы пробормотала Катерина, прогибаясь под тяжестью мужчины. Медленно передвигаясь, они прошли в соседнюю палату.