Тайны Сикорских (СИ) - Троянская Мария - Страница 13

— Прости, Кать… Я не это имел в виду.

— Вон!

— Кать…

— Вон, я сказала!

Катя была бледная, глаза метали искры. Павел вспомнил, что отпугивало ребят в школе больше всего — ее требовательность к себе и ее гордость. Она прощала обиды, да, но задень ее гордость — и увидишь силу ее гнева.

Павел молча пошел к дверям. В таком состоянии с Катериной разговаривать бесполезно. Остынет — тогда услышит извинения. Остановился в дверях:

— Кать… Ксения официально позвала тебя поработать в эти дни, чтобы ты могла не ломать голову, как объяснить свое присутствие здесь. Скажешь, приехала рано.

— Почему она мне помогает? — на секунду забыла о своей обиде Катя. Задала вопрос и тут же опомнилась, насупилась.

— Я не знаю. Но мне показалось, она считает тебя своей должницей, — ответил Павел и вышел за дверь. Затем проказливо просунул голову в дверь, чтобы подразнить женщину, отвлечь от ее обиды сказал:

— Симпатичное бельишко. Красный тебе к лицу, — и еле увернулся от запущенной со всей силой подушки.

Глава 9. Сделка

Окно находилось высоко над землей — третий этаж как-никак. Земля, стоило опустить взгляд вниз, бросалась в глаза, приглашая, приземлиться на ее твердь, заставляя рассудок мутнеть и вызывая головокружение.

— Не смотрите вниз! — рассерженный голос Артема Николаевича прозвучал над самым ухом. Катерина крепко зажмурила глаза, стараясь отгородиться от реальности. Шести лет декретного отпуска, проведенного в безопасности, в намертво приклеенных розовых очках, как ни бывало. Словно сладкий сон, растаявший вместе с предутренней дымкой. Кто бы мог подумать еще месяц назад, что она будет цепляться за подоконник, заглядывая в окно чужого дома, находясь на высоте третьего этажа? Да еще и слушать нравоучения Артема Николаевича Сикорского?!

— Будете меня поучать — справляйтесь сами! — огрызнулась Катя. В данной ситуации она была нужнее Артему Николаевичу, чем он ей.

— Тихо, Вас услышат, если будете шипеть здесь, как змея, — осадил ее Сикорский.

— Так, все! Я возвращаюсь в дом. Сами играйте в свои шпионские игры, — Катя, скользя ногами по влажному от недавно прошедшего дождя выступу каменной кладки, развернулась и попыталась уползти обратно, отчаянно цепляясь пальцами за статую католического святого, украшавшую дом Светланы Прокофьевны, невесты Алексея Николаевича. Ноги в балетках подвели, правая поехала назад, скользя, как на льду, и Катерине пришлось отчаянно вцепиться в руку мраморного изваяния, простертую вперед в немом благословении.

— Осторожно! — Артем Николаевич попытался помочь удержаться, забыв, что это не в его силах. Отныне не в его. Выругался.

— Не грешите. Святым молятся, а не сквернословят возле их изваяний, — кряхтя и пытаясь отдышаться отозвалась Катя.

— Мне это не поможет, как, впрочем, и Вам, — холодно ответил мужчина.

— Между прочим, этот святой только что мне жизнь спас — руку протянул. Могли бы и поучтивее быть, — поехидствовала женщина, намертво вцепившаяся в статую. — Хотя, что я говорю человеку, из-за которого я здесь оказалась и чуть не сорвалась вниз? Оно мне надо, Вам помогать?

— Помните нашу договоренность, — пригрозил Артем Николаевич.

— А что, если нарушу, до конца моих дней будете преследовать?! Выть под окнами? Являться в самых неожиданных местах? Вы и так в этом преуспели!!! Закончится этот месяц и ку-ку, до свиданья! — Катя была напугана и старалась за злыми репликами скрыть свой страх.

— Ради такой радости я останусь, составлю Вам компанию, так уж и быть, — фыркнул мужчина.

Катерина прижалась разгоряченным лбом к холодному мрамору. Мысленно призвала все свое самообладание. Она не может бросить человека в беде. Она обещала. И он обещал. Это клятва, которую нельзя нарушить. Восстанавливая дыхание и набираясь храбрости, вспомнила, как случилось так, что Артем Николаевич попал в беду, а она оказалась его единственным шансом на спасение. Призрачным, ненадежным, но все же существующим.

Так как же так вышло? Вернулась воспоминаниями к первому ноября.

Завтраки для гостей были красиво сервированы на подносах, которые будут подняты с помощью небольшого лифта, специально созданного для того, чтоб еда в свежайшем виде попадала в комнаты хозяев и гостей, пожелай они насладиться едой в своих апартаментах. Катерина сбилась с ног, раскладывая посуду, расставляя миниатюрные вазочки с цветами и декор из салфеток.

Алла развозила завтраки по комнатам, а Яна работала рука об руку с Катериной. Смуглявая служанка с превосходством описывала наряды гостей, в которых они щеголяли в карнавальную ночь Хеллоуина, неискренне сокрушаясь, что Катя все пропустила, и также неискренне радуясь, что ее пригласили на работу на оставшуюся неделю празднований. Катерина лишь посмеивалась про себя, с виду демонстрируя восхищение рассказом коллеги и вызывая досаду — зависть из-за упущенной возможности прислуживать на балу изобразить не получалось. Это искренне расстраивало Яну.

— Хватит языками трепать, — недовольно вмешалась явившаяся на кухню Клавдия Олеговна, свежая и подтянутая, словно и не было бессонной ночи и сложнейшей организации приема. — Ускорьтесь, пожалуйста. Гости просыпаются и желают получить свои завтраки.

— Вот вобла, — зыркнула цыганскими очами Яна, но выругалась так, чтобы ее не услышала начальница. — Я сама еще кофе не пила, не могу гусей в голове собрать. Давай поскорее управимся, да по кофейку, хорошо?

Катя согласно кивнула, подавив зевок.

— Ну ничего, вскоре я вздохну посвободнее, без ее указаний.

— А? — удивилась Катерина.

— Меня хозяева возьмут с собой. Алексей заберет меня в качестве сопровождающей на прием к Светлане Прокофьевне, ох, я имела ввиду Алексей Николаевич, — кокетливо исправилась Яна. — Она всегда организовывает празднество первого ноября у себя.

— Елена! — позвала Катерину Клавдия Олеговна.

— Что?

— Подойдите сюда. Я освобождаю Вас от работы по дому, собирайтесь, сегодня Вы будете сопровождать Алексея Николаевича и Артема Николаевича во время визита к Светлане Прокофьевне.

Яна позеленела:

— Но Клавдия Олеговна, это задание обещано мне! Я уже все приготовила, и я уже участвовала в подобных мероприятиях! Знаю, что нужно делать!

— Значит проинструктируйте Елену, Яна. Это распоряжение Артема Николаевича, я не могу его оспаривать. Сегодня хозяев будет сопровождать Елена.

Катя вздохнула с облегчением, когда Яна заканчивала перечислять обязанности, которые должны были быть исполнены во время сегодняшней поездки. Она пыталась заверить девушку в том, что не имеет ни малейшего понятия, почему в этот раз ее берут с собой вместо Яны, та немного подулась, но потом вернулась к своей обычной жизнерадостности.

— Ой, да не парься, — примирительно улыбнулась Яна. — Поверь, я не расстраиваюсь. Там все-равно будет эта мегера Светлана, я ее на дух не переношу.

Катерина спрятала улыбку — она прекрасно понимала реальные причины, почему Яна легко отказалась от поездки — Светлана не дала бы служанке побыть наедине с Алексеем.

Выйдя в коридор, Катя столкнулась с Павлом — нос к носу.

— Ты почему еще здесь несобранная? — недовольно осмотрел ее рабочую одежду.

- А ты откуда знаешь, что я должна куда-то собираться? — удивилась Катерина.

— Это я подкинул Артему Николаевичу идею взять тебя вместо Яны к Светлане Прокофьевне. Невеста Алексея не питает симпатии к Яне, да и к Алле тоже, а ты новое лицо — пока не заслужила ее раздражение. Так что это было легко, не благодари, — объяснил Павел.

— За что благодарить? — не поняла Катерина.

— Говорю кратко, чтоб ты нагоняй не получила — Ваша Клавдия Олеговна очень строгая, а тебе надо успеть собраться. Я поискал в базе документов имя Владимира Латышева и не нашел, — быстро заговорил Павел, осмотревшись, не подслушивает ли их кто. — Но затем я зашел в фотографии, сделанные на официальных встречах, они также хранятся в отдельной базе данных. Кать, я видел твоего мужа на нескольких снимках. Один был сделан на мероприятии, организованном Светланой Прокофьевной в прошлом году. Сегодня мы поедем с тобой туда и, возможно, что-то получится узнать.