Одна истинная королева. Книга 1. Коронованная звездами - Бенкау Дженнифер - Страница 13

Ответом он меня не удостоил. Возможно, его недавнее поведение – лишь спектакль? Спектакль, надо отдать должное, необычайно хороший, но сейчас он закончился.

– Кто были те люди? – интересуюсь я. Адреналин сошел на нет, и руки-ноги у меня дрожат.

– Воры, – объясняет Питер. – Жалкие никудышные воришки.

– Они для тебя что-то украли?

Презрительный вздох.

– Дуракам везет. Украли кое-что и не знают, что с этим делать.

– Даже ты? И Грэхем был готов обменять это на тетрадь? Именно на тетрадь?

– На записи одного гвардейца в чинах, он со своими людьми следит за порядком в этих краях.

Понимаю. Наверное, ворам это дает большое преимущество – выяснить, что известно противнику.

– Но ты подсунул им фальшивку.

Питер улыбается собственным мыслям – и эта улыбка пугает.

– Нет, записи подлинные. Но воришки наверняка прямо сейчас жгут их в печи, думая, что они поддельные. Врать надо много. Тогда можешь однажды смело сказать правду, в которую никто не поверит.

– Ты украл ту тетрадь?

Молчит, но ускоряет шаг, и я отстаю. Ну да, дурацкий вопрос. Откуда ему еще взять записи?

– А что ты забрал?

Очень жалею, что не заглянула в кожаную котомку.

– Что-то очень ценное, раз ты так рисковал. У тебя ведь даже оружия нет? – допытываюсь я.

В конце концов, нож Питера – лишь карманный ножик.

– Никто не сунется в Жадные леса с оружием, если жить не надоело, – отвечает он так, словно это всем известно.

– Почему же?

– В оружие въелась смерть. Звери чуют ее и идут по следу.

Некоторое время я размышляла, прав ли он или из-за его глупых суеверий нас подстерегает ужасная опасность. И тут поняла, что он проигнорировал первый вопрос.

– Так что тебе досталось от воров? – повторяю я.

– Синяк.

– Не смеши. Что в котомке? – спрашиваю я. На ощупь в котомке было что-то круглое, но плоское.

Питер пронзил меня хмурым взглядом.

– Кто ты такая, мисс Уолш? Чего лезешь куда не просят?

Я фыркаю.

– Я помогла тебе заполучить эту штуку. Без меня ты бы угодил в западню.

На этот раз он даже не обернулся – коротко пожал плечами. «Может, да. А может, и нет», – наверное, подразумевается это.

– Ладно, забыли! – кричу я, поняв, что он не ответит. – Я и знать не хочу! Догадываюсь, ты мутишь что-то нехорошее! В моем мире порядочные люди не тащатся несколько дней по глухомани в одиночку, чтобы обменяться украденными вещами!

И добавляю, потому что меня несет:

– Но здесь, может, иначе!

– Может, – тихо соглашается Питер, – а может, и нет. Доверяй своему чутью, мисс Уолш, оно не подводит.

– Это предостережение? От кого, от тебя?

Питер улыбается мне через плечо. Улыбка опасная.

На мгновение я останавливаюсь. Гляжу ему вслед, раздумывая, кто он, куда на самом деле идет и хорошая ли это идея – следовать за ним? Инстинкт подсказывает, что я подошла близко к границе, переступлю ее – и изменится все, что изменять нельзя. Однако тот же инстинкт велит: иди с ним.

Мы с инстинктом потом разберемся. А пока я спешу за Питером.

Я сразу поняла: что-то не так. А на следующий день смогла дать этому название: «Мы возвращаемся».

Последнюю ночь мы провели в той же сторожке, что и предыдущую, но я объяснила это странной встречей с ворами. Может, Питер встревожен гораздо сильнее, чем показывает. Но и теперь мы шагаем в ту сторону, откуда пришли!

Питер на мои вопросы не отвечает. Одно я точно усвоила: его молчание означает, что я права.

– Мы все три дня шли на север. А почему теперь идем на юг?

– Потому что Рубия на юге, – сообщает он. – Я же не говорил, что она на севере.

– Но мы…

– Три дня шли на север, потому что мне нужен был синяк.

Его дерзость меня страшно возмущает! Так и хочется на него рявкнуть!

– Мог бы предупредить!

Он ускоряет размашистый шаг.

– Я сказал, что не буду делать крюк ради тебя. Вот с этим ты смирись.

«Дружок, да ты меня надул, – гневно думаю я. – Но это в первый и последний раз».

– На следующем привале нарисуешь мне карту этой проклятой страны.

Вечером, не споря, Питер чертит мне карту. Потрескивает огонь, а Питер палочкой выводит на полу очертания Лиаскай. Мы – на самом севере страны, рядом с соседним государством Отрелией. По холмистой равнине, где находится жилище воров, должна проходить граница. Рубия же расположена в центре южной части Лиаскай.

Разочарованно вздыхаю.

– Это невероятно далеко!

Питер устало трет лоб.

– Да. Мне очень жаль.

Но я давно на него не злюсь. Здорово, что он вообще ведет меня в город.

– Однако, – тихо продолжает Питер, – скоро мы будем двигаться быстрее.

О чем это он? Но сколько бы я ни спрашивала, Питер не поясняет, что имел в виду.

Молча сидим рядом, уставившись в огонь. Все ломаю голову над тем, что Питер наговорил вчера. А вдруг это не просто ерунда, которой он пытался задурить воров? Тут выныриваю из раздумий – Питер накрыл мою руку своей. Осторожно, почти невесомо, словно он сомневается и в любой момент готов отдернуть руку.

– Порядок, мисс Уолш?

Я чуть не рассмеялась. Какой в этом мире может быть порядок?!

– Почему та тетка решила, что я имею ценность? – спрашиваю я.

«И почему я должна умереть?» – хочу спросить следом, но получается лишь беззвучно прошелестеть губами.

Он вздыхает.

– Я знаю, что тебя бесят мои расспросы, но…

– Нет, – мягко возражает он, – ты должна знать. Это касается тебя. – Он подвигается чуть ближе. Руку не убирает. – Девушкам из твоего мира в Лиаскай уготована особая судьба. И, когда приходит время, она оборвется со смертью.

– Но… – Не знаю, что сказать. Просто хочу, чтобы Питер все объяснил.

– Здесь люди твердо придерживаются своих религиозных традиций, и все равно, сколько жизней это стоило и будет стоить.

Взгляд у него гипнотический, блуждает от моих глаз к губам и обратно.

– Звучит так, будто этих девушек приносят в жертву.

– Не только звучит.

По спине бежит холодок.

– Поэтому ты сказал, что мне лучше умереть?

Он отводит взгляд.

– Тогда я правда так думал.

Ах! Большое спасибо!

– А теперь ты так не думаешь?

– Мне кажется, ты сможешь освоиться в Лиаскай. Ты не медлишь, когда надо действовать, – в этом твое преимущество. Будь умницей, не болтай, откуда ты, – и все получится.

И на ногах у меня краденые ботинки. Так вот зачем он украл одежду Лиззи – чтобы я не выглядела иностранкой. Что мне думать о Питере? Он раскрыл ворам, что я из другого мира. И они точно ему не поверили. Побольше лжи, чтобы спрятать правду.

Но где правда, а где ложь?

– Я хочу домой, к семье, – заявляю я. – Хочу, чтобы получилось. У меня получится.

– Ты требуешь слишком многого. – Голос спокойный и тихий, но в нем проскальзывают веселые нотки. – Но кому, как не тебе, требовать невозможного?

«Да уж, кому, как не мне», – с сарказмом думаю я. Но все же поддаюсь желанию прижаться к нему – прижаться к прекрасной лжи и спрятанной правде, мне недоступным. Надо только перенести вес, склонить голову – и вот уже моя рука в его руке, моя голова покоится на его плече.

На мгновение он напрягается: не зашло ли все слишком далеко? Однако лишь шепчет:

– Ты попала в самую опасную страну на всем белом свете. Может, есть и похуже, но других я не знаю. Здесь возможно все – даже то, о чем ты не догадываешься.

Рукой тянется к моим волосам – и снимает с ворота куртки листочек, который я не заметила. Одного этого прикосновения достаточно, чтобы в груди сладко защемило. Эй, сердце, это не лучшая идея!

Не могу больше так сидеть у огня, поэтому встаю.

– Быстренько сбегаю на улицу, а потом пойду спать, – информирую я, взяв факел и зажигая его.

Неожиданно Питер произносит:

– А проверю-ка я, нет ли в твоей постели пауков.