Никогда не целуй маркиза - Миллер Рене Энн - Страница 11

Поверх деревьев показался стеклянный купол садовой беседки. Когда ему было семнадцать, именно тут он потерял невинность с помощью лучшей подруги матери леди Анабель Амерст, имевшей склонность к юношам. Джеймс замедлил шаг. Неужели они остановятся после нескольких поцелуев?..

Проклятье! Он никогда не позволял низменным помыслам брать верх над разумом. А сейчас вел себя не лучше Энтони.

Резко остановившись, Джеймс сказал:

– Кэролайн, дайте мне пощечину и велите отвести вас в дом.

Лунный свет касался ее полных губ, и она молча смотрела ему прямо в глаза. А потом вдруг коснулась его груди и провела пальчиками по обнаженной коже в вырезе рубашки. Кровь тотчас бросилась ему в низ живота – и там все затвердело.

Мысленно выругавшись, Джеймс снова зашагал в сторону беседки, хотя внутренний голос заставлял повернуть назад. Но темная сторона сознания настойчиво требовала идти вперед. Впереди же высилась каменная беседка с большими застекленными окнами и стеклянной крышей, поблескивавшей в лунном свете.

Подойдя ко входу, маркиз поднял руку и достал с резной притолоки ключ.

Плетистая роза обвивалась вокруг дубовой двери, и Кэролайн осторожно погладила ее. Рука девушки дрожала. Значит, она не была уверена в правильности своего поступка.

Что ж, теперь самое время признать, что их поведение было необдуманным. Но Джеймс все же повернул ключ в замке и, взяв девушку за руку, увлек ее в темное пространство беседки. Выдвинув ящик овального инкрустированного стола, он достал спички, чтобы зажечь лампу. Шведская спичка вспыхнула оранжевым пламенем, и почувствовался запах серы. Масляный фитиль начал тлеть, а потом озарил беседку мягким желтоватым светом, который стал еще ярче, когда Джеймс немного подкрутил фитиль. Во время поцелуя ему хотелось видеть каждую черточку лица Кэролайн.

Девушка тихо кашлянула и провела пальцем по вазе с фруктами.

– Здесь кто-то бывает? – спросила она.

Джеймс указал на небольшой книжный шкаф.

– Вы уже знаете, что я люблю читать. Здесь очень уютно. А когда солнечные лучи падают сквозь стеклянную крышу, получается превосходное освещение.

– Ах вот что… – протянула Кэролайн.

Внезапно голос ее прервался, и она, осмотревшись, увидела резную кушетку красного дерева под темно-синим покрывалом, а также валики и подушки в чехлах с ярким рисунком. Стройная шейка дернулась, и маркиз, покосившись на нее, сказал:

– Мы можем вернуться в дом и сделать вид, что никогда здесь не были.

Ему не хотелось, чтобы Кэролайн ушла, но ей следовало знать: она могла уйти в любую секунду. А девушка, казалось, колебалась. Она молча подошла к книжному шкафу и провела пальцем по переплетам книг. Потом вдруг повернулась к нему и заявила:

– Нет, я хочу остаться.

– Вы уверены?

– Да!

Что ж, если она хотела этого… Ей следовало подойти поближе. Джеймс протянул ей руку и произнес:

– Тогда подойдите ко мне.

На мгновение ему показалось, что она не сдвинется с места, но Кэролайн сделала несколько шагов и остановилась. В свете лампы ее зеленые глаза переливались множеством оттенков.

Джеймс боялся испугать девушку, поэтому осторожно положил руку ей на талию и привлек к себе. После чего склонил голову и тронул губами ее нежные губки – он отчаянно боролся с желанием целовать ее по-настоящему.

По-прежнему держа девушку в объятиях, он немного отстранился. Кэролайн подняла ресницы; в ее прелестных зеленых глазах стояло удивление. Джеймс знал это выражение, оно означало, что партнерша охвачена физическим желанием.

Взяв ее лицо в ладони, он спросил:

– Чего вы хотите, Кэролайн?

Боже, неужели он задал этот вопрос?! Что ж, если так… Значит, дьявол действительно овладел им. Следовало немедленно вернуться в дом. Но вместо этого он положил руку ей на затылок и снова коснулся губами ее губ. Другая же его рука медленно двигалась по спине девушки. Внезапно из груди ее вырвался тихий стон, и Джеймс покрепче прижал ее к себе.

Кэролайн тихонько вздохнула, и глаза ее расширились.

– Если вы действительно хотите этого, тогда доверьтесь мне, – прошептал Джеймс и тут же добавил: – Я покажу вам, насколько чувственным может быть поцелуй.

Глава 7

От теплого дыхания лорда Хантингтона шея Кэролайн покрылась горячими мурашками. Слова о чувственном поцелуе звучали у нее в ушах. Она была не из тех, кто боится ответить на вызов. И разве не она сама этого хотела?

А давление мужских губ становилось все требовательнее, все настойчивее… А затем его язык вдруг скользнул меж ее губ, и ей захотелось вырваться и отступить. Ее кузина Анна была замужем уже три года, но она никогда не говорила ни о чем подобном. Хотя однажды вечером, после изрядного количества выпитого шерри, кузина была очень откровенна и охотно поделилась опытом…

Внезапно все тело Кэролайн словно наполнилось жаром, голова стала на удивление легкой, а ноги, напротив, отяжелели… Стараясь удержаться, она обвила руками шею маркиза и прильнула к нему.

На мгновение его рука коснулась ее груди, и он, как ей почудилось, тихо застонал, потом отступил на шаг. Когда же заговорил, дыхание его было прерывистым:

– Все, хватит, Кэролайн. Вы попробовали, что такое поцелуй, и, надеюсь, удовлетворили свое любопытство.

Удовлетворила? Ах, все ее тело горело точно в огне! И она вдруг поняла, почему некоторые пары искали уединения во время бала и почему планировали тайные свидания вдали от любопытных глаз. Ей ужасно хотелось продлить эти чудесные ощущения, прежде чем вернуться в Лондон к своим газетным статьям… и к жизни без лорда Хантингтона. К жизни, в которой мог появиться какой-нибудь жених, за которого ее пожелает выдать отец.

– Но ведь это всего лишь поцелуй… – прошептала она с разочарованием.

Маркиз тихо рассмеялся.

– Дорогая, вы не понимаете, что может произойти. Чем дальше мы зайдем, тем труднее будет остановиться. Возвращайтесь поскорее в дом.

«Наверное, он прав», – подумала Кэролайн. Ей, конечно, следовало бы уйти. Но она все же не уходила. И снова провела ладонью по груди маркиза, ощущая контуры твердых мускулов под тонкой тканью рубашки. И еще она почувствовала биение его сердца, совпадавшее с биением ее собственного сердца.

А лорд Хантингтон что-то пробормотал сквозь зубы, затем, откинув голову девушки, стал покрывать поцелуями ее шею.

Кэролайн громко застонала, а он прошептал ей в ухо:

– Тебе это нравится?

– Да! – воскликнула она.

В тот же миг его губы снова коснулись ее губ, и этот поцелуй всецело захватил Кэролайн; она покачнулась и упала на кушетку, увлекая за собой Джеймса. Тот, пристроившись с ней рядом, снова принялся целовать ее, затем легонько сжал грудь и стал массировать сосок. У девушки перехватило дыхание, а потом из горла ее вновь вырвался стон.

Внезапно маркиз начал расстегивать лиф ее платья. Корсет же, нижняя юбка и чулки остались в спальне, поэтому тонким барьером между ними служила только ее нижняя рубашка. Он опять стал массировать ее соски, и вскоре они набухли и сделались твердыми как камешки. Кэролайн, тихо вздохнув, закусила губу; ей ужасно хотелось дотронуться до него, хотелось почувствовать его обнаженное тело, и она начала расстегивать рубашку маркиза.

Он тотчас же стал ей помогать, затем отбросил рубаху в сторону. Девушка принялась поглаживать его мускулистую грудь, он тем временем подергивал узел на вороте ее рубашки. Ох, как же ему хотелось развязать этот узел…

«Быстрее, пожалуйста!» – мысленно просила Кэролайн, не смея произнести это вслух.

Тут Джеймс вдруг отвернулся; казалось, он внимательно рассматривал темный угол беседки. Лунный свет падал через стеклянную крышу на его загорелую кожу и на жилку, пульсировавшую на шее. Потом он вновь повернулся к ней, и она поняла, что маркиз хотел остановиться. Не думая о том, какую бурю она могла породить, Кэролайн запустила руку в его черные шелковистые волосы и притянула к себе.