Острие лезвия, ветер и любовь (СИ) - Галицына Варвара - Страница 90

— Стая покидает Средиземье, — на выдохе произнёс оборотень. — Хелтай хочет отправиться в Рангар.

Сули молча приняла эту новость. Парень убрал кинжал, провёл по коротко остриженным локонам девушки, коротко поцеловал её в лоб и ушёл.

Он выбрал сторону отца.

И предал сестру.

***

Упавший вместе со стулом Гимли тут же захрапел. Эомер коротко усмехнулся, а видевший всё это роханец разразился громким хохотом.

Леголаса хватило лишь на короткую усмешку.

На столе осталась гора пустых кружек, а за спиной, на одном из столов выплясывали хоббиты, напевая песенку из родного края. Царевич не остался чтобы послушать. Ловко обходя людей на своём пути, эльф покинул торжество, выйдя на улицу.

Свежий воздух отрезвлял и прояснил затуманенную голову; Мысли принца были далеко отсюда — рядом с девушкой, предназначенной ему судьбой.

Желая проветриться прежде чем отправится к Сулмендис, Леголас решил пройтись по пустынным улочкам людского города. Пир, устроенный Теоденом, собрал почти всех жителей под одной крышей и чем дальше лихолесец уходил от чертога, тем тише становилось вокруг. Остановился он лишь у самых запертых ворот, куда шум и пение почти не долетали. Вздохнув, Леголас остановился, всматриваясь в далекие яркие звёзды.

— И кто это тут у нас? — раздался незнакомый голос. — Хм, а говорили, что все эльфы вернулись на свои деревья. Если, конечно, выжили, — и смех, но не одного, а нескольких. Четверо незнакомых людей направлялись к Леголасу.

— А может быть это не эльф? — предположил один из них. — Может эльфийка. Кто их этих остроухих разберёт?

Говоривший человек с коротко остриженными седыми волосами, подошёл к царевичу. В глазах незнакомца блеснул отблеск зелёного. Оборотень! Не желая начинать ссору, принц обошёл мужчин и направился обратно к чертогу.

Его грубо схватили за плечо и развернули обратно.

— И куда? Мы ещё не закончили.

— А чего ты ждал? — подхватил молчавший до этого парень, с виду ещё совсем мальчишка. — Такой же, как и папаша — храбрый только в окружении своих солдат.

Седой, удерживая принца на месте, быстро ударил, угодив в живот; эльф согнулся пополам пытаясь вдохнуть. Быть может он упал бы, если бы оборотень не удержал. Все четверо загоготали, споря как скоро эльф очухается после такого.

Однако никто из них не угадал верно и Леголас вывернувшись из цепкой хватки, ударил обидчика кулаком по лицу. Оборотень отскочил в сторону, прикрыв руками разбитый нос; кровь тут же залила весь подбородок и капала на светлую куртку.

— Морготов ублюдок, — воскликнул мужчина. — Я бы на твоем месте был бы повежливее.

— Я лишь ответил грубостью на грубость.

— А ты у нас любитель справедливости? — один из оборотней, тот, что был ближе, ударил царевича по лицу, оставив, а память рассечённую когтями бровь. — Раз так, то ты не будешь против, если я убью сына того, кто убил двух моих сыновей.

— По мне так слишком много ему чести, — отозвался другой оборотень. — Один эльф не стоит двух оборотней.

— И что тут происходит? — прозвучал спокойный, но в то же время до краёв наполненный злобой голос. Оборотни замерли, будто остолбенев, а один из них неуверенно пролепетал:

— Всё в порядке.

Тишина. Тихое «хм».

— Я так и подумал, — вновь этот, пробирающий до глубины души, голос. Леголас обернулся. Чуть поодаль стоял мужчина со шрамом, лицо его было спокойно. Он сделал несколько шагов от чего оборотни — все разом — попятились назад. — Бегите.

Одного короткого слова произнесённого вождём хватило, чтобы его собратья скрылись с глаз. Леголас не знал радоваться ему или же его положение ухудшилось ещё сильней. Он выпрямился.

— Спасибо.

— Не стоит, — мужчина снова хмыкнул. — Если не сдерживать их — они разнесут весь этот мир по камешку. Сильно они тебя, — чуть погодя прибавил: — Лично мы не были представлены. Я вождь этих идиотов. Хелтай. И я прошу у тебя прощение от их лица, — оборотень поравнялся с эльфом. — Тебе бы умыться.

— Вам не стоит извиняться, — покачал головой принц. Из рассечённой брови лилась кровь. — Это не ваша вина.

— Не моя, — потянул оборотень. — А теперь пойдём.

— Куда?

— Как куда? — оборотень кажется удивился прозвучавшему вопросу. А может и нет: по его лицу невозможно было понять. — Выпьем.

***

Леголас и сам не понимал как оказался здесь, но тем не менее он был именно здесь.

— Эльф — воскликнул светловолосый парень, сидевший на широкой скамье за столом, и хлопнул рядом с собой два раза, — садись.

В комнату вошла женщина с ребенком на руках, коротко поцеловала светловолосого в щёку, кивнула Леголасу и ушла, а принц уселся рядом с незнакомцем, который тут же потянул ему бутыль.

— Пожалуй, я откажусь, — но оборотень будто и не слышал слов, всучив царевичу сосуд, и не успокоился пока тот не сделал первый глоток. Терпкое пламя обожгло язык. Лихолесец поморщился.

— Это тебе не эль, — захохотал светловолосый. — Я Тейран. Сын вождя и брат милой Йорун. Уж её-то, я думаю, ты знаешь, — Леголас кивнул, сжимая в слабеющих от выпитого пальцах бутыль. Оборотень засмеялся и хлопнул царевича по плечу. Наверное, не будь бы эльф так пьян, он бы услышал как дрожит от неуверенности голос нового знакомого. — Пойду я. Моя милая Дейкил с нашей девочкой уже отправились спать. Стоит составить им компанию.

— Иди, — прозвучал шёпот, заполнивший всю комнату без остатка. Хелтай вышел из тени, скрывавшей его прежде и сел за стол напротив царевича. — Иди, а мы поговорим.

Тейран кивнул и скрылся, закрыв за собою дверь. Хелтай, перегнувшись через стол, выхватил из рук эльфа бутыль и наполнил кружки.

— Крепкая вещь, — вождь шумно втянул носом воздух и отпил. — Этот напиток делали ещё мои предки, нынче нам его делать не из чего, да и нет на то времени. Куда уж нам, кочевому народу. — Леголас согласно кивнул, не до конца понимая с чем соглашается и ждали ли его согласия. — Ты пей. Пей.

И лихолесец отпил ещё один глоток. Лишь один, но перед глазами уже закружилась комната.

— Я знаю как вы относитесь к эльфам, — через силу произнёс он, — и…

— Откуда ты можешь это знать? — по-доброму (кажется) посмеиваясь, сказал Хелтай. — Помнится мне, мы ещё и пары часов не знакомы, когда это ты так хорошо узнать меня успел. Йорун небось рассказывала, — Леголас кивнул, а оборотень подлил ему в кружку, но свою оставил полупустой. — Представляю что она могла порассказать. Если бы я относился к эльфам плохо, я бы не отдал дочь им на воспитание.

Царевич поднял затуманенный взгляд на отца своей возлюбленной.

— Почему вы её вообще отдали, — он помнил, что рассказала ему Сули во тьме Мории, но услышать ответ Хелтая тоже хотелось. — Разве можно по доброй воле отдать ребенка. Неужели вы не любили свою дочь?

— Это было почти что оскорблением, друг мой эльф. Я любил Йорун с того самого первого раза как увидел. Помню, как наш дом огласили вопли новорожденного малыша, а моё сердце пропустило удар, стоило только увидеть свою женщину с маленьким свертком на руках, — Хелтай отчаянно схватил кружку и осушил залпом. — Мать Йорун была чудесна. Неподражаема. Она была лучшей из нас и получила свой трон по праву, — эльф заметил отблеск улыбки в глазах мужчины, но лицо его было так же беспристрастно как прежде. — Рыжеволосая и с гордым нравом. Я долго добивался её расположения, а когда добился — забылся в своём счастье.

Хелтай задумчиво хмыкнул, а эльф выпил ещё.

— Бодиль была королевой нашей страны. Мудрой и сильной правительницей до которой мне… мы многое потеряли с её смертью. Я не хотел отдавать нашу дочь, но так уж вышло, — Хелтай провёл рукой по лицу и вновь хмыкнул. — Чтобы ты смог понять, мне нужно поведать тебе всю историю целиком.

Откупорив бутыль, он наполнил кружки заново.

***

Сули, пусть Дейкил и звала её переночевать в доме ринд, осталась на эту ночь в Золотом чертоге в той самой комнате, которую теперь по праву считала своей.