Острие лезвия, ветер и любовь (СИ) - Галицына Варвара - Страница 66

— А если я не хочу с ним говорить? — Сули не заботило, услышал ли её слова лихолесец. Она взяла руку гондорца в свою и чуть сжала, смотря в его серые, чуть зеленоватые, глаза. Улыбнулась. Неуверенно. Скромно вжав голову в плечи. — Я хочу пойти с тобой. Боромир, я…

— Но я этого не хочу, — оборвал человек и аккуратно, но в то же время решительно, освободив свою ладонь. Он отступил назад. — Я всё равно скоро вернусь.

С этими словами гондорецу ушёл, оставив оборотня одну. Сердце билось громко и тяжело. Ему бы впору вырваться из груди и броситься вслед за человеком. Но Сули лишь глубоко (тяжело, опечалено) вздохнула, бросила растерянный взгляд на уходящего мужчину.

— Боромир, — позвала, но тот не обернулся и вдруг скрылся за деревьями. Слишком быстро. Сули сморгнула слёзы обиды и, гордо — устало — подняв голову, развернулась и пошла обратно к Братству. Леголас преградил путь, и оборотень улыбнулась ему, скорее из вежливости, как полагается леди, чем искренне.

— Что случилось, мой принц?

Эльф не ответил. Бросив быстрый взгляд на Хранителей, он взял воспитанницу Элронда под руку и вдвоём они пошли вдоль берега, отходя от лагеря, но недалеко. Девушка не сопротивлялась и ничего не спрашивала. Просто шла, до тех пор, пока Леголас не остановился и не заговорил:

— Ты ведь… поняла?

— Я не глупая, эльф, — Сули прикусила губу, а после грустно улыбнулась. — Я твой соулмейт, — фыркнула. — Не могу поверить, что я так долго мечтала его встретить и вот он, — махнула рукой на Леголаса. — Весь такой… эльф.

— Почему же это проблема? — не понимал принц. Оборотень засмеялась, напугав птиц, сидящих на ветках. Те громко закричали и вспорхнули в небо, оставив дерево опустевшим.

— Да потому, что! — Сули воскликнула и тут же замолчала, проведя рукой по лицу. — Ты эльф! А я оборотень. Быть того не может, что мы соулмейты. Это всё какая-то ошибка, — но как только лихолесец попытался сказать что-то тут же воскликнула, подняв кверху палец. — Я не хочу об этом говорить, и ты молчи. Никто не должен об этом узнать. Ты понимаешь меня? Ни одна живая душа. Я уйду с Боромиром в Гондор и там останусь, а ты… иди, куда тебе вздумается.

Сули развернулась.

— Быть может, — Леголас остановил её, поймав за локоть, — ты и уйдешь с гондорцем, а я пойду дальше за Арагорном, но это не изменит равным счетом ничего. Как бы далеко ты не ушла, ничего не изменится.

Ладонь исчезла, и девушка, не найдя слов для ответа, ушла в молчании. Царевич не скоро вернулся к Братству.

***

Прошло уже куда больше часа, а они всё сидели у берега.

Сули не смотрела на Леголаса. Вернувшись в лагерь, она уселась на прежнее место, вот только теперь рядом с Мерри ещё сидел Пин — он разглядывал свою брошь, дарованную Галадриэлью.

— Эх, красивая, — повторял хоббит. — И сестры мои обзавидуются только завидев её. Ой! — воскликнул он вдруг и повернулся к подруге. — Мы ведь совсем забыли. Владычица Галадриэль попросила передать тебе то ли предсказание, то ли… не знаю я в общем, — он уже открыл рот, чтобы начать пересказ слов эльфийки, как Сули прервала его.

— Не нужны мне её слова и предсказания, — махнула отрывисто рукой. — Много у тебя сестер? — спросила тут же дружелюбней. Прежде хоббит уже рассказывал подруге о семье, но рассказ тот был короток и скуп на детали.

— Трое, да все старшие, — хмыкнул полурослик и тут же весело улыбнулся. — Перл, Пимпернель да Первинка. А я, стало быть, пусть и младший, но единственный их брат. Отец мой тан Шира.

— А его сестра, — подхватил Мерри, — приходится мне матерью.

— Стало быть, вы кузены, — подвела итог девушка. — Хотя я слышала, что у хоббитов все в каком-то родстве да и состоят.

И следом жители Шира наперебой начали рассказывать Сули истории об их родном крае и родичах. К такому разговору подтянулся и сам Сэм, поясняя друзьям, что те перепутали всё и на самом деле Коттоны никогда не были в родстве с Туками.

— А я тебе говорю, что Лили была теткой моему отцу! Дочь старика Горбадока Брендибака, — спорил Пин.

— Так это не та Лили! То была Лили Браун!

Истории сменяли одна другую, да так быстро, что Сули запуталась вовсе: вот только же рассказывали о том как в детстве Фродо поймал в реке рыбу с себя ростом, а теперь появился какой-то Мегот с огородами. Девушка смеялась, прикрывая ладошкой улыбку. Даже Арагорн не остался в стороне и с интересом слушал нескончаемые байки. Леголас тоже был здесь.

— Еду я значит по дороге, — рассказывал Мерри, — а навстречу мне старик Мэггот на своей телеге. «Стой где стоишь», кричит мне. Вот так и не признали меня сразу, а на телеге обнаружил я трех перепуганных господ, — и улыбнулся, — Пина, Сэма, да Фродо, что на дне телеги под ветошью прятался.

— Это я его спрятал, — признался Сэм. — От нас в то время Черные всадники и на шаг не отставали.

— А я-то уж на него так похож, — фыркнул Мерри.

— Где же Фродо? — вместе с ним воскликнул Пин. И действительно. Назначенное время уже давно миновало. — Не заплутал ли он?

— Тяжкий решение оказалось в его руках, — сказала Сули и Арагон согласился, кивнув.

— Да, верно. Путь на восток смертельно опасен, а на запад ещё опасней, ведь стоит врагу прознать, что мы там и он ударит по городу всей своей армией. Как же быть? Боюсь, лишь Гэндальф мог найти решение, но его с нами нет…

— А значит, искать ответ придётся нам, — закончил за человека Леголас. — Мы должны помочь хоббиту и принять решение вместе. Нечестно это возлагать на него одного такой груз.

— Тогда чего же мы ждём? — Пин, разгорячившись, нетерпеливо подскочил на ноги. — Давайте позовём его, да проголосуем, куда идти дальше.

Сули свой выбор уже сделала, и не важно, что решал остальные, она пойдет в Гондор с человеком, пусть даже только с ним одним. Девушка окинула взглядом берег, но не нашла Боромира. Странно, что он ещё не вернулся. Будто услышав её мысли из-за деревьев вышел, пошатываясь, гондорец, потерянный и угрюмый. Он неизменно смотрел себе под ноги, будто боясь встретиться с кем бы то ни было взглядом.

— Боромир? — Сули не замедлила подбежать к человеку. — Эй, Боромир, — приложила ладонь к его щеке, не обращая внимание на то, как больно её оцарапала борода.

— Тебе не встретился Фродо? — спросил Арагорн и мужчина ответил:

— Встретился, — тихо и пристыжено. Сули испуганно вздрогнула, когда человек поднял на неё свои пустые напуганные глаза. Столько в них было боли. — Я уговаривал его пойти в Минас Тирит и… погорячился.

— О, Илуватар, — оборотень обхватила его лицо ладонями, но Боромир лишь отвёл в сторону взгляд, — что же ты сделал?

— Ничего. Он исчез. Видимо Кольцо надел, — человек вздохнул, облизнул пересохшие губы и окинул Хранителей взглядом. — Мне не удалось его найти, но думал, что он уже вернулся.

Арагорн мрачно нахмурился, смотря на гондорского витязя.

— Да как же это! — воскликнул Сэм. — Кольцо же нельзя надевать. Гэндальф строго настрого запретил делать это, да и неспроста.

Хоббиты взволнованно, наперебой спрашивали, кто о чём. Остальные молчали.

— Как давно… — начала Сули и осеклась, — это случилось?

— Полчаса, — с усилием проговорил Боромир. — Я долго искал… Быть может час? Не знаю я, — обхватил голову руками. — Не знаю!

— Скорей! — воскликнул Сэм и бросился к лесу. — Нужно найти его. Быстрее, поспешим.

И как бы Арагорн не пытался образумить сорвавшихся на бег хоббитов, никто его не послушал. Они вместе бежали, звали Фродо, но в конце концов разделились: Сэм углубился в лес, а Мерри и Пин помчались вдоль реки. Гулкое эхо далеко разносилось над водой. Леголас и Гимли скрылись в лесу, а дунэдайн остановился и окликнул Боромира.

— Приди в себя! — крикнул он. — Позже разберёмся с тем, что ты учинил. Беги за Мерри и Пином и охраняй их, — а после и он скрылся за деревьями.

— Арагорн прав, — Боромир тяжело дышал, будто не стоял здесь, а пробежал несколько лиг самым быстрым бегом, на который был способен. — Нужно найти хоббитов, — отступил назад, отстраняясь от девушки. — А ты беги за остальными. Найди Фродо, уж с твоим-то нюхом это не станет проблемой, — человек нервно сглотнул и посмотрел в глаза подруге. — Скажи ему, что мне очень жаль.