Дитя Пророчества (СИ) - Сыч Кира Васильевна - Страница 6

— За этим мы и пришли сюда. — заверила его Канни.

Киван лишь с отсутствующим видом склонил голову, демонстрируя свое согласие.

— Отправимся в Нашкельские шахты завтра с утра. — предложила головорез подошедшим Гаррику и Аджантису, когда вся группа зашагала в сторону расположенного неподалеку постоялого двора.

Неприятности начались, стоило друзьям переступить порог.

— С моей стороны это не слишком любезно, конечно, но сейчас я тебе глотку перережу! — провозгласила женщина в доспехах, преграждая Канни путь в главный зал трактира.

— Давненько вашего брата видно не было. — с ехидцей ответствовала Канни, поигрывая посохом.

— В одиночку против четверых? — подхватил Гаррик. — У тебя что, травма головы?

— Хорошо, друзья. — заключила головорез. — Избавлю вас от неловкости неравного боя с женщиной. Закажите, пожалуйста, ужин, а я…  сейчас вас догоню. — зловеще добавила она.

Менее чем через четверть часа Канни спокойно вошла в отдельную комнату, где за очень недурным ужином уже сидели ее компаньоны.

— Все в порядке? — тут же осведомился Аджантис.

— Как видишь. — ухмыльнулась девушка, усаживаясь и наливая себе горького эля. — Длинные заклинания — бич всех рукопашников. Вечно их прерывают на полуслове самыми неприятными способами. — она бросила в центр стола помятый пергамент.

— Ого! — засмеялся Гаррик, пробежав глазами записку. — Твоя голова порядочно выросла в цене.

— Значит, они стали больше тебя опасаться. — вступил в разговор Киван. — Тогда и охотники станут попадаться более опытные. Ну, или хотя бы прекратят нападать поодиночке. Это уже становится нелепым.

ГЛАВА 3

Друзья выступили в сторону шахт на рассвете. Имея двух людей в команде, Канни и Кивану приходилось приноравливаться к их различиям в способностях. Аджантис, будучи вполне опытным путешественником, отлично ориентировался в темноте по звукам движения его инфравидящих компаньонов. Однако, единожды вытащив Гаррика из придорожной канавы, Канни стала избегать, насколько это было возможно, ночных переходов.

На закате перед взорами группы возникла выжженная солнцем пустошь, к неприглядному пейзажу которой добавлялся совсем непривлекательный карьер, в центре которого зиял, словно отверстая пасть чудовища, вход в шахту. Несколько скучающих стражей у входа лишь равнодушно проводили взглядами незнакомых им путешественником, пожелавших спуститься в эту смертельную ловушку. Верхние уровни катакомб еще были слабо освещены редкими факелами, кое-как закрепленными на стенах. Работы, очевидно, нигде уже толком не велись, и лишь изредка друзья замечали в отдалении фигуры шахтеров, бродивших в этих душных коридорах. Не без труда отыскав ступеньки на следующий уровень, группа начала почти наощупь спускаться вниз. Здесь духота и смрад были почти невыносимыми, а освещения едва хватало, чтобы не натолкнуться на стену. Канни остановилась, оглядываясь и ломая голову, какой из уходивших во мрак многочисленных коридоров ведет к спуску на следующий уровень шахт. Что-то ей подсказывало, что ответы на загадки этого места лежат гораздо глубже.

— Они идут! Демоны! Демоны идут! — из бокового коридора, крича и размахивая руками, выбежал шахтер.

— Демоны?! — успела только выговорить Канни.

— Спасите! — продолжал голосить тщедушный человечек, проносясь мимо ошеломленной группы.

Когда его крики затихли вдали, Канни пожала плечами и направилась в тоннель, из которого ей послышалась какая-то подозрительная возня. Коридор был совершенно темным, так что Киван последовал за девушкой, подав остальным знак ждать их у лестницы. За поворотом Канни и Киван остановились, обнаружив источник звуков. Несколько отвратительных существ с собачьими головами и кожистыми как у рептилий телами копались в вагонетке с рудой.

— Кобольды! — с отвращением констатировал Киван.

Существа, заметив их, оставили свое занятие и набросились на чужаков. Низкорослые, неуклюжие и крайне слабые в рукопашном бою, кобольды не представляли для двух авантюристов никакой угрозы. Посох Канни со свистом рассек воздух и впечатал одного из нападавших в стену. Киван же двумя взмахами меча разрубил трех тварей как листы пергамента. Последний уцелевший кобольд выронил на землистый пол все, что было в его корявых лапах, и бросился бежать. Его короткий меч не представлял для Канни никакого интереса, совсем другим делом оказалась лежавшая рядом бутылочка с каким-то непонятным зеленоватым зельем.

— Ну, одну загадку мы разгадали.

Канни развернулась, все еще держа в руках непонятную склянку, и уставилась на Гаррика, склонившегося над вагонеткой. Глаза юноши сияли мягким красным светом.

— Заклинание Инфразрения. — пояснил он. — Смотри. Эта зеленая дрянь покрывает всю руду. Полагаю, какой-то минеральный яд, разъедающий металлы. Оттого она больше и не годится для ковки.

— Теперь понятно и с рудой, и с «демонами». — заговорил Аджантис, появляясь за спиной барда. — Однако, кобольды не способны ни к инициативе, ни к сколько-нибудь организованной деятельности. Где-то неподалеку должен быть их координатор.

— Будем спускаться дальше. — отозвалась Канни. — Ты сможешь действовать наравне с другими?

Вместо ответа паладин уверенно преодолел разделявшее их расстояние и с улыбкой похлопал ее по плечу. Его глаза были закрыты.

— Годы тренировок в Ордене Сияющего Сердца готовят рыцарей практически ко всему, что только возможно встретить на пути служения Хельму. — объяснил Аджантис с гордостью в голосе.

Несколько последующих уровней шахт показались друзьям совершенно одинаковыми. Темные, узкие и душные коридоры, там и сям «украшенные» останками незадачливых шахтеров, попавшихся в лапы кобольдов. Редкие повстречавшиеся им патрули были истреблены тихо и молниеносно. Компаньонам было важно преждевременно не выдать свое присутствие неизвестному, руководившему саботажем рудников. Самый нижний уровень катакомб оказался совершенно иным. Друзья неожиданно вынырнули из затхлого тоннеля на ярко освещенную дорожку, ведущую через подземное озеро к огромному природному гроту. Свет, падавший от десятков факелов по всему периметру пещеры, показался таким непривычно ярким, что эльф и полуэльф дружно зажмурились, а Гаррик, не успевший сбросить заклинание Инфразрения, пробормотал себе под нос крайне неделикатное высказывание.

Быстрое исследование пещеры выявило, что кроме самого входа в грот, да узкой лестницы, прорубленной в стене и уходящей вверх, других путей из пещеры не было. Казалось, их цель была достигнута. Канни скользнула внутрь грота, ступая совершенно неслышно и ловко перемещаясь в тенях. Остальные последовали за ней, держась в отдалении и стараясь двигаться как можно тише. К всеобщему удивлению, пройдя короткий коридор, они оказались во вполне жилом и пристойном помещении. Стены комнаты были завешены циновками, на полу лежал толстый ковер, вдоль стен были аккуратно расставлены сундуки, книжный шкаф и большой письменный стол, за которым восседал весьма неприятного вида полуорк. Увидев незваных гостей, мужчина вскочил и выхватил меч.

— Во имя Кирика, вас послали меня убить?! — воскликнул он со смесью гнева и досады в голосе. — Ни единой чистой партии руды не покинуло шахты за последние месяцы, но Тазоку и этого мало?!

— Тазок! — взревел Киван таким голосом, что стоявшие перед ним Канни и Гаррик прыгнули в разные стороны, убираясь с его дороги. — Где он? Где мне найти этого…  — следопыт перескочил через стол и приставил острие меча к горлу полуорка.

— Помогите! — истошно завопил саботажник, пытаясь поднять свой меч.

Через мгновение он был пришпилен к стене как бабочка на булавке.

— Вот теперь точно не скажет. — шепнул Гаррик, и Канни сжала его руку, качая головой. Критиковать методы Кивана в такой момент ей показалось крайне неуместным.

— В его переписке однозначно найдутся зацепки, которые выведут нас на него главарей. — утешительно заговорил Аджантис.