Бензол (СИ) - Веселовская София - Страница 33

Миранда подумала, что эта троица выглядит слишком "мажорно" для этого клуба, причём не только из-за одежды, а ещё из-за чего-то неуловимого, что проскальзывало во всех их движениях. Буквально они, конечно, носы на задирали, да и вообще, кажется, не замечали никого вокруг, но глядя на них можно было понять ясно: круче всех здесь они. Мира оглядела ещё и соседние к ним столики и увидела, что за одним сидит ещё одна компания "мажоров". Она была уже больше — две девушки и трое парней. И если четверо вели себя вполне обычно, то один парень в серебристом костюме неотрывно следил за той самой платиновой блондинкой. Правда, периодически он поворачивался к друзьям, но проходило меньше минуты, — и он снова возвращался к блондинке.

"Неужели ещё один несчастный влюблённый? — задумалась Мира, вспомнив о Ртути. — Может быть, хоть ему удастся помочь? Хотя я даже не знаю, как. Ваня сказал, что Аргону помогут танцы на какой-то особой площадке, а как помочь этим, я без понятия".

Миранда задумчиво посмотрела на Ваню, который все ещё говорил с инертными газами. Углерод за баром тоже задумчиво слушал.

— Поверить не могу! — раздался за спиной восторженный возглас.

Мира молниеносно обернулась и увидела Ртуть. Она стояла, опершись локтем о барную стойку, и не сводила глаз с Вани. В ответ на вопросительный взгляд Миранды она махнула рукой в его сторону и сказала:

— Понимаешь, мне надо было отойти ненадолго, я предупредила Ваню, и он ответил, что в это время попробует пообщаться с инертными газами. Я честно думала, что он не сможет повторить твой успех, но вот я возвращаюсь, и что я вижу? Инертные газы вовсю с ним спорят! И похоже, они в гневе!

— О каком моем успехе ты говоришь? — удивилась Мира. — Я ведь так и не вытащила их танцевать. Да вообще, чему ты радуешься? Они же в гневе.

— Я не радуюсь, я просто в восхищении! Я не верю, что Ваня смог вызвать у них такую бурю эмоций. Мы с ним наблюдали за тобой и поразились, что ты все-таки втянула их в разговор, но то, что сейчас сделал он, это просто невероятно! Что он им такого сказал?

— Не знаю, — Мира пожала плечами. — Вроде бы что-то про электроны. Я ничего не поняла, а они как накинулись на него! И вот результат.

— Я почти сразу заметила, что Ваня хорошо разбирается в химии, но здесь он шокировал даже меня. Хотела бы я знать точно, что он сказал им про электроны, — Ртуть вздохнула. — Оказывается среди людей есть настоящие знатоки нашего мира!

Мира вдруг вспомнила Богдана. Интересно, а он так смог бы? Он все время говорит о химии. Хотя это вроде бы не показатель, ведь Ваня о химии почти не говорил, и тем не менее все знает, и в кружке работает. Кстати, а на каком он курсе?

— Жаль только, что танцевать Аргон все равно не идёт, — ворвалась в мысли Миры Ртуть.

Миранда посмотрела в сторону танцплощадки. Натрий и Фтор уже куда-то исчезли и теперь там под ритмы хип-хопа вовсю зажигала та самая светящаяся девушка, которая сидела возле столика Ртути. Мира с удивлением отметила, насколько свободно она чувствует себя на танцполе. Даже будучи немного в теле, она прекрасно исполняла хип-хоп, словно растворившись в музыке. Белые узкие джинсы и белая майка с блёстками только подчеркивали бледно-зеленое свечение ее тела, которое неожиданно и невероятно прекрасно сочеталось со светомузыкой. Как разноцветные световые пятна плясали по клубу в такт музыке, так и девушка с лёгкостью вплетала все свои движения и даже взмахи волос в общую композицию, создавая настоящий шедевр.

— Аргон пойдёт, он не сможет устоять, — пробормотала Мира не отрываясь от танца. — Это же так круто!

— А вот этого мне бы совсем не хотелось, — нахмурилась Ртуть.

— Чего? — не поняла Мира.

— Фосфор, конечно, — королева хип-хопа, но поверь, я не хочу, чтобы Аргон пошёл танцевать ради неё, — недовольно ответила Ртуть.

— Ой, прости, я не об этом! — спохватилась Миранда. — Я имела в виду само искусство танца!

— Хоть бы план Вани сработал, — вздохнула Ртуть. — Я понятия не имею, зачем он пошёл разговаривать с инертными газами, но надеюсь, что Аргон выйдет, потанцует под разрядом и наконец заметит меня.

Мира собиралась сказать, что все непременно так и будет, но ее взгляд неожиданно зацепился за Фосфор. Она уже закончила танец, но все ещё стояла в центре танцпола, а все вокруг радостно ей хлопали и выкрикивали нечто восторженное. Под этими аплодисментами и возгласами Фосфор медленно, но верно краснела.

И все бы ничего, только помимо кожи, красный цвет распространялся ещё и по волосам, а вместе с ним исчезало и бледно-зеленое свечение.

— Что это с ней? — с беспокойством спросила Мира у Ртути. — Неужели это от смущения? А почему тогда краснеют волосы?

— Нет, смущение не причём, — сразу же возразила Ртуть. — Если Фосфор испытывает сильные положительные эмоции, она становится красной. А если отрицательные — то чёрной. Вроде бы она бывает ещё других цветов, но я не уверена: она не моя близкая подруга.

— Вау, — прошептала Миранда, заворожённо наблюдая, как Фосфор все больше становится похожей на гигантскую помидорку, и тут же обернулась к Ртути: — А ты почему так не делаешь?

— Не все элементы способны существовать в нескольких формах, — объяснила Ртуть. — Да и не у всех способных переход связан с эмоциями.

Почему-то при слове эмоции Мира вспомнила одинокого парня-"мажора" в серебристом костюме.

— Слушай, я тут наблюдала за одними ребятами, и там парень, такой несчастный… — Миранда указала взглядом на столик местных звёзд.

Ртуть проследила за ее взглядом и усмехнулась.

— Что смешного? — нахмурилась Мира.

— Да так, ничего. Просто ты, похоже, единственная в этом клубе, кого волнуют благородные металлы, — Ртуть хихикнула. — Ты и правда чересчур добрая.

— Чего это они благородные? — удивилась Мира.

— Ну, высокий социальный статус, все дела, — Ртуть махнула рукой и добавила: — Сами по себе они малоактивные, до ужаса пафосные, у них куча электронов и поэтому они не работают, а только развлекаются, в общем, наикрутейшие из наикрутейших. Даже одеваются всегда так, чтобы это подчеркнуть.

— Я это заметила, — Миранда кивнула.

— И тусят они только в своей элитной компании, — Ртуть показала рукой в их сторону. — Всегда сидят исключительно за вип-столиками.

— Но никто не может противостоять влюблённости, — вздохнула Мира, снова взглянув на несчастного парня.

— Ой, у них нет проблем, вот и придумывают их себе сами. Этот парень — Палладий, а его девушка — Платина, он как раз на неё смотрит. Обычно она сидит за столиком с ним и другими платиновыми металлами, но сегодня они поссорились. Наверняка из-за какой-нибудь глупости, например он ей не те серёжки подарил, или не тот браслет, который она хотела, — Ртуть поморщилась. — Вот она и пересела от него к Золоту, своей подружке и сейчас должно быть рассказывает, какой он плохой, и как она несчастна. Она не может жить без драмы, любит, когда за ней бегают и просят прощения. Так что, не обращай внимания.

— Ладно, не буду, — сдалась Мира. — Но скажи, кто этот парень, который сидит между Золотом и Платиной?

— А, это Серебро, — ответила Ртуть. — Хотя он часто представляется как Аргентум. Он и Золото — пара. И похоже, он заразил ее этим выпендрежем, потому что она теперь тоже часто называет себе Аурум.

— А у всех элементов есть вторые имена? — поинтересовалась Миранда. Слова "аргентум" и "аурум" точно были на неорганике.

— Нет, не у всех, но у многих. Но все равно чаще всего пользуются одним. Вот у всех инертных газов по одному имени, — Ртуть посмотрела в сторону инертных газов и тут же воскликнула: — Ваня возвращается!

Ваня действительно шёл сюда. По его спокойному лицу было непонятно, доволен он беседой с инертными газами, или же все плохо. Впрочем, куда больше Миранду интересовало, зачем он вообще к ним ходил. Поэтому она уставилась на Ваню, ожидая новостей и комментариев. Но вместо этого Ваня, подойдя достаточно близко, неожиданно спросил: