Крик воспоминаний (СИ) - Билецкая Арина - Страница 15

— Ты снова баргеста увидела? — съехидничала подруга.

— Смешно, — скривилась Верба.

— Не дуйся, я книжки нашла.

Внезапно кто-то положил ладонь на плечо Вербы, а та резко развернулась, боясь, что это Мариан ее настиг. Но перед ней стояла девушка лет восемнадцати, если не старше. Ее волосы были подстрижены под мальчика. Она была одета в стандартный костюм ученика, как и Верба с Элен: белая блузка, а сверху жилетка, темные брюки, сапоги и пояс с ножнами. Только сзади красовалась накидка черного цвета, в отличии от желтой, которая была на Вербе.

— Я видела, что ты сделала.

2

Горы ненужного мусора расположились в углу комнаты, но женщине было не до того. Арлеина судорожно старалась вспомнить, где она могла оставить браслет, но мысли возвращались к Карликовым горам. Скорее всего, гномы таки стащили браслет. Арлеина еще раз чертыхнулась, еще раз сказала «не вспоминать черта» и еще раз села в кресло.

Кто-то постучал в двери, а женщина на рефлексе ответила «входите».

В кабинет вошел мужчина. Он был невысоким, но мускулистым. Черты лица были плавными, губы пышными, а глаза выразительны. Козья бородка в таком гармоничном раскладе смотрелась неуместно. По строению не велик, он все же создавал впечатление грозного человека. Мужчина был в своей привычной одежде: легкая белая рубашка и черные штаны. Больше он не любил ничего носить, даже зимой. Никогда в накидке он не нуждался.

— Что тебе надо, Ларио? — устало спросила Арлеина. Дорога ее очень вымотала, а потом еще и формальности с Моникой подкинули дров в костер.

— Я хочу поговорить о новенькой, — коротко ответил мужчина и присел на ближайшее кресло.

— Тебе заняться нечем? — спросила директор, невольно выровнявшись. — Иди, по поручениям тех старых жирных недотеп бегай, а мне не мешай.

— Матушка, это лишнее. Меня сейчас больше интересует Моника, которая мне очень сильно кого-то напоминает.

— Что ж еще с раннего детства ты был склонен к фантазиям. Ранее я не видела в этом угрозу, но сейчас напряглась. Я подобрала Монику на улице, — Арлеина всем своим видом показывала, что этот мужчина должен был засомневаться в собственных догадках.

— Ты всегда предпочитала завуалировать правду, но никак не солгать, — подметил Ларио. — Если ты не скажешь мне сейчас, то я ей прямо скажу. И все равно будет: правда это или нет.

— Она тебе не поверит.

Голос не дрожал, но в глазах блеснули огоньки тревоги.

— Уверена? — поднял одну бровь Ларио в знак удивления. — Она поверит любому слову об ее матери.

Арлеина медленно замотала головой.

— Она быстрее поверит, что завтра превратится в феникса.

— Не смешно, — начинал злиться мужчина. — Никак не могу понять: твоя старость или наивность позволила тебе представить ее настоящим именем. Подземная община не настолько глупа и слепа.

— Зато твое самолюбие не подает вариант, как тот, что этого я и добиваюсь, — грозное выражение лица директора выдавало ее серьезность и правдивость слов.

Ларио хрипло, словно поперхнувшись, засмеялся.

— После этого жестоким ты называешь меня. Даже я бы не стал для мести использовать ребенка.

— Месть?! — наконец она выразила настоящие эмоции. Смесь удивления и несправедливости поглотила ее. — Ах, вот какого ты обо мне мнения. За всю свою жизнь я ни разу не сделала ничего, что могло бы навредить кому-либо из членов моей семьи.

— Тогда где сейчас твоя семья? — мужчина прекрасно знал, куда нужно было бить. — Ты уничтожила ее. Селена была бы жива, если бы не твоя неуместная гордость и нежелание иметь дело с небесными.

Дыхание Ларио сбилось. Тело напряглось. Мужчина резко встал и подошел к столу.

— Что она здесь делает? — он наклонился так, чтобы не пропустить ни одной эмоции своей матери.

— Не думала, что кровь демона настолько промывает мозги, что ты не понял, что она здесь учится, — ни одна морщина не дернулась, пока та говорила.

— Ты меня за идиота держишь?! — Ларио скинул ближайшие вещи, которые были около его руки.

— Мне кажется, ты с этим и так сам справляешься. Зачем мне лишний раз перетруждаться? — с вызовом спросила Арлеина.

Ларио выпрямился и сильно сжал кулаки. Происходила трансформация. Дыхание ставало прерывистым, а в глазах все мутнело.

— Реширакатта, — Арлеина сложила перед собой руки, скрестила пальцы и посмотрела сквозь отверстие, которое образовалось.

Ее слово подействовало, и вскоре мужчина сел обратно в кресло. Муть перед глазами рассеивалась, а голова перестала болеть.

Арлеина спокойно выдохнула. В этот раз все обошлось без огня.

— Тебе лучше? — тихо спросила женщина.

Ларио только слегка кивнул. Сдерживаться было крайне тяжело.

— И ты хочешь такой же жизни для сына? — то ли с грустью, то ли с неуместной издевкой поинтересовалась Арлеина.

— Ты не понимаешь. Это лишь побочный эффект, — бурчал мужчина. Голос стал хриплым, а язык заплетался.

— Побочный эффект?! — женщина развела руки, как часто делала при упоминании очевидных вещах. — Вы выпускаете демонов! К вам это не доходит?! Думаете, их зря там заперли тысячу лет назад?!

— Заткнись.

Похоже, силы понемногу возвращались к мужчине, так что он смог повысить голос.

— От тебя никогда ничего не добьешься. Зря только время потерял, — буркнул мужчина и встал с кресла, упираясь на его подлокотники.

— Постой, коль пришел, — остановила его Арлеина. — Ты на «Весеннем рассвете» будешь?

— На этом празднике дураков? — не удержался от усмешки Ларио.

— Сказал мне колдун, который прославлял этот праздник, — фыркнула женщина.

Ларио открыл дверь и на прощание кинул:

— Я не знаю. Никого не убью — буду.

Глава 7 о том, как утешить гордость

Верба, Элен и девушка, которая представилась Самирой, находились в комнате. Собой она представляла скромную каморку, про которую все давно позабыли. Элен вызвала огонь, чтобы хоть как-то осветить помещение. Вокруг валялись груды старой одежды, сундуков, оружия, ржавых котелков и побитых шаров.

— И что мы здесь делаем? — пробурчала Элен.

— Ты понимаешь, что ты сделала? — снова спросила Самира. Этот вопрос относился к Вербе.

— Не знаю, — повторила девушка в который раз. — Возможно, это сделала даже не я.

— Исключено, — сразу возразила Самира. — Я хорошо видела и слышала.

— Тогда перестань меня забрасывать вопросами, поскольку нового тебе ничего не скажу.

— Ты хоть понимаешь, что ты с ним сделала? Мариан не из тех колдунов, которые простят тебе ту выходку, — мрачно отозвалась девушка.

— А я не из тех, кто даст себя унизить, — парировала Верба.

— Тогда запомни мои слова, — голос Самиры вдруг стал более серьезным, хотя и до этого слышались подобные нотки. — Не знаю, как тебе это удалось и сможешь ли при нужном случаи сделать это опять, но не лезь никогда к черным. Мы не прощаем унижения. Ты запомнила, каким заклинанием смогла откинуть Мариана в сторону?

Верба замешкалась. Она не могла этого вспомнить. В тот момент произошло что-то совершенно ей непонятное, но говорить об этом она не спешила, вспоминая прежние ошибки своего доверия.

Видя, что ответа на свой вопрос Самире не получить, она взяла ближайшую коробку и поставила ее на небольшом расстоянии от себя.

— Запоминай, — скомандовала Самира. — Раривакта шилика.

Эти слова привели коробку в действие. Она взлетела ввысь, а далее отлетела к ближайшей стене. Это произвело сильное впечатление на девочек. Элен эмоционально присвистнула, а Верба даже сказать ничего не смогла, осознавая, что на месте коробки совершенно недавно был Мариан. С одной стороны девушке было приятно, что она смогла утереть нос такому сильному колдуну, а с другой стороны стала побаиваться последствий.

— Я делаю тебе услугу, говоря про это заклинание, но не смей его использовать при любом случае. Только при крайней необходимости, так как оно на языке предков.