Дочь творца стекла (ЛП) - Брайсленд В. - Страница 19

— Стражи города держат людей в заложниках, — парировала Риса. Смирение Камиллы злило ее. — Как вы ворвались в мою казу. Нет повода для этого. В опасности только мои родители!

— Мы просто следуем приказам, — сказал ей Мило.

— Думаю, стражи у подземелья с моими родителями тоже так сказали бы.

— Что? — встревожилась Таня. — Подземелье?

— Камилла, что происходит? — обеспокоился Амо.

— Позже, — сказал Мило. — И в замке нет подземелий. Не воображай.

От спора Риса не ощущала такое отчаяние, как час назад. Она ощущала себя полной сил и праведного гнева.

— Не нужно подземелье, чтобы устроить темницу. Я знаю это лучше многих. Даже Толио говорил, что вы, стражи, должны слушаться только короля. Но что вы делаете!

Камилла немного устыдилась.

— Ты права, но принц Берто — наследник. Он скоро будет королем. Капитаны не хотят ослушаться того, кто вот-вот станет королем.

— Но он еще не король, — возразила Риса. — Ни один король не давал такие приказы! Словно…

Осознание ударило по ней, словно ее облили ледяной водой. Она пошатнулась от этого, слышала только стук своего сердца и шум крови и венах.

— Нет. Это зло!

— Мне объяснят, что происходит? — пожаловалась Таня. — Это очень интересно. И это куда интереснее последней пьесы, в которой я играла, но я не понимаю, что происходит.

— Принц Берто хочет, чтобы пали казы, — сказала Риса, вспомнив его жадный взгляд в утро благословления. — Он хочет, чтобы демоны уничтожили их по одной.

— Это невозможно, — сказала Камилла, но ее лицо побелело. Мило зашипел на нее и внимательно слушал.

— Возможно. Он похитил глав семей.

— Что? — воскликнули Амо, Таня и Рикард почти хором.

— Он закрыл инсулы. Почти все наследники каз живут в инсулах. Даже те, кто работает в казах, днем живут тут, — глаза Мило расширились от ее слов. Она знала, ее логика убедила его. — Ромельдо не получил мое послание утром. Он может и не знать, что он нужен Диветри.

— Но это безумие, — сказала Камилла.

— Не знаю, почему, но принц Берто хочет, чтобы казы пали.

Они молчали миг.

— Мне никогда не нравился принц, — тихо сказала Таня. — Я его видела. Он смотрит на людей, будто он — змей, а они — его ужин.

— Но это кошмарно! — Рикард отвлекся от сочинения. — Так поступил бы только монстр.

— Маме он тоже не нравился, — сказала Камилла. — Но я не могу поверить…

Риса оглянулась с паникой.

— Закат меньше, чем через час, — ее горло сдавило. — Нужно вернуться в казу. Сейчас.

Она думала, что спорить придется дольше, но Мило уже схватил поводья.

16

Доверять чудесно. Не доверять порой мудрее.

— кассафортийская пословица

— Как мило, что ты смогла к нам присоединиться, кузина, — дядя Фредо стоял на балконе, был в гуппеланде ее отца. Одежда была ему велика, почти скрыла ступни и ладони. Если бы она не запыхалась от бега, Риса охнула бы от наглости. — Раз твоего отца нет, думаю, этим вечером не будет твоих шуточек? Или… от твоих друзей?

Мило вырвался на балкон с Рисой, они спрыгнули с телеги, как только она подъехала к верхнему мосту и побежали изо всех сил. Камилла, Рикард и Таня следовали за ними, разглядывали роскошь казы и украшения. Они стояли на пороге казы и тяжело дышали.

— Фредо, это серьезно! — закричала Риса.

— Тише… тише! — ответил Фредо, коснувшись висков. Его пальцы потянулись к коробочке tabbaco da fiuto. — Мои нервы…

— К черту ваши нервы! — завопила Риса, рожок из замка заиграл на куполе.

Фредо пальцами, ощущающимися как ножи, сжал плечо Рисы и склонился к ее лицу.

— Не смей ругать меня, девчонка, — прошипел он. — Я — казарро, пока твоего отца нет. Он не был бы рад твоему поведению, и ты это знаешь. Ты будешь меня слушаться, иначе — пострадаешь.

— Отпустите ее, — рявкнул Мило, его голос звучал ниже, чем обычно. Ее дядя ослабил хватку на плече.

— Не нужно, — тихо сказал Фредо. — Я сообщу вашему капитану.

— А он скажет, что нам приказано защищать казаррину, — заявил Мило.

— Даже от ее дяди, — властно добавила Камилла.

Серебристый звук рожка Кассамаги пронзил воздух между ней и дядей. Риса отпрянула, когда он отпустил ее, и Камилла не дала ей упасть. Она огляделась, увидела, что брат и сестра достали кинжалы из ножен на поясах. Они враждебно смотрели на Фредо.

Ссора потрясла тех, кто видел ее. Несколько слуг нервно шептались у края балкона. Маттио, казалось, сам хотел вытащить кинжал. Даже Фита, перечащая Рисе, выглядела напряженно.

— Поговорим об этом позже, — сказал Фредо, пытаясь всех успокоить жестами и голосом. — Нам нужно исполнить ритуал. День был сложным для всех, но мой кузен Эро хотел бы, чтобы без него мы продолжали. Мне приятно быть частью этой семьи. Правда, — он поправил плечи одеяния, которое было ему широким.

— В моей профессии, — шепнула Таня на ухо Рисе, — у нас есть название для игры твоего дяди. Бездарность.

Гул раздался на востоке, словно гром. Риса подняла удивленно голову, небо было без туч. На западе небо было красно-розовым, как хорошее стекло.

— Я принимаю долг играть роль казарро, пока кузена нет, — Фред развернул сине-зеленый шелк знамени Диветри. Он соединил его с веревкой, чтобы поднять в небо. — Я годами работал в мастерской Диветри, не думала о своей выгоде. Миг короткий, но он станет наградой.

Риса согласилась с Таней. Речь Фредо звучала не искренне. Если ее родители вернутся — когда они вернутся — он не даст никому в семье забыть, что смог подуть в рог Диветри в эту ночь.

Она думала, что это ее гнев создавал гул, который снова донесся с востока. Но она вдруг поняла, что звук был зловещее. Он сотряс их до костей.

— Что-то происходит в Портелло, — Мило склонился за ней и указал на восток.

— Почему они не протрубили в рог? — спросила Риса. Кассамаги сделали это несколько минут назад.

Таня охнула. Рикард и Амо подбежали к перилам. Что-то происходило в Портелло — вся каза гудела, дрожала, и от них доносился странный гром. Казалось, в казе Портелло было землетрясение.

— Боги, — услышала она Фредо.

Несколько служанок, глядящих туда, зажали руками рты, подавляя крики ужаса. Риса услышала вопль со стороны Маттио. Стон застрял в ее горле. Они не говорили. Они забыли о знаменах Диветри, металлические кольца постукивали по шесту.

Изящные каменные шпили, отличающие Портелло от других каз, дрожали, словно были из карт. Часто во время ритуала верности Риса ощущала невидимую нить каждой казы, соединяющую их с замком. Дрожь становилась сильнее, и невидимая веревка порвалась, отделяя Казу Портелло от центра города.

Южные строения Казы Портелло, нависающие над каменистым пляжем, рушились. Как прутья, изящные колонны ломались. Опоры, держащие мост над водой, становились пылью, и мост рухнул в воду. Каменные врата Портелло, веками глядящие на город, рухнули на мост, соединяющий казу с городом.

Слуги и мастера бежали из дома Портелло, едва уклоняясь от камней, падающих сверху. Риса прикусила губу, глядя, как мужчина подхватил девочку на руки, пытался унести себя и ее в безопасность, когда первая часть моста рухнула в канал. Упала и вторая часть, а мужчина бежал, не оглядываясь.

«Беги! — думала Риса. — Беги!».

Один из шпилей с крыши казы рухнул во двор, третья часть моста рассыпалась, разбила пустые гондолы. Женщина на краю моста кричала, мужчина бежал. Ее вопль было слышно даже поверх рева земли. Через миг мужчина и женщина оказались в руках женщины, защищенные в городе. Последняя часть моста стала камешками. Следы тонули.

Гул прекратился. Миг тишины.

Крики стали звенеть эхом на улицах и над каналами Кассафорте. На площади Диветри выли мужчины и женщины. Огонь мерцал на южном краю Казы Портелло, где была галерея, пламя лизало золу. Риса с ужасом смотрела на силуэт камней и трещин на месте Портелло. Семья Портелло была архитекторами. Они уже малое могли показать за века труда.