Последняя песнь до темноты (ЛП) - Мьер Илана С. - Страница 30

— Я не хочу этого, — холодно сказал он.

Марлен вскинул бровь.

— Уверен?

Марилла певуче добавила, склонив голову на плечо Марлена:

— Теперь ты величаешь ее королевой льда и снега? — она рассмеялась.

Дариен отвернулся и закрыл дверь, обрывая смех. Никто не последовал. Тишина правила в коридоре.

Он пошел быстрее, желая, чтобы сон закончился, и он проснулся. Печаль сдавила грудь. Глаза Рианны стали глазами Мариллы. Его потерянная любовь пропала от его поступка. Но, даже если бы его не преследовали, он не мог вернуться. Что-то тянуло его, он ощущал это сильнее, чем днем. Он почти убедил себя, что ушел в поисках славы, чтобы обойти Марлена и повеселиться в пути. Но здесь… Здесь он слышал голоса людей, что пели ночью у костра. Жуткая мелодия развернулась в воздухе и следовала за ним по странному и знакомому коридору его снов.

— Одна песня и много, — сказал голос. Дариен обернулся и увидел мужчину в коридоре. На его боку была лира, лунный опал бледно сиял в кольце на руке. Валанир Окун.

— То Эдриен Летрелл, теперь вы, — сказал Дариен.

— У тебя были видения.

— Сны, — сказал Дариен.

— Нет, — сказал Валанир. — У тебя важная роль в этом, Дариен Элдемур, учитывая, что происходит.

— В чем? Что происходит?

— Лин Амаристот расскажет, — сказал Валанир. — Вы должны вместе помешать прибытию тьмы.

— Красная звезда, — вспомнил Дариен.

— Да.

Дариен покачал головой.

— Хотите сказать, что то, что я видел… в Сарманке, не сон?

— Ты молодец, Дариен. Уничтожил священное вино, задержав Никона Геррарда на время. Потому пока он может использовать порталы только в стенах города. Потому он не может гнаться за тобой сам… пока что. Ты не дал ему расширить силы, для этого ему нужно было собрать как можно больше поэтов.

— Не понимаю, — сказал Дариен. — Это не для поэта… особенно не Пророка.

— А кто Пророк, Дариен… или кем должен быть? — Валанир Окун протянул руку, указав на другую дверь. — Ты должен идти туда. Укройся от злых ветров, юный певец. Это не первый портал и не последний.

Пророк пропал. Дариен замер лишь на миг. Голоса все еще звучали в голове. Он сжал ручку двери, которую указал Валанир, и решительно толкнул ее.

* * *

Дариен лежал на спине, снова смотрел на звезды. Но теперь там были факелы, кто-то склонился над ним, потрясенно смотрел на его лицо. Дариен не сразу понял, что видит.

А потом он с усилием улыбнулся.

— Привет, Лин.

ГЛАВА 15

Первый свет упал на склон холма, трава покачивалась на ветру. Они устали и держались за руки, поднимаясь на холм. Хассен смотрел на них, уперев руки в бока и качая головой. Когда он понял, что его слышно, он крикну:

— Я хочу знать?

Лин помахала ему.

— Привет, Хассен Стир, — ответила она. Ее сердце запело от его улыбки. Он всегда ей нравился. Она долго шла одна до этого и видела мало улыбок.

— Стоит мне уйти спать, как он напивается в таверне деревни, и его соблазняют, — сказал Хассен, все еще улыбаясь.

Лин улыбнулась в ответ.

— Это было удивительно легко.

Дариен вздохнул, как мученик.

— Почему ты сразу думаешь о худшем? Валанир Окун послал меня в Эйрн. Пока я спал.

Хассен не успел сбросить его с холма ударом, Дариен рассказал о сне, как увидел Лин над собой, проснувшись. Она сказала:

— Клянусь, он появился из ниоткуда, я чуть не споткнулась. А улица была освещена, — Лин замешкалась, не желая казаться Хассену безумной. — Думаю… Валанир хотел, чтобы мы нашли друг друга.

— И зачем же? — спросил Хассен. — Без обид, леди, ваше общество радует. Но это не дело Валанира Окуна.

Она уже не могла стоять, она не спала всю ночь. Лин села, скрестив ноги, на траву. Двое юношей опустились рядом. В тишине перед рассветом шумел лишь ветер.

— Мы ищем одно, — сказала Лин. — Валанир посоветовал мне начать с острова Академии. Он дал мне это, — она заметила, что на ключе был вырезан узел: знак Пророков.

— Что он открывает? — спросил Хассе.

— Не знаю, — сказала Лин. — Думаю, для него важно, чтобы я сама это раскрыла. Или мы раскрыли, раз он свел нас.

— И зачем тебе искать чары? — спросил Хассен. — Конечно, не хотел обидеть.

— Хороший вопрос, — и Лин быстро перечислила им то, что Валанир поведал о Никоне Геррарде.

— То есть, лорд Геррард — убийца, — сказал Дариен. — Я даже не удивлен.

— В нем темный дух, — сказала Лин. — Его не убить. Его использование гадания на крови все эти годы принесло тьму в Эйвар. На юге уже началось.

— Что началось? — спросил Хассен.

Лин отвела взгляд. Они были бодрыми, а она так все портила.

— Красная смерть, — сказала она. — И другие кошмары. Но чумы не было с…

— Со времен Давида Прядильщика снов. Орден Красного ножа. Конечно, — сказал Дариен, его лицо переменилось. — Знаю, звучит безумно, Хассен… обычно и я в такое не верю.

Хассен качал головой.

— Леди, откуда нам знать, что это правда? Простите, но это…. как выдумка. Мы даже не знаем, точно ли Никон Геррард совершил это ужасное преступление.

— Сомневаешься в Валанире Окуне? — сказала Лин. — Думаешь, он рисковал жизнью и пленом из-за пустяка?

— Есть такое, — сказал Дариен. — Одно мы знаем точно: прошлой ночью я уснул на этом холме, в часе пути пешком от Эйрна, а проснулся на улице деревни под ногами Лин.

Они притихли на миг. Солнце выбиралось из-за холмов и купало траву своим светом.

Наконец, Хассен сказал:

— И ты говоришь, что мы делаем это… ради Эйвара? Или мира?

Дариен вдруг улыбнулся.

— Похоже на то.

Хассен вздохнул.

— Я бы выпил.

— И я, — сказал Дариен. — Хочется увидеть, что открывает твой ключ, Лин. Если Хассен не против новых открытий.

— Согласен ли я, чтобы Лин шла с нами? — сказал Хассен. — Ты должен радоваться, еще день наедине с тобой, и я бы удушил тебя во сне.

— Тогда решено, — сказал Дариен.

— Кое-что не решено, — сказала Лин. Ее сердце забилось быстро. — Это важно, — сказала она, потому что не хотелось продолжать.

— Говори, — сказал Хассен. Может, Лин показалось, что в его глазах было сочувствие.

Лин вдохнула и медленно выдохнула, прося сердце успокоиться.

— Я должна, если мы пойдем вместе, сказать, что мое полное имя — Кимбралин Амаристот, а мой брат, опытный охотник, ищет меня.

— Ты — Кимбралин Амаристот? — Дариен был потрясен. — Ого.

Хассен не отреагировал.

— Прости… а кто — Амаристот?

— Самая известная семья по эту сторону гор, — сказал Дариен. — Марлен говорил, даже его отец боялся Калинду Амаристот, выдохнул с облегчением, услышав об ее смерти. Ой, это ведь твоя мать? Прости, — сказал он Лин.

Она слабо улыбнулась.

— Порядок, — сказала она. — У меня была схожая реакция.

— А твой брат, — сказал Хассен. — Что будет, если он тебя найдет?

— Ничего нового, — она хотела сказать бодро, но прозвучало не так. Она удивилась пониманию в его глазах.

— Надеюсь, он найдет нас, — сказал Хассен, — и я отомщу за тебя.

— Это будет не просто, — сказала Лин. — Но благодарю за слова.

— Давай, — Дариен нетерпеливо улыбался. — Поспи, и идем. Теперь на запад.

— В Академию, — сказал Хассен.

— Да, — сказал Дариен. Ветер ударил по его волосам, которые отросли и упали на лицо. Несмотря на усталость и новые знания, он выглядел весело. — Домой.

* * *

Она прижалась к забору сада, тяжело дыша.

— Еще слаба, — сказал мужчина за ней, она стиснула зубы. Будто она не знала, что ее руки дрожали, как струны лиры, а грудь вздымалась. Рианна Гелван уже не ощущала холод осени, от которого деревья в саду лишились листьев, а розы увяли.

Райен Амаристот опустил ладонь на ее руку.

— Набраться сил сложно, — сказал он. — Нужно заниматься каждый день.

— Знаю, — ответила Рианна. — Почему нет? Мне нечего делать, — она пожалела о словах, не хотела казаться ему вредным ребенком. Он не подал знака, что думает так. Его темные волосы и глаза были похожи на сестру. Но Лин сливалась с тенями, а Райен Амаристот — выделялся.