Кинжал Гая Гисборна (СИ) - Варназова Ника - Страница 12

— Соболезную насчёт Бобби, — выдавил растерянный Йован.

— Хотел бы я сказать, что он был человеком что надо, да не могу. Но смерти он не заслужил, как и многие, многие до него…

Шериф вздохнул и вытер пот со лба рукавом рубашки.

Йовану стало очень не по себе. Неприятно было смотреть на местных, то и дело бросающих яростные взгляды в их сторону и перешёптывающихся, хоть он и понимал, что всё это предназначалось Гаю. От криков женщины, оплакивающей Бобби, накатывала дрожь.

Мысли о его собственном положении казались эфемерными.

— Слушайте, — пробормотал он, не глядя на Шерифа, — я не то чтобы простил вас, но я понимаю. В смысле ваш поступок.

Тот промолчал.

— Всё равно это было без толку, — со злостью сказал Гай. — Кинжал чёрт знает где, а Робин продолжает убивать.

Толпа вдруг почему-то затихла.

Взглянув в сторону пикапа, Йован увидел старика в махровом халате и тапочках. Он расхаживал взад-вперёд, шаркая ногами и поднимая пыль, и тащил за собой по земле грабли, к зубьям которых пристали сорняки.

Шериф прищурился, всматриваясь в происходящее.

— Реми? Что с ним такое?

Он быстрым шагом направился к странному старику. Йован нехотя пошёл следом.

Заметив их, старик резко обернулся и взмахнул граблями. Его круглые глаза метались, а веки дёргались, будто он видел вокруг не людей, а одних лишь чудовищ.

— Не пройдёшь! — зарычал он, направляя грабли на Шерифа.

— Что за Гэндальф местного разлива? — тихо спросил Йован у Гая, остановившись на приличном расстоянии.

Тот не успел ответить: старик с криком ринулся вперёд, по-джедайски размахивая граблями. Он занёс их над головой, намереваясь ударить со всей силы, но зацепился за ветку и чуть не упал.

Шериф тут же схватил его и крепко сжал руки.

— Верёвку, живо!

Несколько человек бросились исполнять приказ.

Старик, казалось, сдался и перестал вырываться из хватки, но едва Шериф попытался перехватить его запястья поудобнее, он резко метнулся в сторону пикапа.

— Не отдам! Не отдам! — завопил он.

«Такая истерика из-за старой развалюхи?» — с отвращением подумал Йован. Но старик не добежал до машины, а рухнул на четвереньки в нескольких метрах от неё, трясущимися руками хватая булыжник и прижимая его к груди.

— Не отдам никому, — повторял он.

Шериф поднял рыдающего старика на ноги и отмахнулся от принесённой кем-то верёвки.

— Успокойся, Реми, никто не отберёт твой камень. Заприте его где-нибудь, — обратился он к троим парням, стоявшим рядом.

Притихшего старика увели, а оставшиеся люди загомонили пуще прежнего, размахивая руками, как африканское племя, пытающееся вызвать ураган.

— Сумасшедший? — спросил Йован, проводив старика сочувственным взглядом.

— Ещё вчера не был, — сквозь зубы проговорил Гай. — Это всё золото Гуда.

Шериф вернулся ещё мрачнее, чем был. Он не смотрел в сторону толпы, откуда ясно слышались бранные слова, которые, однако, никто не смел сказать ему в лицо.

— Марта с детьми обречены, — сказал он совершенно спокойным голосом, который никак не вязался с его озабоченным видом.

— Энни и Оуэн? — испугался Йован, вспомнив ребят. — И проклятие нельзя снять?

— Никак. Даже если уничтожить золото.

Йован не сразу заметил, что они отошли дальше и теперь медленно направляются к дому Шерифа.

«А ведь только вчера клялся, что ноги моей там не будет», — подумал он.

— И что же со всем этим делать? В смысле, что вы предпримете и, главное, как мне отсюда выбраться?

Шериф вздохнул.

— Видишь ли, сынок, пока Робин Гуд жив, тебе не уйти. Как и никому не спастись от проклятия золота, если колдуна не убить. А этого мы не можем сделать уже не одну сотню лет.

— Ну ладно, кинжал потерян, но неужели это единственный способ? Что, если отрубить ему башку?

— Я лично снёс его голову мечом так, что она осталась болтаться на клочке кожи, а уж сколько раз отрубал руки и ноги, не пересчитаю, — сказал Гай. — Как видишь, до сих пор всё осталось на месте.

— А если отрубить и убрать куда-нибудь далеко? Или у него регенерация Дэдпула и он может отращивать части тела?

— Вроде того, — кивнул Шериф, устало потирая переносицу.

— Тогда посадить в железный ящик и закопать как можно глубже?

— Такого колдуна ничто не удержит.

Они подошли к бару, который не был заперт — видимо, Шериф с Гаем так торопились, что не даже успели закрыть двери. Внутри горел свет, включённый ещё ранним утром, когда было темно. На одном из столов сидели миссис Мышь и две другие крысы, которые мгновенно спрыгнули на пол и рванули под шкаф.

Шериф рассеяно погладил миссис Мышь по серой спине. Крыса ловко зацепилась за его рукав и вскарабкалась на плечо.

— Как же мне выбраться отсюда? — пробормотал Йован, спрашивая больше самого себя, нежели своих спутников.

— Сам посуди, — с небольшим раздражением ответил Гай. — Машина сломана, а если даже её и починить, никто через лес не поедет. Пешком тебе за день не пройти через владения Робина, а ночью он тебя схватит в два счёта. Позвать на помощь отсюда нельзя, а твои родные не знают, где ты находишься. Видишь какой-то выход?

— Но я же дошёл сюда за пару часов! Доберусь до трассы, поймаю попутку…

— Дошёл-то за пару часов, а вот выйдешь за два дня. Колдовство штука такая. Есть ещё идеи?

«Скосить ваше конопляное поле», — подумал Йован, но ничего не сказал. Хоть всё это и походило на бред наркомана, он сам видел мертвых разбойников и даже имел неприятность потрогать одного из них.

— Очевидно, — с нажимом проговорил Шериф, — что кинжал — наш единственный шанс. Но чтобы его заполучить, надо найти логово разбойников. А найти его невозможно, если только Робин сам нас туда не приведёт.

— И как же его заставить?

— Заставить — никак. Но можно обмануть его.

Йован вздохнул, уже догадываясь, чем кончится разговор.

— Мне это совсем не нравится, но я вас слушаю.

— Я уже говорил, зачем Робин охотится за тобой. Но штука в том, что обряд воскрешения проводится строго в определенное время, когда Луна находится в Стрельце, Раке или Скорпионе. Ближайшая подходящая фаза наступит через две недели, а значит, что все это время ты должен быть жив. Робину не нужен очередной полуразложившийся труп, который будет гнить на ходу. Если он хочет выслать нежить во внешний мир, то должен провести обряд над максимально свежим телом, поэтому он убьет тебя только когда придет нужное время, чтобы сразу же оживить.

— Это все, конечно, очень радует и обнадеживает, но что вы планируете делать?

— Если ты попадешься Робину, у него не будет выбора, кроме как держать тебя живым в своем убежище. Тогда ты и сможешь найти кинжал.

— Если! — рявкнул Йован с грубостью, неожиданной даже для себя. — Ключевое слово — если. Я не собираюсь попадаться в его лапы и сидеть в лесу с зомбаками!

— Прекрати истерику! Мы тебя и не принуждаем, — Гай тоже повысил голос и явно хотел сказать еще что-то нелестное, но Шериф жестом остановил его.

— Только если ты сам на это решишься, — мягко сказал старик.

Йован не ответил. Он мрачно обдумывал услышанное, не чувствуя совершенно никакого желания и сил втягиваться в подобные сумасшедшие планы.

В тишине раздалось чавканье миссис Мышь, упоённо облизывающей волосы Шерифа.

— Кстати говоря, почему ваша крыса ест золотые монеты? — спросил Йован, вдруг вспомнив случай на лестнице.

— Думаю, потому что они вкусные, — серьёзно ответил старик и посмотрел на него так, будто ожидал смеха над дурацкой шуткой.

Не получив никакой реакции, он добавил:

— За свою жизнь она избавила мир от внушительного количества проклятого золота.

— Короче, в плешивой крысе куда больше пользы, чем в вас двоих, — со всем презрением, на которое только был способен, проворчал Йован.

Шериф кивнул.

— Как ни печально признавать, но это так.

В дверь с силой постучали. Снаружи послышались приглушённые голоса нескольких человек, в которых явно звучало раздражение.