Матрешка (СИ) - Неумеручий Чахлик - Страница 36

– Ешь брат.

Судя по нормальной реакции соседей, она все сделала, в общем, правильно.

– Извините мое любопытство. Но, все же, как вы очутились здесь? Так близко от владений ваших кровников – Джил. – Арон.

– Не очень героическая история. Нас похитили.

Я чуть не подавился. Во, Наталья дает. Что за легенду она сейчас выдаст?

– Мы были в патруле на маршруте в степи. Напала странная компания. Маги, парень и девушка с двумя грифонами.

Хм. Это выходит, мы сами себя похитили.

– Сходу положили всех, кроме нас. Нас обездвижили, кулями закрепили на крупах грифонов и ушли сюда, в зону. Шли странно. Периодически сами тоже садились на грифонов и пролетали несколько фарсангов, особенно когда впереди были русла рек или разломы. Поэтому через обычные переправы не шли.

– Но, зачем? Ваше племя никогда не платит выкуп. – Струд

– Насколько мы услышали из их разговоров, это был заказ Джил. Не для выкупа, для одного ритуала. Ничего хорошего, поверьте. – Наталья.

– Но вы освободились. Раз вы здесь. – Струд.

– Фелмы. Здешняя пара ударила неожиданно. Грифонов сломали быстро. Маги сумели упокоить самку, а самец положил магов, правда, те сожгли ему крылья. Может поэтому мы остались в живых. – Наталья.

– Прятались. Нашли место гибели группы копальщиков. А потом нарвались. Сбитый, фелм валялся в небольшом переулке. Восстанавливался. Темные его не трогали. – Наталья.

– Еще бы. Фелм и на земле грозный противник. – Арон.

– Мы неосторожно подставились, и получили по мозгам. Нам повезло. Фелм был сильно ослаблен, поэтому мы хоть что-то соображаем. – Наталья.

– Действительно повезло. Я видела пораженных менталом. Человек, если выжил, в состоянии овоща или в лучшем случае лишившийся разума. – Сабра.

– Мы тоже получили свое. Практически потеряли память. Все, что было до похищения помниться фрагментами. Да и позже лакуны в памяти. – Наталья.

– Но, если он восстанавливается, нам конец. Фелм не потерпит на своей территории чужаков. Ему и этот дом не преграда. А уйти мы пока не можем. – Струд.

– Вот об этом не беспокойтесь. С четырьмя бронебойными в башке, восстановиться проблема. – Наталья.

– Как? Как вы смогли? – Сабра.

– Повезло. Соображение сохранилось. А если жить захочешь, то и не так раскорячишься. Воткнули в глаза по стреле. Потом, для гарантии, еще в виски. Вынимать не стали. Мало, ли. Живучие гады. – Наталья.

– Эх, не было бы темных, какая добыча! – Арон.

Увидев наши удивленные лица, пояснил.

– Чешуя взрослого фелма, на рынке у нас, один из самых редких, дорогих и востребованных товаров. Бывает, специальные команды зачистки посылают. Идут, несмотря на реальные шансы потерять до половины состава. Считается, после такой добычи можно остепениться, завести свое дело и не лазить сюда за добычей. – Арон.

– Да. А тут само в руки идет, и не достанешь. Что бы отсюда выбраться, серьезная команда нужна. Ради нас ее никто посылать не будет. – Струд.

Наталья, увидев, что я дочистил тарелку, кивнула на Сабру. Я понял, и протянул хилерше пустую посуду.

– Попозже ночью, нам нужно будет сходить за своими вещами. Поэтому сейчас мы, немного отдохнем. Пошли брат. – Наталья.

Мы устроились немного в стороне от соседей и сделали вид, что заснули. Немного времени спустя мы услышали интересный разговор.

…

– Арон. Все же странные эта парочка.

– Осторожно, услышат, а нам без них не выбраться.

– Я присмотрелся, да и Сабра говорит – спят.

– А чем они тебе странные?

– Само попадание сюда, достаточно свободное поведение парня, вообще вся история. А тут еще ты вдруг начал их представлять.

– А, что ты вообще знаешь о лерах?

– Достаточно. Я в свое время плотно общался с северными пещерниками.

– Мгм. Тогда ты рискуешь сильно нарваться. Степняки сильно отличаются. Да, у них матриархат, как и у северных сородичей, но своеобразный. Мужчины не настолько подчинены. Тут скорее обязательность ряда ритуалов, своеобразная вежливость, этикет. Ну, как ты в таверне первой устроишь свою спутницу женщину, и только потом устроишься сам.

– Ну, это какую женщину.

– Я сказал женщину, а не… сам понимаешь. Насчет представления, это тоже некий ритуал. Тебя должны представить другим те, кто тебя знает. Крайний случай, можно самому назвать неполное имя, но это уже не представление, а вынужденное взаимодействие. После окончания необходимости тебя имеют право не узнать. Этикет сложный и не всегда понятный. Я по делам контактировал с их племенем. Тогда меня и познакомили с младшей Хельви и ее братом.

– Но, они не производят впечатления, как сами говорят, "истинных".

– Да, внешней заносчивости у них нет. Но это опять своеобразная вежливость, а не слабость. Ты обязан быть вежливым, потому, как за противоположное могут убить без разговоров и все тебя оправдают. Если же ты просто убьешь, то тебя заставят самого себя лишить жизни, причем это страшноватое очень неаппетитное зрелище.

– А как они определят, за что убил?

– Они же все, в той или иной степени маги. А их клятву на магии очень сложно обойти. Ее форма отрабатывалась тысячелетиями. Так, что их вежливость, просто необходимость выживания, а не признак слабости.

– Интересный народ.

– И сложный. Жить рядом с ними, это как циркачу ходить по канату на высоте.

– А как же они стали кровниками с другим племенем? При таких, то правилах?

– Предупреждаю, это полуслухи. Достоверно не знает никто. В конфликте при встрече на нейтральной территории погибли представители правящих родов обеих племен. Причем, у каждой стороны имелись веские доказательства вины именно их противников.

– Как то подозрительно.

– Я тоже думаю, что, скорее всего, их просто подставили. Но за столько лет найти доказательства не смогли. Оба племени, тем не менее, стараются соблюдать определенные рамки, понимая, что полноценный конфликт чреват исчезновением обеих сторон. Это похищение, чья-то личная инициатива, или даже опять сторонняя задумка. Граничные государства с удовольствием прихватили бы освободившиеся земли.

– Интересные тут дела творятся.

– Политика, дело грязное.

– Если вырвемся отсюда, надо быстрее сообщить их представителю. Если раскрутится межплеменная война, нам тут тоже не жить, степь будет гореть на сотни фарсангов.

– Одна надежда, может сюда занесет еще одну группу. Вместе вырваться реально, да и Сабра меня подлатает.

…

Пора вставать. Надо изобразить поход в наше старое убежище. Заодно и сумки тех странных леров прихватить. И, насчет пожрать, кого словить. А то на каше мы долго не просидим. О! Вода.

– Наталья, там, у метро, какие фляги были? А то наши на пятерых маловаты.

– Мм… были, вроде. Пустые.

– Надо забрать. Охотникам тоже надо пить.

– Собрался? Пошли. Вот эту бухту веревки захвати. А то непонятно, как мы отсюда с крыши ушли. Лишние вопросы.

– Все же идете? Может быть я с вами? Втроем легче. Я в прикрытии хорошо работаю. – Струд.

– Благодарим, но тут главное не боевая сила, а незаметность и скорость. Если к утру не вернемся, не ждите. Значит, не повезло.

Ну, вот благородный, какой. Провожать нас зачем. Теперь придется всерьез с крыши в этой форме слезать. Интересно, а у него ночное зрение есть?

– Струд, а ты владеешь ночным зрением?

– Нет. Сейчас светильник достану.

– Струууд. Лишняя суета и шум, плюс свет на крыше. Думаешь, собачки не насторожатся. Ты нас подставишь.

– Извини, не подумал. Тогда сижу здесь, у пролома, мало ли. Удачи вам.

Вылезли на крышу. Огляделись. Прислушались. Небо укрыто тучами. Темно. Хорошо. Вроде Струд внял, за нами не пошел. Оборот. Взлет. Все же полет это мечта.

– Наталья! Легенда красивая, но откуда ты вторую тушку фелма возьмешь, если что?

– А ты не видел? Рядом с выходом из метро здание с проломленной крышей. Крыша не просто так проломлена. Ее как раз еще один (или одна) фелм проломил. Немного всякими стройконструкциями присыпано, но видно, если присмотреться.