Грозный змей - Кэмерон Кристиан - Страница 50

– Два дня, – ответил очень молодой гвардеец.

– Вы из Харндона?

– Нет, сэр рыцарь. Я из Хоксхеда, что к западу от Альбинкирка.

Совпадение поразило сэра Джеральда.

– Я сражался в прошлом году при Лиссен Карак.

– Мы знаем, – тихо сказал другой гвардеец. Трое кивнули.

– Я не бунтовщик, – объяснил сэр Джеральд.

Начальник гвардии развел руками. Он казался очень знакомым, но сэр Джеральд никак не мог вспомнить его имя.

– Мы знаем, сэр Джеральд. Мы отвечаем за вашу безопасность. Мы проведем вас к королю и выведем назад. – Он оглядел толпу старшин и членов совета, стоявших на Золотой площади. – Даю слово.

Его ровный голос и королевская форма разогнали толпу, и сэр Джеральд поднялся наверх. При оружии и свободный. На холме Чипсайд он встретился с Анной Бейтс, вырядившейся в меха и золото, как герцогиня. Он поклонился, и она взяла его под руку. Ее сопровождало столько же человек. Все гвардейцы были знакомы друг с другом.

Рэндом все еще пытался опознать офицера, который выглядел слишком молодым для своей должности. Пока они шли по тихим улицам, ничего не приходило ему в голову. Вокруг все еще клубился дым. Тела убрали, но обгоревшие здания торчали, как гнилые зубы во рту у нищего. Людей тоже стало меньше. Тесть Рэндома, бывший старшина каменщиков, погиб, зарубленный бердышом. И многие другие мужчины и женщины, которые что-то значили для города, тоже.

За развалинами зданий он видел движение на Флит-стрит. Патруль Ударного отряда шел параллельно королевской гвардии. Рэндом не мог представить, чтобы Эдвард и его товарищи напали на гвардию, но присутствие вооруженных друзей его успокаивало.

Он прошел за первую подъемную решетку во внешний двор, и люди Эдварда остались позади. Решетка закрылась. Испугались даже гвардейцы. Анна Бейтс сжала его ладонь, не имея в виду никакого флирта. Сэр Джеральд задрал подбородок и двинулся дальше.

– Что это за старуха, которая притворяется леди? – спросил де Рохан у одного из своих людей.

– Не представляю, милорд.

– Ну так выясни! – прошипел де Рохан.

Однако никто не успел ничего выяснить, и пара вошла в коридоры дворца, следуя за де Роханом. Тот убедился, что двери тронного зала закрыты, и обратился к де Вральи:

– Эти канальи прислали сэра Джеральда Рэндома!

– И что? – безразлично вопросил де Вральи.

Де Рохан заставил себя говорить медленнее:

– Мне не кажется, что сэра Джеральда стоит допускать до разговора с королем.

– Потому что он невиновен в измене? – гаркнул де Вральи. – Или потому что вы его боитесь?

Слово «бояться» таило в себе угрозу. Де Рохан вспыхнул:

– Лучше будет, если он не станет говорить с королем.

– Для вас – возможно, – сказал де Вральи.

Он махнул солдатам, те открыли двери, и о прибытии сэра Джеральда Рэндома и мистрис Анны Бейтс доложили подобающим образом. Они бесстрашно – по крайней мере, внешне – прошли по шелковому ковру и поклонились.

Король сидел один. Трон королевы убрали.

– Сэр Джеральд, – сказал король устало и грустно, – я слышал, что сегодня вы обратили оружие против меня.

Сэр Джеральд покачал головой:

– Не должно мне возражать вашей милости, но я никогда не выступлю против своего суверена.

– Это я и сказал де Рохану. Но он…

Де Рохан выступил из ряда придворных. Многие из них были родом с юга Альбы и жили в Харндоне, но не менее трети присутствующих носили тесные яркие одежды, выдававшие галлейцев.

– Я сказал, что вы предатель, – заявил де Рохан.

Рэндом нахмурился:

– Я вас с трудом понимаю, сэр. Вы говорите с акцентом.

Несколько храбрецов хихикнули. На самом деле, акцент в речи де Рохана был едва заметен, если только рыцарь не злился.

– Тихо! – рявкнул де Рохан.

Сэр Джеральд склонил голову:

– Я не могу молчать, милорд, когда вы на меня клевещете. К тому же я здесь, чтобы говорить, а не чтобы молчать.

Де Рохан указал на Рэндома:

– Он подготовил девчонку, которая передавала письма любовникам королевы, – извиняющимся тоном сказал он, – я не хотел бы говорить такое прилюдно. Это… позор.

– До чего нелепое обвинение, – возразил Рэндом. – Милорд, я даже не живу во дворце.

Мистрис Анна присела:

– Ваша милость, я прошу позволения говорить.

– Говори. – Король махнул рукой.

– Ваша милость, я полагала, что нас пригласили сюда поговорить с вашей милостью, а не с этим заморским лордом. – Она слабо улыбнулась. – Я деловая женщина, ваша милость, а не придворная дама. Если бы это была деловая встреча, я бы сказала, что этот человек пытается помешать нам говорить.

Король посмотрел на де Рохана, а потом на мистрис Анну:

– Говорите и не сомневайтесь в моем терпении.

Она присела снова.

– Ваша милость. Солдаты, которых привели галлейцы, без предупреждения напали на горожан. Достойные мужчины и женщины были убиты…

– Достойные люди? – с видимым отвращением переспросил де Рохан. – Парочка нищих?

– Мой тесть, – заметил сэр Джеральд.

– Мой племянник, – сказала мистрис Анна.

Тишина сделалась ощутимой.

– Они крали, грабили и насиловали, а когда мы позвали гвардию, гвардию перебили. – Мистрис Анна сделала паузу. – А когда мы обратились за помощью к Ударному отряду, они убили капитана.

– Ложь, – сказал де Рохан.

– В Галле… – начал де Вральи.

– Вы не в Галле! – рявкнула мистрис Анна.

– Никто не сражался против короля, – осторожно сказал сэр Джеральд, – мы защищали свои дома от грабителей и убийц.

– Красивая ложь, – заявил де Рохан. – Вы и ваши мятежники убивали наших людей. Наших слуг. Безоружных мальчиков и девочек!

Король посмотрел на сэра Джеральда. Тот опустил глаза. Потом поднял:

– Когда они напали на Ударный отряд, мы отбросили их. Мы преследовали их и, видит Господь, вели себя так же, как они.

Король вздрогнул.

– Черт возьми, Рэндом, вы хотите гражданской войны? Разве закон велит убивать галлейцев на улицах?

Уязвленный сэр Джеральд отступил на шаг:

– Ваша милость! Они убили сотни ваших горожан! А в глазах многих, ваша милость, галлейцы действуют от вашего имени!

– Ну вот видите! – сказал де Рохан.

– От моего имени? – уточнил король.

– Ваша милость, вы призвали их сюда. Вы должны их отослать. – Сэр Джеральд переступил на месте и оперся на трость. Культя болела.

– А как насчет королевы? – осторожно поинтересовался де Рохан.

Сэр Джеральд втянул воздух и посмотрел на мистрис Анну.

Та снова присела:

– Ваша милость, мы пришли говорить с вами, а не с этим созданием.

Король нетерпеливо вскрикнул:

– Женщина! Прах тебя побери! Это не «создание», а галлейский лорд, один из моих министров! Извольте обращаться к нему с уважением.

Мистрис Анна отступила. Де Рохан позволил себе улыбнуться:

– Так что насчет королевы, мастер Рэндом?

– Ваша милость, не могли бы вы приказать галлейскому лорду обращаться ко мне подобающим образом?

– Простите за недосмотр, сэр. – Де Рохан пожал плечами.

– Сэр Джеральд. – Рэндом смотрел ему в глаза.

– Как скажете.

– Вернитесь к теме! – велел король.

– Что же с королевой? – в третий раз спросил де Рохан. – Что думает народ о ее аресте?

Сэр Джеральд обменялся взглядами с мистрис Анной.

– Ни один человек в городе не верит, что королева виновна и неверна вашей милости, – сказал сэр Джеральд.

До сих пор де Вральи молчал. Он был не в доспехах, что случалось довольно редко. На этот раз он выбрал многоцветный гамбезон, левая часть которого была сшита из бело-пурпурной парчи, а правая – из желтого шелка. На поясе висел меч, меч первого воина короля. Кроме него, только король и сэр Джеральд были вооружены.

– Она изменница, ведьма и убийца, – заявил де Вральи, – и я это докажу.

– Докажете? – спросил сэр Рэндом, пораженный жестокостью обвинений.

– Меня вызвали на судебный поединок. Так называемая королева убила моего кузена д’Э, и я убью ее воина и докажу ее вину. – Де Вральи в упор смотрел на сэра Джеральда. – Вы выступите от ее имени, сэр Джеральд?