Грозный змей - Кэмерон Кристиан - Страница 32

Амиция пожала плечами:

– Мой ответ остается прежним. Женитесь на морейской принцессе.

Он замер.

– Ирине. Все ждут, что вы на ней женитесь. Даже ваши собственные люди. У нее что, прыщи? Я так поняла, что она самая красивая женщина в мире… во всяком случае, я это слышала, – Амиция улыбнулась, – и я просто хочу, чтобы вы были счастливы.

– И поэтому вы наложили на меня могущественные чары.

Амиция снова пожала плечами.

– Вы можете их снять? Я не сумел прошлой ночью.

– Давайте подумаем, – сказала она, как строгая учительница глуповатому ученику, – вы обвиняете меня в том, что я наложила чары, защищающие вас от смерти. И хотите, чтобы я их сняла, – говорила она презрительно.

Он разозлился.

– Больше никто не мог этого сделать. Черт. Да. Снимите их.

– Это могла быть ваша мать, – заметила Амиция, – я провела с ней некоторое время, и она мне понравилась. Оказалось, что мы сходимся в самых неожиданных вещах. Например, обе считаем, что вам нужна защита, – Амиция глубоко вздохнула, – и за это вы меня проклинаете.

Габриэль молчал.

– Вы до сих пор ведете себя как маленький мальчик. Кричите, что все сделаете сами. Да, на многое вы действительно способны. Но…

Он покачал головой:

– Амиция, вы не представляете, о чем говорите. Моя мать не способна ни с кем дружить. Даже сама с собой. Она волшебница.

Амиция кивнула, поджав губы и прищурившись.

– Габриэль Мурьен, я волшебница. – Она встала. – Когда вы начали за мной ухаживать… и успешно… один ваш взгляд, одно ваше слово… Господь мне свидетель… – Она осеклась. – Не льстите себе. Я не девочка. Не дурочка. Я умею исцелять больных и могу обрушить с небес огонь.

Он смотрел в сторону.

– А я не единственный высокомерный дурак в этой часовне, – он двинулся к двери, – я думал, мы едем кататься. Может быть, целоваться. Может быть, вы рассказали бы мне, зачем наложили на меня чары. И я бы вас простил. А вместо этого мне придется думать о том, что вы вместе с моей матерью работаете над дурацкой схемой, которую она сочинила ради моего будущего… будущего в качестве мессии Диких. Мне сложно в это поверить, но если это так…

– Простить меня? – Как она ни крепилась, из глаз брызнули слезы. – Вы простите меня за то, что я спасла вам жизнь? И вы считаете, что я вступила в сговор с Дикими?

– Да.

– Идиот.

Он с трудом вдохнул воздух и шагнул к ней.

Она выставила перед собой руки.

– Уходите.

Она слышала, как он садится в седло. И как говорит: «Твою мать!» – громко и ясно и уезжает прочь. И тогда она дала волю копившимся год слезам.

Сэр Габриэль появился в большом зале около полудня. Он был грязен и более сдержан, чем обычно. Сэр Джон так быстро выиграл у него в шахматы, что сразу понял, что Габриэль думает о другом.

– Я сам не свой, – сказал Красный Рыцарь, хотя грубый тон противоречил словам. – Собираюсь взять своих людей и уехать утром.

– Господи, сэр Габриэль, – испугался сэр Джон, – я рассчитывал на вас до конца совета.

– Мне нужно в Харндон. До турнира осталось сколько, девятнадцать дней? Я хочу отдохнуть и немного заняться политикой, прежде чем выезжать на поле. Вы можете планировать логистику мобильных сил, как и я. И вообще, вы лучше знаете фуражиров. Мне нужно уехать отсюда.

– Простите? Вас не устраивает мое гостеприимство? – Сэр Джон поднял брови.

– Ничего подобного, – сэр Габриэль изобразил подходящую улыбку, – вы отличный хозяин. Просто мое дурное настроение всегда со мной. И мне все еще нужно обсудить с герцогиней соглашение.

И он отправил к ней Гиоргоса, который вскоре вернулся и доложил на безупречной высокой архаике:

– Деспина уединилась с монахиней. Полагаю, герцогиня исповедуется.

– Наверняка, – сказал Красный Рыцарь, встал, поклонился и вышел во двор.

Плохиш Том отрабатывал удары по столбу. Сэр Габриэль отправил Гиоргоса за своим боевым мечом и встал у другого столба, одним взглядом отогнав от него десяток человек – те неожиданно решили потренироваться где-нибудь еще. Он яростно обрушился на столб. Потом взял боевой топор и, действуя уже более осмотрительно, разбил столб в щепки.

Том удвоил усилия, собираясь уничтожить свой столб раньше.

Но щепки обоих радовали мало, и Плохиш Том оскалился:

– Повеселимся немного?

Красный Рыцарь бросил оружие Гиоргосу, поспешно расшнуровал завязки, молча скинул дублет.

Из конюшни вышел сэр Майкл.

– Капитан будет бороться с Томом, – сказал Калли, – выступаем завтра. – Он приподнял бровь. – А как его нога, болит?

Сэр Майкл кивнул:

– По-хорошему, мы не сможем завтра выступить.

Том и Габриэль, голые по пояс, кружили друг вокруг друга.

Потом они сошлись. Капитан дернул Тома за руку, а Том обхватил его и крепко сжал.

– Все в порядке? – спросил он. Бросать капитана на землю он не стал.

Сэр Габриэль отпрыгнул. Потом напал.

Он ударил кулаком, Плохиш Том уклонился, и удовольствие на его лице сменилось веселой яростью.

– Ого, – сказал сэр Майкл Тоби.

Тоби, собиравший броню, только вздохнул.

Том уронил капитана на землю лицом вниз. Сэр Габриэль откатился в сторону, но Том настиг его, схватил за руку и снова сунул лицом в землю.

– Сдавайся.

Но было еще рано. Сэр Габриэль извернулся и выбрался из захвата, не позволив вывихнуть себе плечо.

Том взял его руками за голову и дернул взад и вперед. Отошел на шаг.

– Сдавайся.

Сэр Габриэль выбросил ноги вперед движением, заставившим зрителей всерьез опасаться за его шею, нашел точку опоры и попытался высвободить голову. Том отпустил его.

Капитан, быстрый, как гадюка, схватил Тома за бок, провел его перед собой и попытался бросить на землю.

Плохиш Том заревел в гневе, поставил подсечку, ударил капитана по яйцам и уронил, зацепив его коленом за колено.

– Идиот, – крикнул он. По лицу стекали пот и слюна. – Я тебя искалечить мог на хрен. Я держал твою тупую голову. Сдавался бы. Что это за борьба?

Сэр Габриэль лежал на песке, тяжело дыша и хватаясь за пах. Правая нога у него вывернулась под странным углом.

– Черт. Я не хотел тебе больно делать. – Том протянул ему руку.

Сэр Габриэль позволил поставить себя на ноги, а потом закричал и упал.

Он почти сразу пришел в себя и улыбнулся дрожащими губами:

– Ну что ж. Мера за меру.

Сэр Майкл принес ему холодной воды, которую Габриэль жадно выпил. Посмотрел Майклу в глаза.

– А ты чего ждал? – спросил Майкл.

– В чем дело? – негодовал Плохиш Том. – В маленькой монашке? Так вот она…

Он не успел замолчать, когда сестра Амиция ворвалась во двор. Вимпл белел, как крылья морской птицы. За ней бежали еще две сестры.

Она сердито огляделась, и Плохиш Том почел за лучшее смыться. Сэр Майкл стоял на месте.

– Сэр Габриэль снова сломал ногу, – пояснил он.

Амиция опустилась на колени рядом с Красным Рыцарем. Провела ладонями по ноге. Наклонилась.

– Я должна взять с вас обещание, что вы не станете отказываться от Божьего дара и подвергать себя опасности, – ясно сказала она, – на неделю.

Габриэль поморщился, но ничего не ответил.

– Он согласен, – вклинился сэр Майкл.

Она взяла за руки других монашек, и они запели хором. Голос Амиции был громче всех и вел за собой остальные.

Когда она закончила, все во дворе стояли на коленях. Она улыбнулась.

– Не позволяйте ему снова сломать ногу, – сказала она и встала. Габриэль молча смотрел на нее.

В своем Дворце воспоминаний он стоял рядом с Пруденцией.

– Я излечила тебя. Но нельзя так глупо себя вести.

Он кивнул.

– Прости, Габриэль. Я…

Он поднял руку:

– Извини, я не готов говорить.

Голова у нее отдернулась назад, но она продолжала ему улыбаться. А потом ушла вместе с двумя сестрами.

С помощью Плохиша Тома и сэра Майкла Габриэль встал и доковылял до скамьи.