Ибо истину говорю Я (СИ) - Бражников Константин - Страница 12

Данная информация натолкнула меня на нерадостные мысли. Хоть я и выбрал класс рыцаря, у которого нет ограничения на используемое оружие и ношение доспехов, но и умений на владение этим самым оружием у меня тоже нет. А значит, у меня есть два варианта. Первый — самообучение, со всеми вытекающими отсюда увечьями и смертями. И второй — попросить кого-то знающего обучить меня владению мечом. Пока логично предположить, что это может быть Лиона или кто-то из ветеранов. Причем ветераны в приоритете, мечники, латники и стрелки. Хотя стрелков можно оставить в покое. Стрельба мне не к чему.

От рассуждений меня отвлек мигающий на периферии зрения стилизованный значок почтового конвертика. Я получил сообщение. Конь шел спокойным шагом, лениво переступая своими ногами и никуда не спешил. Ничто не мешало мне открыть интерфейс. Пасторальный пейзаж и медленно идущее за мною «войско», абсолютно мирная картинка, не предвещающая каких-либо проблем. Подозвав к себе Кару, я отдал пару распоряжений, в мое «отсутствие» быть особо бдительными и внимательными, в случае возникновения критической ситуации спасать в первую очередь меня. Последнюю шутку оруженосец не поняла, а восприняла как указание, коротко кивнула головой и заняла место во главе, бредущей за мною колонны. Я вздохнул и активировал иконку конверта. Письмо было от Костика.

«Братан! Тут заморочки возникли, с деньгами. Банк закрыл возможность переводов на пару недель. Успел перекинуть тебе пять сотен. Пока это все. В ближайшее время денег не будет. Да! Хорошая новость, ты сорвался. Получил мой подарок? Я старался, цени! Кстати, если ты уже сорвался, зачем тебе деньги? Я и так тебе локацию подобрал на краю материка. Спокойную и с шансом дальнейшего развития. Ну, все удачи! Соскучишься, пиши, адрес скину позже. С деньгами извини. Пока. Котейка!».

Вот же сука! Закончив чтение других слов у меня не было. Эта толстая тварь меня кинула. Из всех вырученных мною денег, я получу только полтора ляма, учитывая, что восемь сотен я уже потратил. И обещанные жирным ублюдком пять сотен еще не пришли. Я еще раз проверил свой кошелек. На остатке двести штук. По местным меркам не так уж и мало.

— Стой! — громкая команда Кары вырвала меня из размышлений.

Мы подошли к небольшому на первый взгляд довольно хлипкому мостку через реку, надо бы уточнить ее название. У моста стояло чуть больше десятка мужиков с бандитскими рожами и вооруженных как попало. Немного впереди стоял здоровенный детина с большой дубиной на плече и нагло ухмылялся.

Ясненько, у меня в землях аккурат рядом с замком бандиты развелись, подумал я, рассматривая бугая. Вот только поведение Кары и расслабленность моего войска меня слегка озадачили.

— Никодим! — девушка прошла вперед на несколько шагов, оказавшись точно посередине между нами и мужиками. — Ты что удумал? И почему не на каменоломне?

— А мы теперь люди свободные, — с ухмылкой здоровяк сплюнул себе под ноги. Стоящие за ним мужики одобрительно зашумели. — И на этого коротышку толстощекого, мироеда больше не батрачим.

— С чего вдруг мастер Батон, мироедом стал? — Бровь девушки взлетела вверх от удивления. — Степенный и уважаемый гном. Старым господином на каменоломню управляющим назначен.

— Во, во. Старым господином то, — рядом с бугаем встал тощий мужичонка в старых лаптях. В его глазах я заметил больше интеллекта, нежели у громилы. — Только сгинул то правитель, вот Батон и решил что теперя он хозяин каменоломни. Нам за месяц уже жалованье задержал, а чем нам жен с детьми кормить?

— Как задержал? — спешившись, я подошел к оруженосцу. — По какому праву?

Если честно я понятия не имел, что у них тут за правила, но задержка заработной платы за нелегкий труд, не думаю, что работа по добыче камня легкая, это по моему твердому убеждению есть деяние недопустимое.

— Сказал, что Зарнийцы еще оплату за прошлую партию не привезли, — голос мужичка чуть дрогнул при виде меня, да и другие почему-то отвели глаза, стараясь не встречаться со мною взглядом. Тощий сглотнул и добавил. — Ваша светлость.

— К новому господину обращаться князь! — выкрикнула Кара, сведя брови, схватившись за меч.

— Постой, — жестом руки я успокоил девушку, — можно и светлость. Какие Зарнийцы? И почему им партию камня отправили, а не в замок?

Мужичок сощурил глаза и пристально посмотрел на меня. Затем вдруг согнулся в поклоне и затараторил:

— Простите светлый господин, сразу не признали, — не разгибаясь он дернул детинушку за рукав и делая страшные гримасы на лице заставил того согнуться в поклоне. Остальное мужичье видя такое, посрывали с голов шапки и склонились передо мной. — Никто уже и не ждал что вернетесь. Только на тебя вся надежда светлый князь. Справедливости от тебя ждем господин.

— Признали? — я решил подыграть и свел брови, по примеру Кары, пытаясь придать своему лицу больше суровости.

— Да как не признать ваша светлость, — толпа мужиков распрямилась, говоривший бугай щерился в глупой улыбке, — одно лицо с батюшкой почившим вашим.

— Ну а раз так ведите меня к этому Батону, — скрестив руки на груди, правда кираса немного мешала, важно произнес я. — Несправедливости в землях своих терпеть я не намерен, а воровство и сговоры так и вовсе каленым железом выжгу.

— Князь, — дергая меня за рукав, тихо прошептала Кара, — хутор их в другую сторону, да и далеко он. К вечеру доберемся не раньше.

— Я так решил, — дернув рукой, бросил я девушке. — Идем к каменоломне! — повернувшись, скомандовал я воинам.

Бывшие каменотесы радостно загалдели, мои воины с безразличным выражением на лицах приняли изменения маршрута. Кара философский пожала плечами, мол, руководству видней, крикнула мужикам.

— Все в конец колоны, Гнидон ко мне!

Тощий мужичок в старых лаптях, подтянув веревку, что заменяла ему пояс, подбежал к нам с оруженосцем. Мне вот интересно, а кто придумывал имена неписям? Что блин за сценарист? Ведь ассоциации на Гнидона могут быть разные. Все зависит от культурного образования человека. От бессмертного Пушкинского Гвидона, до дворового босяковского Ганд…на.

Мы перешли мостик, надо будет его улучшить, подумал я, все-таки рядом с замком и повернули на север, к сверкающим под ярким солнцем своими снежными шапками, высоким горам. Синие горы, уточнил я название горной гряды у своего симпатичного оруженосца.

Путь до каменоломни был спокойным и очень длинным. Казавшиеся близкими горы, на самом деле находились на расстоянии десяти километров. Глянув, на уже садившееся солнце я понял, что ужин в компании моей генеральши переноситься как минимум до завтра.

Настроение от длительного перехода и так было ни к черту, а от подобных мыслей и вовсе упало. Кара уже по привычке вернула меня в «реальность» громко окликнув.

— Господин! Каменоломня впереди.

Я тряхнул головой, приводя свои мысли в порядок. Открыл глаза и огляделся. Мы вышли к предгорью. Высокие деревья и густой подлесок, что шли вдоль дороги, сменила каменистая почва и выступающие из земли крупные камни, переходящие в отвесные скалы, перед которыми отступал вечно зеленый лес. Впереди я увидел большой разлом, у которого пристроился длинный барак, сколоченный из грубой нетёсаной доски. Из разлома по земле выходили деревянные полозья со стоящей на них широкой и плоской телегой. К торцу, которой была прикреплена хитрая конструкция, состоящая из блоков. Толстые веревки проходили через них и скрывались в черном зеве разлома. Возле телеги валялись еще не обтесанные куски горной породы, а на площадке у барака стоял единственный штабель, подготовленный к отправке, определяемый системой как одна мера камня.

— Ну и где ваш Батон? — устало, обратился я к Гнидону.

— На хуторе ваша светлость, — с поклоном ответил мужичок.

— И далеко до него? — вздохнув, спросил я Кару.

Дорога меня измотала. Как люди путешествовали в старые времена, когда еще не было современной техники? Сегодня я это узнал. Долго и изматывающе.