Остров Серых Волков (ЛП) - Нейткотт Трейси - Страница 19

Что за родители могли выбрать глагол в качестве имени для своего ребёнка?

— Что ж, Уэйд, — говорю я, — ты когда-нибудь думал о том, что проводишь так много времени, пытаясь не умереть, что тебе некогда жить?

— А это не одно и то же?

— Нет, — отвечаю я, думая о карте, которую буду рисовать позже и о лобстере, которого я готовил прошлой ночью. — Нет, «жить» и «не умирать» — это не одно и то же.

Я проснулся около гигантской ямы, и я не умер.

Я пересёк остров, заросший лесом, и я не умер.

Я вскарабкался на крутые холмы, и я не умер.

Я встретил Бишопа, получил работу, и, наконец-то, я ожил.

Уэйд кривит рот.

— Ты имеешь в виду, что я здесь, а не со своими друзьями?

— Именно так! Тебе предстоит многое прожить, прежде чем ты умрёшь.

Он улыбается мне, становясь похожим на улыбающегося Будду Бишопа.

— Моя голова перегревается.

— Дай ей немного воздуха.

ГЛАВА 16: РУБИ

НА ЗАПАД, ДРУГ ДОРОГОЙ,

если хочешь повеселиться,

отправляйся на юг –

и твоя миссия завершится.

Книга по-настоящему пропала.

Мы опустошаем рюкзаки. Перетряхиваем спальные мешки. Отправляем Чарли на пляж, но он не находит ничего, кроме песка.

Воодушевление полностью оставляет меня, до последней капли. Я опускаюсь на землю, отмахнувшись от предупреждений Эллиота насчёт змей. Запускаю пальцы в густую траву и начинаю вырывать её клочьями.

— Что ж, это было захватывающе, — говорит Чарли, развалившись на земле. — А теперь мы можем идти искать сокровище?

Эллиот ворчит, но бушующий веер скрывает большую часть слов.

— По следующим направлениям на карте, которой у нас теперь нет? Нет, Чарли, мы не можем этого сделать.

— Я помню стихотворение. Это не то, что меня беспокоит.

Я смотрю на нашу лодку, которая подпрыгивает на волнах внизу, около дока. Море отчаянно серое и грозит разразиться штормом. Хочется зажечь над ним маяк, если он существует где-то на вершине этого сырого острова. Но океан отвечает мне тем, чего я уже ожидаю.

Для меня там ничего нет.

— Ты уверена, что упаковала её? — спрашивает Эллиот в триллионный раз.

— Ответ положительный.

Воспоминания крутятся вокруг Сейди, и те, что оставались, самые чистые из всех. Я вспоминаю, как открываю свой письменный стол. Верхний ящик слева. Показалась металлическая закладка. Та самая, с полированной старинной картой вверху. И ты можешь найти себя, даже когда тебя нет на месте.

Я вспоминаю, как засовывала её между страниц «Острова Сокровищ». Как запихивала книгу в боковой карман своей сумки.

Я вспоминаю, как улыбалась. Плакала. Зная, что это часть Сейди отправится вместе со мной.

— Возможно, — Анна трясет головой и начинает снова, — возможно, это остров забрал её.

Я смотрю на единственную лодку, находившуюся рядом с единственным причалом на Острове Серых Волков. То, что поначалу кажется предчувствием, настолько глубоко запускает когти мне в душу, что становится фактом.

— Кто-то украл её, — говорю я.

— Нет, ты её просто забыла, — убежденно произнес Эллиот.

Я копаюсь в своих пожитках, разбросанных по колючей траве.

— Ты там был? Нет, Эллиот Торн, тебя определённо там не было.

— Какая разница? — Чарли вскакивает на ноги. Он постоянно движется, словно вместо костей у него пружины, но скука сделала его исключительно подвижным. — Руби знает стихотворение. Давайте уже пойдём и найдём клад!

— Тогда пойдём на запад, — Эллиот ведет нас в направлении густого леса, который покрывает восточную часть острова. Бурундуки и белки носятся по веткам. Одинокий заяц срывается с места и убегает, завидев нас.

Часа два мы идем на запад по указанию компаса Эллиота, хрустя ветками, листьями и сосновыми шишками. Вокруг растет зелень того оттенка, который идеально подходит для сказок про фей и гномов, прячущихся в зарослях папоротника или в цветах. Зелёная трава, зелёные листья, зелёные мхи, покрывающие стволы деревьев. Если бы воздух мог иметь цвет, он был бы дымчато-изумрудным.

— Насколько западнее на запад? — спрашивает Чарли спустя ещё полчаса.

По памяти воспроизвожу стихотворение.

— На запад, друг дорогой,

если хочешь повеселиться,

отправляйся на юг,

и твоя миссия завершится.

— Благодарю, Роберт Фрост, но это не ответ, — Эллиот кидает рюкзак на землю. Копается в нём, достаёт свёрнутую карту. Грязным пальцем указывает на скалы. — Мы начали отсюда. Где «океан вымещает злость на земле». Затем направились на запад. Сейчас должны быть где-то здесь.

Его палец касается леса где-то в середине острова.

— Что дальше?

— Вниз, чтобы подняться, не обращать внимания на мертвеца, — говорю я.

— Верно. Это яма и могила, — палец Эллиота проводит от леса к яме. — Придётся идти на север. Когда окажемся на реке Кеннемиссис, сможем пройти к дыре.

— Только стихотворение не говорит идти на север, — произношу я.

Чарли ехидно улыбается.

— Но оно не говорит нам не идти на север.

— Всё, что я хочу сказать, может, нам продолжать идти на запад к Звёздным Камням. Они могут оказаться «шестью крепкими массивными и верными», как говорится в конце стихотворения.

Эллиот изучает карту.

— Да, но строфа, которая посылает нас на запад, гласит: «отравляйся на юг, и твоя миссия завершится». Звёздные Камни как раз на юге.

Четыре пары глаз поворачиваются ко мне. Краска заливает шею и поднимается к щекам. Сейди подошла бы ко мне, положила руки мне на плечи и сказала бы: «насколько это важно, Рубс»?

Я бы ответила то, что всегда говорю в таких случаях: «Не очень, на самом деле».

И это так — мы ближе к яме, чем к камням. Прочищаю горло.

— Думаю, не повредит поискать символ здесь.

Чарли ухмыляется.

— Итак, ты говоришь, мы может отправиться к дыре? Потому что я на самом деле хочу к этой дыре.

— Мы отправляемся к дыре.

ГЛАВА 17: РУБИ

Думаю о девушке с моим лицом и длинными каштановыми волосами. Её босые ноги касаются коры, пока она взбирается по закрученному дереву. Думаю о её руках на грубой верёвке, о ногах, болтающихся в воздухе. Падение, всплеск. Думаю о её улыбке, запахе древесного сока и прожилках листьев, когда Эллиот произносит:

— Убийство.

Ветка ударяет меня в лицо. В десяти шагах впереди, Чарли запрыгивает на упавшее дерево.

— Спорим, убит я, — говорит он, прищуриваясь. — Один из вас убийца.

— Ты больной, — отвечает Эллиот, сталкивая его с бревна.

— Руби нашла карту в «Острове Сокровищ» Бишопа Роллинса. Не думаете, что он смотрел все эти книги? Он был самым большим мечтателем, которого когда-либо знали в Уайлдвелле, — Гейб подтягивает рюкзак. — Нет, Руби нашла книгу со стихотворением, потому что спустя какое-то время после смерти Бишопа Роллинса, дыра получила третью жертву.

— В легенде говорится не так, — говорит Анна. — Три смерти за сокровище, не за карту. Убийство ещё может произойти.

— Нет, — произносит Эллиот. — Я чувствую. Сокровище ждёт нас.

— Да, ждём, пока одного из нас убьют, — Чарли отмахивается от большой мошки. — Я, между прочим, о себе говорю.

— Вероятно, дыра видела дюжины убийств за века, — говорю я. — Кроме того, если бы это произошло недавно, кто-нибудь заявил бы о пропавшем человеке. Не припомню таких новостей по Уайлдвеллу.

В городе ходили бы разговоры. В Уайлдвелле люди не исчезают. Люди вообще редко уезжают. Дорис говорит, воздух на окраинах плотнее, чем в центре. Так что, когда вы пытаетесь уехать, то вам напоминают, что на самом деле вы этого не хотите.

Хотя, это случилось однажды. Но никто не говорит о младшем брате Эллиота, который исчез одним туманным утром, когда мне было двенадцать. Позже в тот же день его отец вышиб себе мозги на пляже.

— Может быть, это был турист, — произносит Гейб. — Кто-то, кого никто не знал.

— Хммм, — говорит Анна, слегка наклоняя голову. — Сперва обед. Потом я скажу вам что-то, чего вы не знаете.