Последний экипаж "Белого кролика" (СИ) - Цыганков Михаил - Страница 16

- И что дальше? - спросил я

- А ничего, малыш Крюгер лишился дедушки. – Кейси бросила книгу на разбитые клетки.

- Слушай, а чем здесь занимался сам Крюгер? – я показал рукой на разбитые клетки, - Может его тоже, того, а ….

- Дятлы? - усмехнулась моя невеста, - Не думаю, что они на это способны.

Я обнял ее за талию и мы отправились посмотреть, что стало с пищеблоком, к тому же очень захотелось есть, может это побочный эффект от применения живой воды? И тут мне попались на глаза, выпавшие из перевернутого грузовика упаковки свежего выпуска журнала «Супермужик». Разорвав бумагу и вынув один журнал, я взял его с собой, почитать перед сном…

Кстати, откуда америкосы узнали мое имя? Я не представлялся. Или представлялся? Надо бросать пить. Или значительно уменьшить дозу …

Глава 10 О умном негре. шоколадных зайцах, философском выборе. драконьем гашише и капитане Бармалеусе.

В старом, когда-то роскошном кресле, сидел здоровенный негр, черный как его кожаное пальто. Перед ним, на железном, местами ржавом, столе стояли два завернутых в фольгу шоколадных зайца. Один был зеленый с красными пятнышками, а другой красный с зелеными. Негр безуспешно пытался сделать себе маникюр с помощью зубов и большого сильно зазубренного кинжала. Выполнить эту процедуру, не снимая черных очков, было непросто. Иногда он больно кусал себя за палец, начиная после этого тихо рычать и стучать кулаком по столу. От этого грохота я и проснулся, попытался встать, но не смог. Ноги и руки были крепко связаны, рядом, точно так же спеленатая, лежала Кейси. Все-таки, мы оказались с ней в одной кровати.

Негр увидев, что мы открыли глаза, перестал грызть ногти и радостно улыбнулся.

- Ты проснулся! – сказал он глухим басом. – Хочешь узнать настоящую правду?

- Хочу, - сказал я, уже ничему не удивляясь. Не превратили в земноводное и на том спасибо.

- Ты должен сделать выбор,- не слушая меня, продолжал вещать негр, - если хочешь узнать истину. Для этого надо принять решение и узнать смысл и тогда до тебя дойдет…

- Что надо узнать? Правду? Или истину? Или обе сразу? – спросил я.

Негр остановил поток философской мысли и задумался. За стеной комнаты, что-то гудело и вибрировало.

- Если ты все-таки хочешь узнать правду, то ты должен сделать выбор

«Его видно заклинило»- подумал я, а негр продолжил:

- …ты должен сделать выбор, какого шоколадного зайца съесть: зеленого с красными крапинками, или красного с зелеными.

- А у меня есть выбор? – я попытался пошевелить связанными руками.

- Выбор всегда есть, даже когда его нет, потому что это выбор, - для подтверждения своих мыслей он угрожающе махнул кинжалом.

- А что изменится от того, какого зайца я съем?

- Да ничего, - негр с сожалением посмотрел на недогрызанный ноготь. – Ты просто поймешь, что все на самом деле не так, как видится, да видится все не то.

«Господи! - подумал я, - как же угораздило сюда попасть? И где я вообще? На базе? Может, капитан получил указание связать меня и использовать как пешку в политической игре двух сверхдержав? Но при чем здесь Кейси?

- Ты избранный! – продолжал гнуть свою линию негр.

- Избранный для чего? – спросил я.

- Как для чего? – негр поправил ненаманикюренным пальцем очки. – Избранный съесть моего шоколадного зайца.

- Избранный кем?

- Мной, мной! – негр начал терять терпение, - Съешь зайца и поймешь, что все не так как кажется, и все не то, что мерещится, а мерещится не то, что хочется. И вообще все нереальное - реально, а все реальное – нереально.

«Какой умный негр», - подумал я.

А высокообразованный обладатель кожаного пальто рубанул кинжалом по столу и заорал:

- Ну, ты будешь, есть зайца, или нет?

Очнувшаяся от этого грохота Кейси с изумлением наблюдала за происходящим, одновременно делая сложные манипуляции связанными руками.

- Ты опять, Марафетус? – внезапно появившийся неизвестно откуда невысокий мужик неуловимо похожий на Бельмондо, грозно сдвинул брови. – Как ты всех достал своими зайцами!

- Это не зайцы, - стал оправдываться Марафетус, - это символы несовершенства нашего мира и его призрачной иллюзорности. Как говорил великий Конфуций…

Ствол маузера, упертый в черный плащ на животе, оборвал поток философской мысли не в меру просвещенного философа.

- Сколько раз я тебе говорил, - процедил сквозь зубы бородач, - не кури траву на вахте!

- Я не курю, - сказал Марафетус, заметно бледнея, - и, капитан, я не на вахте.

Капитан, не убирая в сторону руку с маузером, обнюхал негра и вынес свой вердикт.

- Действительно не курил, - он втянув носом воздух, и с такой силой ткнул стволом в обтянутый плащем живот, что Марафетус выронил свой кинжал, - опять жрал драконий гашиш! – капитан так треснул своего собеседника рукоятью, что с бедного негра свалились его стильные очки. Мужичек с садистским выражением на лице старательно на них наступил и взвел курок маузера. Негр не стал дожидаться продолжения и пулей выскочил из комнаты.

- Вот видите с кем приходиться работать, - вздохнул капитан, пряча маузер в громадную деревянную кобуру. – Марафетус отличный солдат, превосходный стрелок, первоклассный ремонтник, словом – специалист широкого профиля, пристрастился к этой гадости. Намазывает ее на хлеб и жрет! Мерещится потом ему бог весть что. Рассказывает всем, что весь наш мир не реальный, а мы все в плену у машин, лежим обмотанные кабелями с рождения до смерти и гадим в трубочку. Себе требует называть Морфеусом и говорит, что он главный борец с тиранией машин. Все время ищет, какого-то избранного и говорит, что ему нужен телефон, чтоб на свой корабль вернуться. – Капитан вздохнул – И хлеб от него прятали и просто били, ничего не помогает, пристрелить бы его, да жалко очень ценный член команды. – Тут он увидел стоящих на столе зеленых зайцев. – А еще пленных заставляет эту гадость жрать, - Два выстрела разнесли бедных животных на куски, причем маузера капитан не доставал. Кейси сразу перестала возиться и тихо залегла у стенки. – А какой толк от пленного, когда он эту гадость съест? – продолжал капитан, как ни в чем не бывало, - Абсолютно никакого. Марафетус вбил себе в голову, что кто съест отравленного зайца и выживет, тот и избранный. А что с покойником делать, хоть и пленным? Только за борт, выкуп за него не взять и не продать никому.

- А если кто-то выберет не отравленного зайца, - спросил я, - что тогда?

- Такого не бывает, он ведь обоих зайцев ядом накачивает, для верности – сказал капитан.

Я с ужасом посмотрел на обрывки зеленой фольги.

- Подлец, конечно, - продолжал капитан, - но любит его команда, так все и называют – «Ласковый мерзавец».

Я подумал, что при случае поквитаюсь с этим любителем шоколада. А капитан, резко наклонившись ко мне, перерезал веревки на руках, потом тоже самое сделал и с Кейси.

- Хорошо, что я вовремя успел, - сказал он, - команда могла лишиться своего любимца. Вашей смерти я бы ему точно не простил. Да и мне бы ее вряд ли бы простили.

- Что же в нас такого выдающегося? – спросила моя невеста, растирая затекшие руки.

- В тебе, девушка, точно ничего, с такими внешними данными, даже в гарем младшей наложницей-стажером для участия в полуночных оргиях слепых ходоков к султану, никто не возьмет! - нехорошо сверкнув глазами, сказал мужик, - А вот на нем, - он ткнул в меня пальцем, - можно хорошо заработать.

- На мне? Да за кого ты меня принимаешь! – Мне было очень обидно за Кейси, но с другой стороны я понимал, что он прав. – Я в гарем не пойду!

- На тебе, на тебе, дружок, - сказал капитан, - тебя ищут все кому не лень. Даже те, кому и не надо, все равно ищут. Но повезло только мне. – Он самодовольно улыбнулся.

- Вы его с кем-то путаете, - сказала Кейси. – У него ориентация не та.

- Я никогда никого ни с кем не путаю, потому что я – Бармалеус! Не знающий ошибок, капитан «Черной амальгаммы», – капитан гордо выпятил подбородок.