Король-мертвец (СИ) - Ладыгин Михаил Алексеевич "Rare" - Страница 14

— Под пыткой вы сознаетесь в своих прегрешениях, — спокойно объяснил король.

— Должно быть, болезнь повредила ваш разум, — недобро процедил Ад’Фай. — Вы здесь в моей власти. Ваша свита смехотворна. Мои люди сметут ее за пару мгновений… А в моих подвалах огромные крысы и жуткий холод. Там вы не протяните и трех дней… Скажу честно, я до сих пор не убил вас только потому, что не хочу ссориться с колдунами. Я имею в виду вашего лекаря. Не люблю чародеев, поэтому предлагаю вам сделку. Вы сейчас пишите грамоту, которая дарует моему графству полную независимость, а я за это отпускаю вас восвояси.

— Мандрагора! — негромко скомандовал Элл.

Ад’Фай испуганно оглянулся, но ничего не произошло. Тогда граф махнул рукой. По его сигналу какой-то бородач с веревкой в руке двинулся к королю, но тут же, испуганно вскрикнув, повалился на бок. В груди его торчал нож, которым поразил злодея Элл. Еще через мгновение граф с изумлением обнаружил, что к его горлу приставлен кинжал Синеглазого, а окружавшие Ад’Фая приспешники валятся, словно подрубленные снопы. Это вступили в дело дуэргары.

— На помощь! — выкрикнул граф.

В донжон вбежали вооруженные люди. Но не челядь замка спешила на подмогу хозяину. Это истанцы Борга очищали замок от растерявшейся охраны. Неукротимый подошел к королю и преклонил перед ним колени.

— Все свершилось по вашему повелению, — сказал он. — Я не потерял ни одного бойца. Ваши враги разоружены и заточены в надежных помещениях замка. Какие еще будут распоряжения?

— Пошарь в подвалах и на кухне. Следует покормить твоих воинов, да и я не прочь перекусить, — негромко распорядился Элл. — А мы пока займемся судьбой мятежника. Хорн! Облачаю тебя ролью королевского прокурора. Подготовь обвинение бывшему графу Ад’Фай. Я выслушаю его объяснения и вынесу приговор. А пока…

В его руке неизвестно откуда появилась фляжка, к которой Элл жадно припал, не морщась, глотая какую-то жидкость с омерзительным запахом.

— Спасибо, Белладонна! — тихо поблагодарил он незаметную подругу Мандрагоры.

Пока Хорн торопливо вносил в заранее заготовленный документ уточнения и дополнения, в зале появилось несколько насмерть перепуганных слуг, которые принялись очищать столы и выставлять на них принесенные с кухни кушанья и напитки.

— Обвинение готово, — объявил новоявленный прокурор.

— Зачитайте его, — кивнул головой король.

Надувшись от гордости, старый крючкотвор огласил витиевато составленный документ.

— Таким образом, Ад’Фай обвиняется в государственной измене, покушении на священную особу государя, нарушении присяги и других тяжких преступлениях, — завершил Хорн свою речь.

— Что обвиняемый может сказать в свою защиту? — устало спросил Элл.

Побелевший от ужаса граф упал на четвереньки, пополз к монарху и попытался облобызать его пыльные сапоги.

— Пощадите, ваше величество! — взмолился мятежник.

— Повесить преступника на стенах замка, — негромко приказал король. — А тебя, Хорн, я попрошу провести следствие и выявить приспешников изменника. Можешь не стесняться в средствах. Я желаю, чтобы каждый разбойник понес наказание. Земли Фай переходят под руку Борга Неукротимого, которого мы жалуем графским титулом. Отныне он зовется Борг Ун’Фай. Надеюсь, он-то окажет должный прием своему сеньору?

Неукротимый поблагодарил Элла и принялся распоряжаться. Когда запоздалый обед подходил к концу, Борг подошел к королю и наклонился к его уху.

— Мы обнаружили в замке сокровищницу. В жизни не видал такого богатства! — шепнул он. — Прикажете отправить ее в столицу?

— Мы не грабители, Неукротимый! Отсчитайте положенную за истекшие годы десятину, а остальное оставьте себе, — приказал Элл. — Вам теперь предстоит привести земли графства в порядок, отремонтировать замок и дороги, а еще обустроить здесь истанцев. Правьте разумно и справедливо.

— Слушаюсь, ваше величество! — кивнул головой Борг. — Я добавлю к десятине пеню за просроченные платежи. Так я понимаю справедливость. С вами в столицу я отправлю три сотни своих бойцов под командованием капитана Гойта Зоркоглазого. Мне ведь придется задержаться, чтобы навести здесь порядок. Но если во мне возникнет надобность, я все брошу и по первому зову явлюсь со своими ребятами к вам.

Король устало кивнул головой. Он едва держался на ногах. А ведь ему еще предстоял долгий обратный путь.

Во дворец Элла вносили на руках. Болезнь нанесла удар на последнем перегоне, но усилием воли юноша превозмог страдания и удержался в седле. Граф Ад’Берт уже ожидал несчастного в его покоях. Завершив сеанс лечения, Торн не торопился вернуться в свой замок, но присел на краешек ложа, на котором лежал его пациент.

— Не надо осуждать меня, — попросил Элл.

— Вы поступили правильно, ваше величество, — сухо сказал чародей. — Мне приятно осознавать, что мои усилия не пропали даром. Я ведь врачевал не простого смертного, а будущего короля. Что ж, вы стали им, оправдав мои ожидания. Готов и впредь служить вам.

— Под пыткой вы сознаетесь в своих прегрешениях, — спокойно объяснил король.

— Должно быть, болезнь повредила ваш разум, — недобро процедил Ад’Фай. — Вы здесь в моей власти. Ваша свита смехотворна. Мои люди сметут ее за пару мгновений… А в моих подвалах огромные крысы и жуткий холод. Там вы не протяните и трех дней… Скажу честно, я до сих пор не убил вас только потому, что не хочу ссориться с колдунами. Я имею в виду вашего лекаря. Не люблю чародеев, поэтому предлагаю вам сделку. Вы сейчас пишите грамоту, которая дарует моему графству полную независимость, а я за это отпускаю вас восвояси.

— Мандрагора! — негромко скомандовал Элл.

Ад’Фай испуганно оглянулся, но ничего не произошло. Тогда граф махнул рукой. По его сигналу какой-то бородач с веревкой в руке двинулся к королю, но тут же, испуганно вскрикнув, повалился на бок. В груди его торчал нож, которым поразил злодея Элл. Еще через мгновение граф с изумлением обнаружил, что к его горлу приставлен кинжал Синеглазого, а окружавшие Ад’Фая приспешники валятся, словно подрубленные снопы. Это вступили в дело дуэргары.

— На помощь! — выкрикнул граф.

В донжон вбежали вооруженные люди. Но не челядь замка спешила на подмогу хозяину. Это истанцы Борга очищали замок от растерявшейся охраны. Неукротимый подошел к королю и преклонил перед ним колени.

— Все свершилось по вашему повелению, — сказал он. — Я не потерял ни одного бойца. Ваши враги разоружены и заточены в надежных помещениях замка. Какие еще будут распоряжения?

— Пошарь в подвалах и на кухне. Следует покормить твоих воинов, да и я не прочь перекусить, — негромко распорядился Элл. — А мы пока займемся судьбой мятежника. Хорн! Облачаю тебя ролью королевского прокурора. Подготовь обвинение бывшему графу Ад’Фай. Я выслушаю его объяснения и вынесу приговор. А пока…

В его руке неизвестно откуда появилась фляжка, к которой Элл жадно припал, не морщась, глотая какую-то жидкость с омерзительным запахом.

— Спасибо, Белладонна! — тихо поблагодарил он незаметную подругу Мандрагоры.

Пока Хорн торопливо вносил в заранее заготовленный документ уточнения и дополнения, в зале появилось несколько насмерть перепуганных слуг, которые принялись очищать столы и выставлять на них принесенные с кухни кушанья и напитки.

— Обвинение готово, — объявил новоявленный прокурор.

— Зачитайте его, — кивнул головой король.

Надувшись от гордости, старый крючкотвор огласил витиевато составленный документ.

— Таким образом, Ад’Фай обвиняется в государственной измене, покушении на священную особу государя, нарушении присяги и других тяжких преступлениях, — завершил Хорн свою речь.

— Что обвиняемый может сказать в свою защиту? — устало спросил Элл.

Побелевший от ужаса граф упал на четвереньки, пополз к монарху и попытался облобызать его пыльные сапоги.

— Пощадите, ваше величество! — взмолился мятежник.

— Повесить преступника на стенах замка, — негромко приказал король. — А тебя, Хорн, я попрошу провести следствие и выявить приспешников изменника. Можешь не стесняться в средствах. Я желаю, чтобы каждый разбойник понес наказание. Земли Фай переходят под руку Борга Неукротимого, которого мы жалуем графским титулом. Отныне он зовется Борг Ун’Фай. Надеюсь, он-то окажет должный прием своему сеньору?